Почему Господь допускает теракты? Отвечают священники

31 человек погиб 22 марта в результате серии террористических атак в Брюсселе. Почему Господь допускает зло? Как нам принимать беду и справляться с горем? Отвечают священники.

Протоиерей Алексий Уминский: Мы не замечаем, как сами ежедневно устраиваем теракты

Протоиерей Алексий Уминский

Протоиерей Алексий Уминский

– Как говорить о случившемся? Можно только плакать и молиться. Все время обвинять и упрекать Бога – Где Ты был, где Ты был? – невозможно. Мы живем в таком мире, когда каждое наше слово, каждое наше дело отражается на этом мире.

Любая большая война начинается с ссоры в коммунальной квартире. Но мы об этом не думаем, не замечаем этого.

По большому счету все войны и все теракты по отношению друг другу мы устраиваем сами – пусть и маленькие, микроскопические, но жуткие. Когда мстим друг другу, воюем друг против друга, ненавидим, не прощаем друг друга. Эти теракты есть в нашей жизни, но мы их не замечаем, потому что они гомеопатического размера.

И такие теракты мы устраиваем ежедневно – оскорблением, проклятьем, пожеланием другому сдохнуть. Они происходят в нашем мире постоянно, случаются с нами ежедневно, а мы обращаем на них внимание и воспринимаем их как трагедию только тогда, когда они вырастают до катастрофических размеров.

Протоиерей Константин Островский: Страшный Суд ждёт каждого из нас, а не только террористов

Протоиерей Константин Островский

Протоиерей Константин Островский

– Преступления и несчастья преследовали нас во все времена. К сожалению, уже стали привычным и обычным делом − теракты и другие намеренные убийства людей. Все это грешно и ужасно, но убийства ежедневно во множестве совершаются во всем мире. Если говорить о массовых убийствах, то можно вспомнить нацистскую Германию, начало прошлого века в нашей стране, да и в других местах по всей планете.

Но Бог есть Любовь, и это неизменно. Апостол Петр ясно ответил на вопрос “как Бог допускает зло?”. Господь не медлит, Он долготерпит, даёт нам время покаяться и исправиться, призывает нас к единению с Собой. Наступит момент, когда Бог вмешается и истребит всякое зло, это и будет концом света. Благодать Божия, Божественная Любовь исполнит Собою всё и вся. Люди, которые примут это с радостью, обретут вечное блаженство. Люди, для которых жизнь с Богом нежеланна, этим нежеланием и обрекут себя на вечную муку.

Страшный Суд ждёт каждого из нас, а не только террористов. Готовы ли мы? О себе скажу: не готов, и поэтому не тороплю второе пришествие Христово, а каждый о себе пусть сам решает. Бог даёт нам время на покаяние и подготовку к концу света, который для каждого лично наступит с окончанием его земной жизни, а потом – воскресение и Страшный Суд.

Возвращаясь к гибели людей в Брюсселе, скажу: несчастья случаются, но нам следует со смирением и терпением принимать волю Божью.

Не стоит создавать себе психозы в спокойной квартире, бесконечно читая новости.

Да, такие события напоминают нам о том, что мы смертны, можем умереть неожиданно по дороге с работы или на работу. Поэтому нам следует готовиться к встрече с Богом и во благо использовать отпущенное нам время.

И последнее. Молимся ли мы об убийцах, телесно губящих других людей, а духовно губящих себя?

Протоиерей Виталий Шинкарь: Страдания этого мира для нас – скорбь и плач о пораженном грехом человеке

Прот. Виталий Шинкарь

Протоиерей Виталий Шинкарь

Откуда в мире зло?

Самый жесткий вопрос, который люди предъявляют Господу: почему умирают невинные люди, дети, почему в мире есть боль и страдания? Чтобы по-христиански говорить о таких проблемах, нам нужно хорошо знать основы нашей веры. И первый, самый важный вопрос в таком серьезном разговоре – вопрос о происхождении зла. Откуда в мире появилось зло, кто несет за него ответ?

Наличие зла в мире мы наблюдаем с первых дней человеческой жизни: маленькие дети сражаются за свои игрушки, не умея говорить, проявляют ревность, отстаивают свое первенство и так далее. Библейский ответ на вопрос о происхождении зла кроется в той катастрофе, в том падении, которое мы называем первородным грехом.

Дело не в том, что первые люди согрешили, съев запретный плод. Такое название «запретный плод» – неверно. Человеку было сказано, что есть с дерева нельзя, и объяснено почему: потому что еще не время, потому что человек еще не готов, не созрел для того чтобы вкусить этот плод. Не было прямого запрета, потому что Бог не балуется. Если бы Он сделал для человека что-то невозможное – это было бы просто человеку невозможно. Но это было воспитание свободы.

Помните сказку «Цветик-семицветик» с реальным финалом? У девочки осталось два лепесточка после всех желаний, и вдруг она вспоминает, что за её домом живет самый красивый в городе мальчик, которого она любит. Она мчится к нему и рассказывает про волшебный цветок. Он не верит, она дергает лепесточек и исполняет его желание, а потом говорит: «Теперь, мальчик, я оторву последний лепесточек – и ты полюбишь меня». И он в ужасе говорит ей: «Не делай этого, потому что потом ты меня убьешь. Я буду ходить за тобой тенью, а ты всю жизнь будешь знать, что я люблю тебя только по волшебству, а не по правде моего сердца”. И девочка растаптывает этот цветочек.

Это великолепная религиозная попытка объяснить человеку почему Бог создал нас свободными, почему Он не создал нас послушными, любящими по определению. Богу не нужна такая любовь.

Но человечество не устояло в этой любви и свободе, которую дал ему Бог, не смогло её понести. И каждый из нас этот мир не облагораживает после грехопадения, а вносит в него долю своего яда.

То зло, которое сопровождает нас в мире, вызвано не действиями Бога, оно существует вопреки воле Бога «всем человеком спастися, и в разум истины прийти».

Бог несколько раз испытывает Адама в раю, когда он пал: «Где ты Адам? Почему ты прячешься?». Адам все переводит на Еву. И Еву пытается спасти Господь. А в Гефсиманском саду Христос и Иуду будет пытаться спасти: «Поцелуем ли предаешь Меня?». Ведь Бог уже знает заранее и что Адам сделал, и что Иуда Его предал, но просит: Остановись, покайся, измени свою судьбу, измени суд Божий. Покаяние – это тот шаг, где судьба человека может измениться.

Первым это увеличивающееся зло увидел Адам. Уже в поколении его детей грех начинает расти, как ком. Человеческое зло, рожденное в свободной воле человека, начинает свою разрушительную работу в этом мире. И самое страшное последствие первородного греха – смерть. Именно из-за нее мы проживаем свой путь в печали и горе.

Поэтому, когда мы говорим о таких тяжелых вещах как смерть невинных людей в страшных войнах, в террористических актах, мы должны понимать, что источник этой катастрофы, источник этой беды находится в нашем человеческом падении, в нашем человеческом грехе.

Страдание невинных

Когда Христа спросили о погибших под завалами башни, он ответил: «Думаете ли вы, что эти Галилеяне были грешнее всех Галилеян, что так пострадали? Нет, говорю вам, но, если не покаетесь, все так же погибнете».

За этими словами стоит не месть, не наказание, а скорбь. Скорбь Бога о человеке. Каждый человек знает о своей греховности, и все мы понимаем, что выйдем из этой жизни только через смерть. И поэтому смерть – это не просто безысходный шаг, а наш самый серьезный и самый сложный экзамен, который мы призваны сдать.

Жизнь – это наша школа. Мы все сейчас находимся в некой комнате ожидания. А преодоление смерти – это христианская победа, венец нашей жизни и желание нашего сердца. И возможна она только потому, что Христос эту победу совершил.

И, в этом смысле, любое страдание этого мира для нас – это скорбь и плач по тому, как глубоко поражен человек грехом. Это плач Христа о Своих детях. Христос плакал в этом мире, когда Ему было невыносимо наблюдать, во что грех и смерть превратила человека. Он плакал над своим другом Лазарем, потому что Его душила боль при виде того в какую череду болезней, некрасоту умирания облечен человек – Его любимое творение. Именно поэтому сердце Христа разрывалось.

Этот мир безнадежен, его нельзя исцелить. Этот мир пройдет. Но наша задача, даже зная, что мир погибнет, принести в него свет Христов, просветить его любовью, наполнить его через себя Христом и дать этому миру шанс переродиться в новый мир.

«Прииди, Господи Иисусе!» – вот наша главная христианская молитва.

Поэтому при всей нашей скорби, при всей катастрофе нашего бытия, мы должны помнить, что наш самый страшный и самый последний враг, который должен быть побежден – это смерть. Христианское сердце никогда не должно смиряться со смертью.

Мы не должны смотреть на своих ближних, лежащих в гробу и убеждать себя, что так положено, что таков ход человеческой жизни. Это неправда, нет такого хода человеческой жизни, не готовил Господь такого уродства. Это наша катастрофа, и так как нам эту катастрофу самим было не победить, ее победил Христос ценой Своей любви.

Поэтому как бы нам ни было больно смотреть на нашу действительность, мы должны как христиане, отвечая за этот мир, пытаться его преобразить. Этот мир всегда будет наполнен убийцами, насильниками, ворами, но наша задача – разобраться со своим сердцем в том обществе, в котором мы живем, научить своих детей любви и не бояться, не смиряться перед нашим врагом – смертью.

Как утешить человека, потерявшего близкого

Если человек никогда не пробовал мороженого, ему будет трудно описать его вкус. То же самое относительно жизни в Боге. Можно сто раз о ней говорить, но все слова будут пусты.

Так, очень часто люди, плохо понимающие пути жизни в Боге, не знающие сладости жизни с Богом, пытаются объяснять другим людям волю Божию. Если умирает ребенок, они говорят несчастной маме: «Господь захотел себе ангелочка взять…». Если гибнут люди в теракте, объясняют родным: «Погибли лучшие…». То есть делают из Бога такого фашиста. Но что это за Бог, который забирает у меня самое любимое?

Это неправда, Господь не хочет, чтобы кто-то погиб. И Он доказал это, Он сам пошел на смерть. Бог оплакивает каждого убиенного ребенка, каждую жертву катастрофы. Он создал нас и взял ответственность за всё, происходящие с человеком, в том числе и за наше падение.

Обвиняя Бога в какой-либо катастрофе, теракте, надо помнить, что Бог Сам отдает Свою жизнь ради спасения человека.

Поэтому мы как христиане должны понимать, что при всей боли и нелепости смерти в мире, винить никого нельзя, а нужно каждому в самом себе пытаться сразиться со смертью.

Мир всегда будет нас как образ Божий испытывать на прочность – насколько этот образ красив или насколько он поругаем. Вспоминая слова Христа «мертвые погребают своих мертвецов», мы можем умереть так и не живя. Потому что жизнь человека реальна только тогда, когда его смерть не бессмысленна, когда он может ее чему-то посвятить.

Мы не должны рассуждать о вкусе мороженого, ни разу не попробовав его, но должны попробовать вкусить его. Быть с Богом – значит иметь опыт молитвы, опыт внутреннего разговора с Ним. И тогда только, уже исходя из этого настоящего опыта, человек сможет и других людей утешить.

И очень важно помнить, что перед лицом смерти и беды мы все стоим на суде Божием. Умер человек, которого я любил –застала ли его смерть в старости или случилась авария – я как христианин понимаю, что этот человек сейчас отвечает перед Богом за всю свою жизнь и за меня в том числе. А значит и я тоже на этом суде. Вот почему мы молимся за умерших.

Священник Андрей Мизюк: Зло споткнется о сострадание людей к чужой беде

Священник Андрей Мизюк

Священник Андрей Мизюк

Не хочется говорить банальностей. Сказано много. Все очевидно и очень страшно. Страшно, потому что не оставляет ощущение того, что мы все-таки приближаемся к какой-то тяжелой развязке. Впрочем, ощущение это не ново и переживается нами уже не так остро, как теми, кто видел и слышал Спасителя еще во дни Его земного пребывания с нами. С момента же Его Вознесения те, кто последовал за Ним, чаяли его славного и великого возвращения, наверное, больше даже чем завтрашнего дня. Вот и самая таинственная и страшная книга Нового Завета завершается призывом к Тому, Кто придет в этот мир для Суда: «Ей, гряди, Господи Иисусе…» (Откр.22:20.).

Видимо, на этой земле уже совсем не осталось места, где бы ни было боли и страданий. Смерть в этом мире процесс, увы, неотменимый. Даже в кругу близких, со стаканом воды, с молитвой и благословением, но человек умрет. Умрет он и в нищете и в скорби, одинокий и озлобленный. И это еще страшнее. А еще это может произойти на борту воздушного лайнера, в жилом доме, в аэропорту и в метро. И самое страшное во всем этом, что человек, как бы он ни был собран, какой бы ни обладал верой и стойкостью, все равно не будет полностью к этому готов. Не будет, потому что смерть для смертного человека, как это не парадоксально, все равно противоестественна. Не создавался он для смерти и скорбей. Но то, что случилось, не имеет обратного хода, включить реверс на момент «до встречи со змеем» нельзя, да и не надо. Потому что цена за это беспечное согласие уже оплачена. Она безмерна высока. И это цена крови. Его Крови.

А значит, что во всем этом безумии и ужасе самое время вспомнить о том, что всякая слеза отрется и скорбь получит утешение. Но это не случится благодаря совместным заявлениям или всевозможным действиям и операциям. И уж тем более никакая на свете компенсация не сможет восполнить потерю близкого человека.

Я верю в то, что если человек, увидев, пусть даже на экране, в выпуске новостей, чью-то страшную чужую беду вздохнет хотя бы с капелькой сострадания к тому, кто терпит бедствие, или же погиб, лишен крова и отчаялся, то зло обязательно споткнется.

Хотя бы в его сердце. Этих мест, где ужас и смерть уже едва ли не влились в цвет глаз, уже слишком много в этом мире. И сострадать надо не думая о том, а сострадают ли нам? Какая польза в том, чтобы любить только тех, о ком мы точно знаем, что и они нас любят. Таких вот мнений в интернете за последние дни было немало: «ну и что взрывы, ну и что в Брюсселе, а кто из них переживал за наши лайнеры, за атаки на наши города и школы, а санкции кто вводил?……и т.д.». С такой логикой недалеко и до радости «что у соседа корова сдохла». С такой же логикой заливают гудроном детские горки и предлагают их еще и зарином пропитать.

Те, кто вчера совершил эти теракты, кстати, наверняка знали и о том, что для очень многих жителей этой и других европейских стран наступила Страстная Седмица. Такие неслучайности и явно нечеловеческий расчет на них тоже надо учитывать. Учитывать, чтобы знать, кто и зачем по настоящему радуется боли и смерти, страданиям и хаосу.  Учитывать, чтобы ужаснуться этому и не пройти мимо. Чтобы понять, что равнодушие, особенно осознанное, это самая питательная почва для страшной и смертельной пустоты в душе, занять которую стремиться тот, кому плоть и кровь не нужны.

Время Поста дано для того, чтобы учиться любить. Об этом в молитве Ефрема Сирина мы просим ежедневно вместе целомудрием и смирением. Там не указано, кого конкретно и за что. Если нет любви, то нет и молитвы, а если нет молитвы, то мы и не ищем возможности быть с Ним, дышать тем, чем исполнено Его Царство. Как будет сделано «одному из малых сих» так будет сделано и Ему. Тем более, что слова «Ей, гряду скоро» были произнесены уже очень давно. И дай-то Господь, чтобы это скоро не стало для кого-то болезненным и нежданным.

Подготовили Мария Строганова, Анна Уткина

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
Протоиерей Димитрий Климов: Почему мы ответственны за теракты

Только один процент православных христиан молится за все нужды, за всех страждущих, путешествующих, плененных

Наше положение – безвыходно. Наша победа – очевидна

Нам страшно. Мы всего лишь люди. Но мы с моей сестрой Элианой знаем один секрет