Психология обретает душу (+Видео)

4 сентября в Российском Православном университете прошел день факультета психологии, начавшийся с лекции его декана — священника Петра Коломейцева. Отец Петр рассказал о христианской психологии и ее месте среди прочих психологических дисциплин.

Христианская психология — психология с прошлым

Первый вопрос, который все задают — почему христианская психология? «Психология — это очень материалистическая дисциплина, наука, которая противопоставляет себя вере», — такой стереотип сложился в нашем сознании, но так было не всегда. Психология родилась в недрах богословия, и даже само название «психология» состоит из двух частей: ψυχή — «душа» и λόγος — «наука», «знание», т. е. «наука о душе».

Психология имеет очень долгий исторический путь — или очень короткий. История известной нам сегодня психологии начинается в XIX веке. Все, что было до этого (начиная с античности) — длинный подготовительный период, когда она была частью богословия и философии.

Психология появляется в лаборатории Вундта[1] и сразу резко порывает со своими корнями. Прежде всего она лишилась самого главного, что обуславливает ее название — души. Удивительно, наука о душе не изучает душу!

Психология, развиваясь в естественнонаучную дисциплину, превратилась в гуманитарную. А теперь возвращается к своим истокам.

Христианская психология — это психологическая школа, в которой период от античности до Вундта не потерян, а актуализируется. Так что с одной стороны это наука новая, с другой — древняя. Психология, наконец, обретает душу.

Мировоззренческая наука

О том, что в психологии происходят такие изменения, свидетельствует создание психологической комиссии при Патриархе, возглавляемой митрополитом Хабаровским Игнатием. Сегодня разрабатываются программы по психологии для семинарий. И дело не в том, что в семинариях вводят новый предмет. Напротив, психология в семинарии возвращается.

Если вы возьмете историю психологии — не ту, которую писали в советские годы, а настоящую (она описана Ю. М. Зенько в книге «Психология религии»)-то вы увидите, что первоначально психология преподавалась именно в семинарии и она не чуждалась эмпирического момента — она включала в себя и естественнонаучный компонент, достигнутый на то время.

Таким образом, мы видим, что психология — наука сложная, междисциплинарная, включающая в себя данные как естественной, так и гуманитарной наук, а также и философии и теологии. Это мировоззренческая наука, обнимающая собой целостное представление о человеке, его душе и его функционировании в этом мире.

В рамках курса психологии изучается большое количество «психологий»: конфликта, труда, возрастная, семейных отношений. Психология обнимает собой весь спектр человеческих отношений.

Было бы странно, если бы было по-другому: ведь нельзя сказать, что человек — существо бездушное. Человек — существо, имеющее душу, духовное, и его деятельность одухотворена. А значит, если мы занимаемся настоящей наукой о душе, то мы охватываем все стороны его деятельности.

Что общего между менеджером по авиационной логистике и микробиологом?

Сейчас происходит кризис знаниевой парадигмы. Информация валится на нас как из ведра. Могут встретиться два специалиста, профессионала в своем деле, и не найти точек пересечения в своем знании. Представьте: будут разговаривать менеджер по авиационной логистике с микробиологом. Знаний у каждого куча, но найти точку соприкосновения невозможно.

общение

Люди благодаря знаниям разъединяются по областям их применения. У каждого специалиста своя картина мира. Я представляю какая карта мира у того же менеджера по авиационной логистике: аэропорты по всей сеточке земного шара, указаны часы перелета, авиакомпании, осуществляющие перелеты в той или иной точке… И совершенно другая вселенная у микробиолога с совсем другой картой.

То, что изучает психолог, понятно всем по одной простой причине: близко. Это то, что происходит с каждым. Мы каждую минуту и секунду сталкиваемся с психологической реальностью — вступаем в общение друг с другом, взаимодействуем, и от этого никуда не деться.

Самая нужная наука

Сколько человеку в день приходится решать химических формул? Одну: соль — NaCl. А можно и без этого обойтись.

Физика — это посерьезней, там закон Ньютона. Но лифт ездит и вверх и вниз вне зависимости от того, знаем мы об этом законе или нет. Есть, правда, электрические розетки. Мы все помним, что от закона Ома не уйдешь, он строг, но справедлив, и пальцы в розетку совать не надо. Но даже если бы мы в школе не проходили физику, мы бы и с этим справились.

Тем не менее, мы проходим в школе и химию, и физику — и не проходим элементарных вещей: психологию. Мы подчас не знаем, как мы взаимодействуем, как общаемся, как обижаем друг друга и примиряемся друг с другом. Мы часто подходим к человеку не из его возможностей и потребностей, а из своих профессиональных задач. Для нас неважно, что и как человек сделал, для нас главное, как он вместился в рамки нашего профессионального видения, даже если при этом будет запорото все, что он мог сказать и сделать.

Лечение «кессонной болезни в головах»: дать лицо знаниям

Когда человек погружается под воду, повышается давление. При повышении давления жидкости способны больше вбирать в себя воздуха. Под давлением в крови повышается содержание воздуха. Погружаться при этом мы можем сколь угодно глубоко.

Если резко открыть бутылку с газировкой, давление падает, все газы начинают выделяться в жидкость, и она вскипает. Поэтому если дайвер забрался очень глубоко и увидел что-то интересное, он должен быть терпеливым человеком: рассказать об этом он сможет не сразу, а только после того, как медленно, с передержками поднимется на поверхность. Если он поднимется резко, у него все вскипит, и он погибнет.

Сегодня можно констатировать наличие кессонной болезни в наших головах. Они кипят. Они неспособны осваивать и переварить всю информацию.

Наступило время, когда всей информации необходимо дать лицо. Она не должна быть обезличенной.

Узнать Златоуста

Когда я изучал в семинарии патрологию, я пытался сделать табличку: имя святого отца и вкратце догматические положения, которые он защищал. Получилось нечто напоминающее телефонную или адресную книгу, но запомнить это было невозможно. А вот когда я стал изучать биографии святых отцов — получилось.

Священник Петр Коломейцев

Священник Петр Коломейцев

Иоанн Златоуст — удивительный человек! Он говорил такие проповеди, что люди подчас приходили только для того, чтобы их слушать. На следующий день, правда, он говорил проповедь о тех, кто ходит слушать проповеди.

Человек, который прятался, чтобы его не выбрали на константинопольскую кафедру. Когда его все-таки выбрали — обличал императорский двор, знать. Однажды совершал службу под открытым воздухом, а не в пышных храмах.

Он — автор такой риторической фигуры, как двойной риторический вопрос. Это очень сильно: «Что вам сказать и о чем говорить? Настало время слез, а не слов». Правда, красиво? Когда ты вспоминаешь, какие у него были мощные риторические средства, понимаешь, что он действительно Златоуст. А если вспоминаешь, какая у него была нелегкая судьба (он был сослан на крайний север Византийской империи — в Пицунду и не доехал туда, умер по дороге, на холодном перевале в Абхазии, в Команах), то вместе с портретом Иоанна Златоуста, мы лучше вспоминаем и то, что он сказал, и какие у него творения (в основном — проповеди, толкования библейского текста).

Вместо набора информации мы соприкасаемся с личностью Иоанна Златоуста. Он становится человеком, которого мы воспринимаем целиком, со всеми его трудами, всей жизнью и страданиями. Эти знания не потеряются.

Закон Архимеда: как правильно заливать соседей

Подумайте о законе Архимеда. Поди вспомни, что он сказал! А когда представляешь, как он мучительно думал, как ему разоблачить фальшивомонетчика. Залез в ванну, вылилась вода, он задумался: может быть протечка на соседей, могут быть неприятности. Сразу возникают мысли: «Сколько же воды я вытеснил?!»

После этого ничего удивительного, что бежит по Сиракузам голый человек и кричит: «Эврика! Нашел!» — а люди, которые его встречают, спрашивают: «Может, потерял? Одежду, например?»

После этого вспомнить закон Архимеда — просто ерунда.

Кто есть Истина?

Психология способствует возвращению лица. Мы учимся видеть, понимать душу человека, и переходим не к объектному изучению мира, а к субъектному. Причина всех вещей и всех вещей Истина для нас становится не объектом, а Субъектом, Персоной. Мы перестаем спрашивать: «Что такое Бог?» Мы спрашиваем: «Кто такой Бог? Какой Он?»

Вопрос не праздный. Вспомним классическую сентенцию Пилата: «Что есть истина?» — можно сказать, он спрашивал это из сегодняшнего дня.

Книжные полки завалены информацией: философия, эзотерика, религия… Что есть истина? Как будто Пилат прошелся по нашим книжным магазинам и пребывает в растерянности.

А перед ним стоит Господь. И мы понимаем, что истина — это не что. Это Кто. Перед ним Господь — Путь, Истина и Жизнь.

И мы, учась обретать лицо человека, лицо знаний, приучаемся относиться и к Богу лично. Мы ищем личного с Ним соприкосновения.

Обогнать Лу Ю

При таком подходе понимаешь: «Кто умножает знания, умножает скорбь» (Еккл.1:18). Почему? Потому что видишь: сколько познал — и сколько осталось.

Я помню, для меня была трагически ошеломительной фраза китайского поэта Лу Ю[2]. В XII веке он написал: «Как коротка жизнь! За всю жизнь не хватит времени, чтобы прочитать все, что написано древними». Я прикинул: «Двенадцатый век, Китай. Ну что там читать?! А ему жизни не хватило. А мне?! У меня же кроме китайской есть еще и вся мировая литература, да и времени с двенадцатого века прошло немало, еще написали! Как же это все охватить?!»

На самом деле, нужно просто знать: общаясь с каждым человеком, мы общаемся с Богом, со Христом и Духом Святым, Который есть в каждом человеке. Мы можем не бояться, что не успеем пообщаться со всеми. Общаясь с Самой главной Персоной — с Господом — мы пообщались со всеми. А общаясь с каждым — мы пообщались и с Богом.

Богословие Другого

Надо уметь общаться. Надо уметь читать те мессиджи, которые нам подает каждый человек. Нужно понимать, откуда идет то или иное поведение. Простое объяснение, что есть люди хорошие, ведущие себя хорошо, а есть люди плохие, ведущие себя плохо — не объясняет ничего. Так можно дойти до того, что есть люди, которых Бог создал хорошими, а есть — которых Он создал плохими.

Если мы поднимаем камень и видим под ним изломанное деревце, которое потом выпрямляется и растет, то это совсем не значит, что Бог создал это деревце кривым. Кривым оно стало, потому что на нем лежал камень. Если мы понимаем каждого человека: какие у него могут быть травмы, как он развивается и преодолевает эти изломы, — и умеем видеть ту богозданную личность, которая задумана Богом, то нам гораздо легче понять, простить и принять.

Не случайно богословие сегодня пришло к богословию Другого. Сначала богословие занималось проблемами догматическими — определяли, что есть Бог, Кто есть Бог. Потом главными стали христологические догматы — Кто такой Христос? Потом стала развиваться экклезиология — что такое Церковь?

А сейчас богословие пришло к изучению того, кто есть человек. Этим занимались и Бонхёффер[3], и Балтазар[4], и митрополит Антоний Сурожский. Человек стал главным в богословии.

От естественных наук — к психологии

В науке также происходят изменения. В начале были науки о мире, вселенной, природе. От нематериального мира острие науки перешло к миру органическому. Когда-то передовой была ядерная физика, теперь — биология.

Постепенно и здесь мы переходим к человеку. Сейчас в науке главной острием мысли становится психология.

Мы неизбежно всей логикой развития и науки, и богословия приходим к психологии. Психология меняется — она становится не естественнонаучной, а личной. Неслучайно именно сейчас появились понимающая психология, эмоциональная логика (раздел психотерапии), логотерапия.

Неслучайно сейчас зарождается коммуникативная этика — т. е. этика не абстрактных представлений, что такое хорошо и что такое плохо, что такое добро и что такое зло, а этика отношений, травмы, страдания, причинения, прощения, принятия — взаимодействия двух субъектов.

Психология счастья

Тут хочется начать рассказывать, как много интересного вас может ожидать на пути изучения психологии общения и взаимодействия. На пути возвращения информации лица. Но это мы оставим на учебный курс.

Мы всегда немножко жалеем тех людей, которые сегодня начинают изучение психологии: мы слышали мэтров, мы общались с ними, «были люди в наше время». А с другой стороны, им можно позавидовать — сегодня они начинают изучение совсем другой психологии, они могут сделать бездну открытий, их психология — это та психология, которая будет непосредственно связана с их жизнью, общением и тем, что мы зовем простым человеческим словом «счастье».

Подготовительный класс христианства

После лекции отец Петр ответил на вопросы аудитории.

— Куда будет двигаться богословие после изучения человека?

— Я думаю, только углублять это знание. Какая у нас задача? «Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф. 5:48). Изучая человека, зная, что такое святость, будем приближаться к святости. А тогда — может быть, наступит время, когда и знание упразднится. И останется только одна любовь.

Можно сказать, что мы проходим школьный курс к тому, что будет царить потом — что Бог есть Любовь.

А может, все пойдет иначе. Ведь в Церкви не раз бывало, что по тем или иным причинам приходилось начинать сначала.

У меня есть четкое ощущение, что христианство — это не то, что мы вытащили из музея, а то, что мы только сейчас начинаем осваивать, к чему мы только начинаем приближаться. Мы всегда в начале пути. Когда представляешь, где конец, то понимаешь, что мы за тысячу и за две тысячи лет не сильно приблизились ко Христу и не сильно стали христианами.

Митрополит Антоний Сурожский как-то сказал, что христиане — это такие люди, по которым, если бы исчезли все тексты Библии, антропологи, посмотрев, как живут эти люди, восстановили бы Новый Завет. Пока до этого далеко. Надеемся, что наши труды помогут хотя бы нашим детям избежать ошибок, преодолеть травмы и начать что то, напоминающее христианство.

Многие говорят, что сейчас постхристианская эпоха. А я бы сказал, что она прехристианская, подготовительная. Мы все еще подготовишки. В нашей школе были отличники и медалисты — все святые отцы. Но их было не так много, а такими должны быть все. Представляете, какой у нас большой путь?

Священник и психолог: от конкуренции к сотрудничеству

— Каково разграничение сферы деятельности священника и психолога? Когда человеку идти к психологу, а когда исповедь?

— Вопрос не праздный. Сегодня многие священники не очень себе представляют, что значит психология, и говорят, что психолог вообще не нужен. Им кажется, что у них есть монополия на душу человеческую, а психолог пытается залезть на их территорию и эту монополию нарушить.

На самом деле, когда священник понимает, что такое психология, он знает и зачем психолог нужен, и когда очередная сестра Автономия садится к нему на шею и виснет на ушах, сам говорит ей: «Ой, матушка, вам нужно к психологу, в группу созависимых». И конкуренция исчезает.

Священник — в первую очередь служитель таинств Божьих. Он помогает нам четко держать планку, где есть грех, а где не грех. Психолог — тот, кто работает со сбоями в системе, в поведении, который помогает найти причины. У него более подсобная работа, он подобен сотруднику автосервиса. Не инструктор по вождению, а тот, кто подтягивает тормозные колодки, меняет масло…

Воля Божья по Винни-Пуху

— Как при психологическом консультировании в вопросе выбора профессии сочетать психологические аспекты и волю Божью о человеке?

— Знать волю Божью о себе — это большое счастье. Это свобода: «Познаете истину, и истина сделает вас свободными» (Ин.8:32). С другой стороны, как познать эту волю? Как получить это откровение? Ответить трудно.

Можно вспомнить самого великого богослова всех времен и народов — Винни-Пуха. Вы помните, что Винни-Пух был гениальным литератором? Он владел многими литературными жанрами: вопилки, сопелки, пыхтелки. Я даже не понимаю, почему его звали Винни-Пух, а не Винни-Пушкин.

Как-то к нему пришел Пятачок и спросил: «Винни! Как мне найти рифму?» На что Пух ответил: «Понимаешь, Пятачок, рифма — это такая штука, которую невозможно найти, но которая находит тебя. Нужно просто придти в правильное место и в правильное время».

С откровением Божьим примерно так же. Мы знаем, куда надо придти (в церковь) и в правильное время. Мы знаем, что нужно делать (молиться и поститься). И мы знаем, что нужно просить. Господь любит тех, кто просит, кто Его не оставляет в покое, теребит. Он умеет на все это не раздражаться и снисходительно отвечать и показывать.

Надо просить у Бога этого замысла о себе. Можно, конечно, планировать. Но самое смешное — пытаться рассказывать Богу о своих планах. Лучше, чтобы Бог рассказал о Своих.

Когда человек чувствует, что он попал, куда надо, что исполняется воля Божья о нем, у него все начинает получаться, как будто десять человек делают за него. Он получает свободу для максимального раскрытия своих даров, которые Бог именно для этого и в него и вложил.

Изучать свои дары — таланты — это очень полезно. Психология тут окажется нелишней. Когда вы знаете ваши ресурсы и помните, что они даны Богом, вы понимаете, что их надо не закапывать на поле Чудес в Стране Дураков, а пускать в дело. Потому что они даны для того, чтобы они работали.

Есть вещи, которые человек делать может, но не хочет. Объявление в газете: «Могу преподавать французский язык. Но не хочу».

Если вы что-то хотите, но не можете — тоже нехорошо. Лучше, когда вы делаете то, что и хотите, и можете. А если это сочетается с волей Божьей, то это не жизнь, а просто полет!

_____________________________

1. Вильгельм Вундт (1832 — 1920) — немецкий врач, основатель экспериментальной психологии. Его метод изучения человеческой психики, сознания, личности в целом предполагал разделение сознания на элементарные составные части. Таким образом, Вундт уподоблял психологию естественнонаучным дисциплинам — физике и химии.

2. Лу Ю (1125 — 1210) — китайский поэт и государственный деятель, автор примерно десяти тысяч стихотворений на философскую тему.

3. Дитрих Бонхёффер (1906 — 1945) — лютеранский теолог, пастор, участник заговора против Гитлера. Был казнен в концлагере Флоссенбюрг за месяц до окончания Второй мировой войны.

4. Урс фон Бальтазар (1905–1988) — католический теолог, иезуит. Умер не дожив двух дней до возведения в сан кардинала-диакона.

Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Илья Глазунов: Главное — воспитать волевую верующую элиту

О феномене по имени Илья Сергеевич Глазунов, настоящем искусстве, коммунистических стройках и любви к России

Сначала надо встретить самого себя, а потом супруга

Игумен Нектарий (Морозов) о том, как не пропустить настоящую любовь

Протодиакон Николай Попович об атеистах в окопах, несвятом Сталине и красоте христианства (+Видео)

Раненый, чуть не умер от жажды. Уже когда стал верующим и прочитал, как Господь говорит: «Жажду»,…

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!