Портрет героя на фоне черной дыры

|
Сергей Худиев – о том, почему многие люди нуждаются в существовании терроризма и прочих образов абсолютного зла.

Террористы – это почти абсолютное зло. Почти – потому что абсолютного зла не бывает. Но максимальное приближение. Это чрезвычайно злые и испорченные люди. Нравственная черная дыра. Черный полюс.

Сергей Худиев

Сергей Худиев

Но они несут с собой странное утешение и облегчение. На их фоне уж ко мне-то не может быть претензий. Я могу расслабиться. Я в любом случае лучше террористов.

Хорошие люди напрягают и раздражают – ты мог бы быть хорошим человеком, тебе ничто не мешало, ты просто не захотел. А вот плохие – чем хуже, тем лучше – создают фон, на котором я и так хороший.

Вы же не будете сравнивать мои проступки со злодеяниями террористов? Я вообще добр, и благ, и прав, и почти свят, ведь что бы я ни наделал – уж я-то точно не террорист. Они задают моральную планку так низко, что я могу переползти ее даже на бровях.

Мировой прокуратуре больше нет до меня дела, я могу вздохнуть с облегчением – она уехала за террористами. Они заняли все свободные места в аду, поэтому я могу смело примерять крылья и нимб.

Вещи, которых я бы постеснялся в отсутствии террористов, становятся приемлемыми благодаря им. Поскольку я против почти-абсолютного зла, я на правильной стороне истории, среди правильных людей. Как пела в начале 1980-тых хеви-метал группа Saxon, «Крестоносцы, крестоносцы, возьмите меня с собой, в ту битву, которая кипит на востоке!»

В противостоянии почти-абсолютному злу из людей начинает вылезать то, что они в других обстоятельствах предпочитают прятать. Стоит человеку оказаться на стороне Добра – и его уровень критики в отношении его собственных слов и поступков резко падает. С точки зрения личной этики, нет ничего более катастрофического, чем оказаться на правильной стороне «в той битве, которая кипит на востоке».

Чистое добро – свобода, демократия, прогресс, современность – столкнулось с чистым злом – фанатизмом, мракобесием и средневековьем. Сама попытка копать глубже, выяснять причины, рассматривается как кощунственная, как попытки оправдывать террористов или хотя бы преуменьшать их злодеяние. Террористов оправдывать действительно нельзя. Но я не об этом.

Бывают явления, у которых не может быть оправданий – но есть причины. В любой книге по истории германского национал-социализма рассматриваются причины, приведшие нацистов к власти. Мстительное высокомерие победителей в Первой Мировой войне – «Боши платят за все». Тяжелый и несправедливый версальский мирный договор. Огромные репарации, тяжким бременем лежащие на экономике. Страх – на фоне экономических трудностей и социальной нестабильности – перед захватом власти коммунистами.

Никому в голову не приходит считать, что рассмотрение этих причин как-то оправдывает нацизм или делает его идеологию и практику менее чудовищной. Исторический анализ лежит в несколько иной плоскости – не оправдания или осуждения, а рассмотрения причинно-следственных связей. Какие общественные явления ведут к каким последствиям, и как их можно избежать.

Такое рассмотрение необходимо для того, чтобы извлечь из истории некоторые уроки. Исламизм (в отличие от традиционного Ислама) является нашим общим врагом; и нам стоит подумать о том, что помогает этому врагу, что подталкивает мусульман к исламизму.

Есть то, что всегда озлобляло, озлобляет и будет озлоблять людей – презрение. Люди могут простить причиненное им зло; но не стоит ожидать, что они простят презрение – это требует святости, а большинство людей – не святые. Люди, которых вы презираете, достоинство которых вы не признаете, которых вы не считаете за людей, будут относиться к вам с враждебностью, даже если физического зла вы им не причинили.

И есть грех, к которому люди всегда были склонны – презрение (в старых книгах пишут «презорство») и гордыня. Традиционно западноевропейской формой этого греха является расизм – восприятие людей другой культуры и этнического происхождения как заведомо низших и недостойных уважения.

Да, сейчас расизм как таковой считается – и во Франции, и во всем западном мире – крайним неприличием. Любая расистская ремарка сразу выбивает человека из приличного общества и полностью разрушает его карьеру. Любые разговоры о «превосходстве белой расы» – удел заведомых маргиналов. Люди скорее склонны к обратной крайности – высматриванию расизма везде, где только можно – в том числе там, где его нет.

Да, простые, грубые расистские радости в стиле Ку-Клукс-Клана, который, под знаменем превосходства белой расы, ненавидел евреев, католиков (которые ассоциировались с сомнительной белизны итальянцами), чернокожих и прочих неприятно-смуглявых личностей, уже недоступны большинству европейцев. По крайней мере, тех, кто желает оставаться в приличном обществе. Но потребность презирать, превозноситься, уничижать своего ближнего остается – и она находит выход.

«Приличная» форма расизма позволяет адресоваться не к оттенку кожи (что вы, что вы, ни-ни) а к религии. Все тот же расизм, высокомерное презрение к людям, подается в упаковке, которая делает его не только совершенно легальным, но и подлежащим всяческому прославлению и защите.

Желающие получают возможность пинать тех же людей, но уже нападая на их религиозную, а не расовую идентичность. Мы расисты? Какие расисты? Где вы видите расистов? Нет никаких расистов!

Глумление над религией позволяет получить все те же радости презрения к ближнему, но без общественного остракизма, который влечет за собой традиционный расизм. Самый доходчивый способ выразить презрение к человеку – это даже не нападки на его оттенок кожи или форму носа. Человек другой культуры может просто не понять, что тут ужасного.

Наиболее доходчивая форма выражения презрения и отрицания человеческого достоинства – это глумление над почитаемыми им святынями. Как написал один либеральный комментатор, «нечеловеки не могут иметь чувств!».

Античная (и средневековая) религиозная полемика могла быть очень грубой, и сейчас неуместно было бы ее воспроизводить. Но за ней стоял совершенно другой взгляд на вещи – люди были твердо уверены, что у каждого человека есть бессмертная душа, которую губит ересь или иноверие.

Сейчас адепты права на оскорбление исходят из того, что не только бессмертной души, но религиозного переживания у других людей быть не должно – нечеловеки не могут иметь чувств, да. «А с какой стати я должен обращать внимание на чьи-то там чувства – вот не хочу и не буду!» – это не отказ религии в каком-то особом статусе. Это отказ некоторым людям в статусе людей. Им, унтерменшам, не полагается иметь почитаемых святынь. Почитаемые ценности полагаются только настоящим белым людям.

Причем это показное презрение, отказ считать за людей, провозглашается в качестве священного принципа западной цивилизации.

Тут некоторые комментаторы сходу заявят, что это оправдание террористов. Нет, это не оправдание террористов – беззаконных убийств оправдывать нельзя. Это просто демонстрация того очевидного факта, что некоторый образ мыслей и действий активно помогает террористам – как безрассудство держав-победительниц в Первой Мировой войне активно помогло национал-социалистам.

Презрение озлобляет людей и делает их гораздо более легкой добычей вербовщиков ИГИЛа и других подобных движений.

Скажут также, что нельзя уступать исламистам – мало ли что еще они захотят. Что же, это совершенно верно. Надо определять свои ценности без оглядки на исламистов. «А давайте мы будем демонстрировать расистское презрение к людям, чтобы потроллить исламистов» – это как раз оглядка.

Люди разумные и нравственные воздерживаются от презрения к ближнему независимо от поведения исламистов – или кого бы то ни было еще. Необоснованных требований, буде их заявят, исполнять не надо – но что же необоснованного в пожелании воздерживаться от тяжких преднамеренных оскорблений своих соседей? Такие оскорбления – это как раз помощь исламистам, а не противостояние им.

Культура, которую (надо думать, на волне понятных эмоций) отстаивают в эти дни многие в Европе и в России – это культура презрения. Мы нуждаемся в другом – в культуре взаимного уважения. Можно спорить, в том числе оспаривать религиозные или атеистические убеждения друг друга – как это множеству людей самых разных убеждении прекрасно удается. Нельзя наносить тяжкие намеренные оскорбления миллионам людей – именно с несомненным намерением такое оскорбление нанести.

Тем более что на Западе – раз кто-то склонен искать примеры для подражания именно там – можно поучиться и этому. Обратим внимание, что в США крупнейшие издания отказались публиковать оскорбительные карикатуры. Это было бы, с юридической точки зрения, вполне легально – статьи, аналогичной нашей 282-ой в США нет – но серьезные издания следуют определенным этическим стандартам. Не потому что они кого-то боятся – но потому что у них есть представления о приличиях.

У нас пока, увы, приличия нуждаются в подпорке со стороны закона – но давайте их, так или иначе, придерживаться. Давайте строить культуру взаимного уважения.

Злодеяния чужаков – совсем не повод выпускать наружу внутреннего юберменша.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Похожие статьи
Капли и потоп, или о тех, кто поддерживает продолжение войны

Одобрять злые дела – еще хуже, чем творить их. Призывника гонят на войну под страхом тюрьмы…

Теракт в Charlie Hebdo – дискуссия

"Правмир" предоставил слово известным журналистам, публицистам, священникам.

Вы за убийство или за похабство?

Ты должен либо канонизировать убиенных карикатуристов, либо признать, что террористы – не такие уж и плохие…

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: