Сенаторы предложили разрешить россиянам “короткоствол”, – мнения

|

В начале 2013 года Госдума России рассмотрит проект закона, разрешающий гражданам России хранить и использовать в целях самообороны короткоствольное огнестрельное оружие. В случае, если документ будет одобрен, внесут изменения в федеральный закон “Об оружии”. Авторы законопроекта уверены, что огнестрельное короткоствольное оружие не будет обращено против его владельцев.

Можно ли носить оружие гражданским лицам? Допустимо ли постоянное ношение оружия военными и сотрудниками правоохранительных органов?

 

Протоиерей Димитрий Смирнов

Если ты достал пистолет и не выстрелил, преступник заберет его

Сейчас у нас самое распространенное орудие убийства – это кухонный нож. Другое дело, когда разрешат стрелять, это будет гораздо эффективней. Если мы хотим не на миллион в год уменьшать население, а на два, то тогда, конечно, нужно всем раздать пистолеты.

До 1918 года в России жили русские люди, а сейчас живут советские. Уровень алкоголизации и наркотизации народа в настоящее время на два порядка выше, чем был тогда. Принятие подобного решения будет самоубийственным, и это очевидно.

Пусть попробуют и посмотрят. Думаю, что повторится тот опыт, когда законодательно был допущен некоторый уровень содержания алкоголя в крови водителей. Все равно пришли к отмене такого положения. Пусть только инициаторы данного проекта подумают о том, как потом это оружие придется отнимать. Человек просто скажет, что потерял, и ничего тут не поделаешь. В России в данный момент невозможно вводить подобные изменения. При современном уровне преступности, криминализации населения, и вообще полном отсутствии справедливости, которой просто нет, и ее даже нельзя добиться, люди будут палить.

В некоторых развитых странах наличие оружия не вызывает большей криминализации общества, и это связано с тем, что в этих государствах не было советской власти, или она была не так долго, если говорить о странах Восточной Европы, в которых советская власть установилась только с сороковых годов. Там не произошло достаточно глубоких изменений в сознании народа. У нас же было абсолютно преступное государство, жизнь человека стоила две копейки, и сейчас продолжается то же самое. В России совершенно сознательно сажают невинных и совершенно сознательно освобождают от наказания преступников, и этого никто не стесняется. Правоохранительная система вообще не работает. Поэтому я не знаю, как можно даже поднимать такой вопрос. Горе тогда сотрудникам МВД. Всем известно, что творится на Кавказе, где у народа есть оружие: там постоянно убивают милиционеров.

Я думаю, что те люди, которые это пропагандируют, просто желают окончательной смерти нашего народа. Им не терпится, пока мы вымрем от абортов, алкоголя и наркомании.

Дело в том, что если ты достал пистолет и не выстрелил, то преступник заберет этот пистолет. Он будет готов к этому. Поэтому получается так, что при малейшем подозрении надо стрелять. И народ будет палить. А стрелять еще надо научиться. Представьте, если в городах начнут палить. Одной пулей двоих можно убить, а двоих еще ранить. Наивно и глупо предполагать, что разрешение на ношение оружия может принести какую-то пользу. Сколько горя наделали даже травматические пистолеты. Сколько смертей невинных людей произошли из-за нелепых казусов, когда какого- то человека в плохом настроении ущемили на дороге, а он достал пистолет и начал стрелять. Так что не приведи Господь принимать подобные законы.

 

Cоветник губернатора Курганской области по патриотическому воспитанию, член Союза журналистов, член Союза писателей генерал Владимир Усманов

Когда мы излечим язвы общества, тогда и оружие нам будет не нужно

Сегодня закон об оружии разрешает обычным людям иметь охотничьи ружья. Хранить их нужно в сейфе, переносить в разобранном виде в чехлах. Собирать и использовать можно только в местах, отведенных для охоты. В той местности, где я живу, очень много охотников, а в стране таких людей сотни тысяч. Однако они не ходят с ружьями по городу. До сих пор охотники не дали нам повода подсчитывать, сколько преступлений совершено людьми, имеющими оружие.

Конечно, бывают отдельные случаи насилия по отношению к близким, пьяные ссоры. Но не было прецедентов, когда любители охоты специально собирались бы вместе, чтобы использовать оружие в насильственных целях.

Отношение к короткоствольному оружию (пистолетам) иное. Разговоры о его легализации у многих вызывают холод внутри. Неконтролируемая масса оружия на руках может в один момент вызвать взрыв, к которому ни власти, ни общество окажутся не готовы.

Наше общество страдает от многих болезней. В нем царит разрозненность. Вброс капиталистического адреналина подогревает хищнические настроения. Плюс наша ментальность – для нас обычное дело сначала вместе выпить, а затем подраться. Все это лишает нас надежды на то, что оружие будет спокойно приобретаться населением.

Но! Обсуждать возможность легализации ношения оружия обязательно нужно. Перспектива жить среди людей, которые носят при себе оружие, у каждого вызовет определенные чувства и заставит задуматься о болезнях общества.

Понятны доводы некоторых людей, которые говорят, что бандитам не нужно разрешение на оружие, оно у них и так есть; а вот добропорядочные граждане лишены возможности защищать себя. Но также ясно, что такие разговоры начинаются, когда люди чувствуют себя в опасности. Получается, все упирается в плохую работу органов внутренних дел. Если бы люди знали, что милиция защитит их, у них, возможно, не возникало бы желания вооружиться.

К слову, последние события в станице Кущевской заставили вновь вернуться к этой проблеме. Дико, когда на улицах хватают женщин, стреляют по людям. Но также дико, что такое вообще возможно на наших улицах. Подумайте, что бы было, если бы у гражданского населения было оружие. Во что бы вылилась вспышка насилия, которая произошла между казаками и чеченцами в Ставрополье?

Я не могу говорить, что одна нация испорченнее другой. Это, разумеется, не так. Но отдельные люди могут быть больше и меньше испорчены. И очень опасно делать вид, что в нашем обществе нет национальной проблемы. Если не заниматься этим вопросом, то рано или поздно напряженные отношения начинают урегулироваться стихийно – в результате чего могут происходить неконтролируемые вспышки агрессии, унимать которые будет чрезвычайно трудно, а, может быть, даже невозможно. Вместо того чтобы замалчивать проблемы, мы должны всеми силами преодолевать обоюдную озлобленность, которая осталась в нас еще с 1990-х годов, со времен осетино-ингушского конфликта и двух чеченских войн.

Движение должно быть со всех сторон: и государства, и общества, и национальных сообществ, и отдельных людей. Национальные сообщества не должны выгораживать преступника только потому, что в нем течет определенная кровь. Иначе теряет смысл понятие российского гражданства. Нельзя оправдывать противозаконные выходки национальными чертами характера, например, вспыльчивостью. В нашем законодательстве ничего не говорится о разных характерах, но в нем четко определены рамки поведения для гражданина любой национальности.

Я начал отвечать на вопрос об оружии, но, рассуждая на эту тему, мы неминуемо выходим на более глобальные проблемы. Почему одни хотят, а другие боятся легализации оружия? Ответов много – плохая работа органов внутренних дел, межнациональная напряженность, алкоголизм, наркомания, безработица и др.

Одним махом, раздав населению оружие, все вопросы решить нельзя. Путь тернист, тяжел и очень долог. А с другой стороны, когда мы излечим все язвы общества, тогда и оружие нам (мирному населению) будет не нужно.

Протоиерей Александр Ильяшенко

Вооруженного человека нельзя безнаказанно унизить

Я считаю, что в настоящий момент разрешить каждому желающему носить личное оружие было бы преждевременным. В принципе, к возможности для человека носить оружие я отношусь положительно, но в настоящее время наше общество совершенно не готово к тому, чтобы каждый мог иметь его при себе.

Мне кажется, что можно начать с того, чтобы разрешить носить оружие тем, кто носит мундир и принимает присягу — военным и сотрудникам правоохранительных органов. Быть при оружии офицер должен всегда, ведь он принимает присягу на всю жизнь, а не только на рабочий день.

Могут возразить — а как же Евсюков? И совершенно справедливо возразят – должен быть жесточайший критерий отбора на военную службу и службу в правоохранительных органах.

Говорят, что нужно сокращать армию. Согласен. Давайте оставим в армии людей, которым можно доверить оружие, ужесточим отбор, пусть служат храбрые, уравновешенные люди, которые не потеряют контроль над собой и в стрессовой ситуации. А тех офицеров, которым по каким бы то ни было причинам нельзя доверить оружие, можно перевести на должность сотрудников, имеющих другой статус, с сохранением зарплаты, которую они сейчас имеют. Но офицер, которому можно доверить носить личное оружие всегда, конечно, должен получать значительно больше, потому что на нем лежит большой груз ответственности.

Разрешение офицерам носить оружие окажет очень значительное влияние на их самосознание. Если офицер идет с оружием, когда он его может достать и применить, у него самосознание другое, и к нему отношение совсем другое. Рядом с ним матом не выругаешься и женщину не обидишь.

Думаю, что эта мера позволит сократить численность органов внутренних дел, избавиться от оборотней в погонах, то есть приведет к оздоровлению всех силовых структур, повышению авторитета их сотрудников.

Что касается гражданских лиц, то, я думаю, должно пройти два-три поколения, прежде чем можно было бы и гражданскому человеку, имеющему справку о психическом здоровье, разрешить носить оружие.

Конечно, должна быть разработана непротиворечивая правовая база, которая регламентировала бы ношение оружия. Например, так же как нельзя пьяному садиться за руль, так, и даже строже, должен быть наказан нетрезвый человек, если он имеет при себе оружие.

Как-то я говорил с одним адвокатом на тему, неприкосновенна ли человеческая личность. Он говорил, что, конечно, же, неприкосновенна. Я ему пытался возразить, что неприкосновенность личности не может быть безусловной, и привел два примера: гипотетический и реальный.

Гипотетический пример. Представим, что хулиган пристает к девушке. Поскольку его личность неприкосновенна, другие люди ему не могут применить физическую силу, а могут стать рядом и начать увещевать: «Уважаемый хулиган! Послушайте нас, пожалуйста! Задумайтесь, может быть, ваши действия не очень приятны девушке? Может быть, вы немного отойдете в сторону?» А если он не захочет? Но, если к насильнику применить насилие, то, раз его личность неприкосновенна, он подаст в суд, и там того, кто защитил девушку спросят: «Он тебе что-то говорил? – Нет. – Он тебя оскорблял? – Нет. – Он к тебе прикасался? – Нет. – А за что ты его ударил?» И все – защитник будет осужден.

Другой пример – из прекрасной книги писателя Виктора Николаева «Живый в помощи». Он воевал в Афганистане и описывает такой случай. Как-то наш отряд попал в горах в засаду. Откуда стреляют не видно – пули свистят, летят осколки камней, грохот. Наши бойцы бросились на землю, укрылись за камнями, начали отстреливаться. Кромешный ад. Тут у одного бойца отказали нервы, он поднялся во весь рост, начал орать. Секунда – и его убьют! Тут рядом лежащий, рискуя собой, вскочил, дал ему по морде, тот рухнул за камень. Тем самым жизнь его была спасена. Надо ли в суд подавать? Неприкосновенность-то личности была нарушена!

Конечно, неприкосновенность личности может быть нарушена только при каких-то особых условиях, это серьезная этическая и юридическая проблема. Может получиться как в анекдоте про ковбоев: «Сэм, мне не нравится вот тот ковбой. – Тут все ковбои. – Ну, тот, в шляпе! – Они все в шляпах! – Достает пистолет, стреляет: – Вот тот, что остался».

В Англии, Америке, Франции, люди имели право носить оружие, это было регламентировано законом. В Императорской России и в СССР до войны офицеры имели право носить оружие. Но после войны по приказу партии и правительства, не только солдаты, но и офицеры доблестной армии, победившей фашизм, были лишены права носить личное оружие, было приказано сдать и трофейное. Очевидно, власть не доверяла своему народу и боялась своей армии. С того времени офицеры ходят без оружия.

После войны маршал Г.К. Жуков попал в опалу, его отправили командовать Одесским военным округом. Там была грандиозная банда «Черная кошка», которая терроризировала город, в составе ее были уголовники, которых на фронт призвали из тюрем. Вернувшись с фронта, они занялись прежним ремеслом. Жуков своим боевым офицерам приказал выдать пистолеты, и они патрулировали город по ночам — город быстро очистили. Это опыт Жукова, он маршал Победы, мог себе позволить такое, но этот опыт о многом говорит.

Один прихожанин рассказал мне такую историю, которая произошла лет двадцать назад: офицер сменился с дежурства, у него пистолет еще остался – не успел сдать. Начальник вызвал его к себе, стал к нему придираться: дай ручку, ах, нет у тебя ручки, ах ты такой-сякой — и понес его. Офицер ему и говорит: «Товарищ генерал, ручки у меня нет, а пистолет есть». Тут же разговор перешел в другую тональность: «А, ты, наверное, устал, иди, иди, отдохни». К вооруженному человеку совершенно иное отношение, его нельзя безнаказанно унизить.

Вооруженный бандит получает возможность диктовать условия невооруженному большинству, но это ненормально. Если преступник берет в руки оружие, он должен знать, что он сам ставит себя вне закона и что он рискует, так как может получить самый суровый ответ. Разрешение офицерам в мундире быть при оружии поможет снизить уровень преступности в стране, избавиться от балласта в вооруженных силах, это может привести к значительному нравственному прогрессу.

Необходимо восстановить морально-правовую иерархию: люди, берущие на себя ответственность за безопасность сограждан, хранящие мир в обществе, должны пользоваться его уважением. Но защитники, безусловно, должны внушать доверие, действовать в рамках закона и пользоваться его защитой.

Священник Александр Пикалев

Гражданское оружие — pro и contra

Безусловно, мнение протоиерея Димитрия Смирнова как председателя Отдела по взаимодействию с вооруженными силами по поводу легализации личного оружия заслуживает очень серьезного внимания, но некоторые положения, безусловно, являются темой для дискуссии.

Позволю себе кратко высказать свой взгляд на эту проблему.

Начнем с того, что православие не против оружия как средства защиты жизни и здоровья. Мы знаем много прославленных Церковью в лике святых воинов, в чьих руках оружие служило ко благу и народа и Церкви. Поэтому было бы вполне логично заключить, что оружие не есть зло само по себе. Злом оно является в руках, управляемых глупой или злой головой, которое превращает оружие в смертельную опасность для ни в чем не повинных людей.
Но давайте посмотрим вокруг, сколько рядом с нами таких средств потенциальной опасности, которыми мы, несмотря на эту опасность, пользуемся?

Ну, во-первых, это автомобиль. Не стану лишний раз оглашать статистику жертв автокатастроф в России — она ужасна.
Потом тот же самый, упомянутый отцом Димитрием, кухонный нож, как основное орудие совершения бытовых преступлений. Сколько бы людей ни убили таким орудием, все равно у каждого из нас эта вещь дома присутствует и активно используется в хозяйстве.

Вряд ли умно было бы призвать всех без исключения всегда и в любых обстоятельствах воздерживаться от любых напитков, содержащих спирт. Статистика смертей от алкоголизма потрясает любого здравомыслящего человека, но это не может быть поводом для полного и повсеместного запрета на алкоголь в любом виде.

Совершенно очевидно, что дело не в автомобилях, не в ножах, не в вине, а в сознании и в тех мерах, которые должны это сознание дисциплинировать.

Если у нас в государстве водительские права можно просто купить, то стоит ли удивляться статистике смертей на дорогах? Если дешевую водку можно приобрести когда угодно, где угодно и кому угодно, то кого винить в том, что так много алкоголиков? Вопрос риторический.

Если легальное оружие будет так же легко доступно, как фальшивые права или водка, то вне всякого сомнения, преступлений и смертей будет больше.

Но посмотрим с другой стороны. Существование пьяного лихача за рулем не должно лишать добропорядочных граждан возможности приобрести автомобиль. Наличие алкоголиков не должно быть препятствием нормальным людям выпить на праздник бокал шампанского или рюмку коньяка. Ведь добропорядочный гражданин учил ПДД, сдавал экзамен, водит машину аккуратно и никому не угрожает, проблем на дороге не создает. Добропорядочный гражданин, по определению, не станет напиваться, как свинья, на Новый год, палить из ружья по окнам напротив и не заснет лицом в салате.

Но именно этот добропорядочный гражданин в первую очередь становится мишенью для преступника — грабителя, убийцы, насильника. И именно физическая беззащитность этого гражданина перед насилием и является одной из основных причин дерзости преступника и его уверенности в своем превосходстве. И если такой гражданин будет иметь оружие и право его применить, то шансы на успех у преступника объективно уменьшатся.

Да, настоящее нарезное короткоствольное оружие для граждан у нас не легализовано, но приобрести травматику можно легко и непринужденно. Собрать необходимые справки — дело одного дня, и финансовые затраты на это разрешение не так уж и велики. Никто особенно не станет с пристрастием интересоваться не наркоман ли, не сумасшедший ли приобретает эти справки. Если что-то не так, всегда можно «договориться» с «соответствующим лицом» известным способом.

Не так давно мне пришлось общаться на тему гражданского оружия с одним милицейским чиновником. От него я узнал, что на моей улице, буквально в квартале от моего дома не так давно застрелился парень из травматического 9-миллиметрового пистолета. Застрелился, потому что его бросила девушка. И тут виноват не парень с суицидальными заскоками, а те, кто выдали ему разрешение на данное оружие.

И подобные истории периодически всплывают в СМИ. То расстреляли из травматики актера Вдовиченко, то другому популярному артисту выбили глаз, опять же из травматики. А если брать не артистов, а простых людей, о бедах которых газетам писать неинтересно, то, уверен, число несчастных случаев будет не таким уж и маленьким.

И в связи с этим у меня возникает вполне резонный вопрос: а почему никто не ведет статистику того, сколько преступлений удалось предотвратить с помощью той же травматики? Сколько ограблений, изнасилований и краж? Сколько граждан отделались легким испугом тогда, когда можно было потерять здоровье или жизнь, не будь у них оружия? Можно ли посчитать количество НЕсовершенных преступлений?

Поэтому, думаю, вопрос, разрешать или нет приобретение гражданами оружия, останется еще открытым и дискутируемым долгое время. Но это спор будет не столько об оружии, сколько о гражданской ответственности тех, кто может его приобрести, и требованиях, которые должны к ним предъявляться.

Все знают, что для приобретения водительских прав, нужно, по закону, сначала приобрести необходимую сумму навыков и знаний, делающих дорожное движение безопасным, а потом уже самостоятельно садиться за руль. Но в то же самое время, с человека, который сейчас приобретает травматический пистолет, способный при «удачном» стечении обстоятельств привести к летальному исходу, не спрашивается вообще никаких знаний и навыков пользования этим пистолетом. Ни разу не слышал ни о каких специальных курсах для таких «стрелков», ни о каких экзаменах. А ведь именно такие курсы могли бы дать, пусть не абсолютную, но все же реальную гарантию того, что человек, целясь, скажем, в ногу нападающему, не попадет в глаз, или, забыв поставить оружие на предохранитель, отстрелит случайно что-нибудь самому себе.

Когда в августе этого года мне пришлось поехать с миссионерской поездкой в Южную Осетию, я со своими спутниками, сотрудниками нашего миссионерского отдела я побывал на пограничном стрельбище, впервые увидел вблизи пулемет, автомат, снайперскую винтовку и даже подержал в руках. Но если для меня это было своего рода экзотикой, то для пограничников это сама жизнь, они не расстаются с этим оружием.

Мне сразу бросилась в глаза та уверенная осторожность с которой офицеры обращаются с заряженным оружием. Например, один из стрелявших по мишени из пистолета, как-то, на взгляд инструктора (без реакции инструктора я бы и внимания на это не обратил), повел в сторону стволом заряженного пистолета — мгновенно его рука была перехвачена и незадачливый стрелок получил короткое и по-военному ясное внушение, чтобы он не смел никогда так больше делать. И подобная осторожность проистекает не из неуверенности, а именно из прекрасного знания, что такое оружие, на что оно способно, как сделать его максимально безопасным.

Да — они военные, профессионалы. Но если есть возможность воспитать такое же отношение к оружию у гражданского лица, то почему бы ему не доверить это оружие для защиты своей семьи в рамках, предусмотренных законом?
Если возможно, я за гражданское оружие, если невозможно — я против.

Еще от себя могу еще добавить: лично у меня трезвый, уравновешенный, обладающий определенными знаниями и навыками человек с оружием в руках вызывает только спокойствие и чувство защищенности, потому что я знаю, что это оружие у него никогда не выстрелит просто так, ради шутки или для «попугать». Но в то же самое время я понимаю, что легализовав для граждан серьезное боевое оружие, государство, «благодаря» уровню коррупции да и подчас просто банальной халатности создаст практически равные условия для приобретения оружия, как обычными гражданами, так и людьми, могущими использовать его для совершения реальных преступлений.

И до тех пор пока отношения гражданина и государства можно охарактеризовать как тотальное недоверие (гражданин не верит правоохранительным органам, которые должны его защищать, а государство не верит гражданину, который желает защитить себя сам) — эта проблема неразрешима.

Священник Феодор Людоговский

Лучше слабое государство, чем анархия

Прот. Александр Ильяшенко считает преждевременным разрешать свободное ношение оружия. Однако, по его мнению, было бы желательным разрешить и даже обязать постоянно носить оружие военных и сотрудников правоохранительных органов (насколько я знаю, такова ситуация в Израиле).

С этим можно было бы согласиться, но при условии, которое оговаривает сам о. Александр: те люди, которым государство доверяет ношение оружие, должны быть психически здоровыми и уравновешенными. От себя добавлю: это должны быть люди с совестью и с понятием о долге и чести, потому что из огромного количества преступлений, совершаемых ежегодно сотрудниками МВД, многие, уверен, были совершены на трезвую голову и с холодным расчетом.

Поэтому выдавать оружие для постоянного ношения на формальном основании одной лишь профессиональной принадлежности – на сегодняшний день крайне опасно.

Свящ. Александр Пикалев напоминает нам о травматике. Насколько я понял его логику, он считает, что раз травматика разрешена, то отчего же не разрешить и короткоствольное огнестрельное оружие. Будь моя воля, я бы запретил и травматику. Было время, женщины ходили с газовым баллончиком в сумочке и нередко пускали его в ход. Но с тех пор обстановка на улицах несколько изменилась. Зачем же нам возвращаться в эти дикие времена?

Отец Александр говорит также о невозможности и нецелесообразности полного запрета алкоголя, сопоставляя с алкоголем ношение оружия. Мне представляется, что запрет алкоголя был бы неплохой идеей. Да, вино обладает полезными, лечебными свойствами. Но кто у нас пьет вино? Абсолютные лидеры – водка и пиво. Много ли от них пользы? Вопрос риторический. Так что эта логика здесь не работает.

Прот. Димитрий Смирнов, высказывания которого показались многим читателям оскорбительными, говорит то, что знает, то, с чем сталкивается постоянно в жизни и на исповеди каждый священник: алкоголизм (в том числе женский) и наркомания достигли в наши дни небывалого уровня.

Если бы справки из психоневрологического диспансера делали ли не в подвалах за известную сумму, а по всем правилам и по всей строгости, то, наверное, треть взрослого мужского населения получила бы от ворот поворот при попытке оформить разрешение на ношение оружия.

Кроме того, почему-то считается, что оружие, если его разрешить, будет использоваться исключительно в целях самообороны. Это совершенно неочевидно. Та пропаганда, которая в течение 20 лет лилась на нас из телеящика и с рекламных плакатов, не могла пройти даром: многих, очень многих уже убедили, что «они достойны» того и этого, а все прочие – «слабое звено». А если кто-то помешает этим людям получить то, чего они себя считают достойными? А если докучливая толпа не поспешит расступиться? Кто даст гарантию, что в ход не пойдет оружие? Никто. Напротив, едва ли не каждый день мы читаем в новостях о конфликте автомобилистов, завершившемся перестрелкой.

А еще довольно часто мы слышим, что в США в таком-то колледже или школе ученик расстрелял учительницу и одноклассников. Мы не хотим учиться на чужих ошибках? Нам приятно самим наступить на те же грабли? Что ж, мы почти догнали Америку: вот у нас Евсюков, а вот – школьники и их родители, избивающие учителей. Будем перегонять Америку или подумаем, пока не поздно?

Впрочем, мы всё же можем себе представить классическую ситуацию (скорее из фильма, чем из жизни, ну да ладно): грабитель подходит – не со спины, а благородно, лицом к лицу – к добропорядочному гражданину. Гражданин, являющийся счастливым обладателем пистолета, выхватывает ствол – и… Что? Стреляет? Не факт.

Каждый ли день этому гражданину приходится стрелять в человека? Вряд ли. Каждый ли день его останавливают грабители? Сомнительно (если это только не Дикий Запад с индейцами и ковбоями). Так вот: гражданин достает пистолет, руки подрагивают, он начинает водить стволом из стороны в сторону (зря, что ли, он смотрел вестерны и боевики?), пистолет случайно стреляет – и попадает. Но только не в грабителя, а в женщину, которая переходила улицу в нескольких десятках метров от места происшествия. Гражданин потрясен, больше ни одного выстрела сделать уже не может. Грабитель отбирает пистолет и все остальное, бьет свою жертву по голове и убегает. Подъезжает милиция. Отгадайте с одного раза, кто окажется виноватым?

Хорошо, предположим, что гражданин оказался не робкого десятка и притом опытным стрелком – точным попаданием уложил обидчика. Милиция, допросы, суд. Вдруг выясняется, что наш герой превысил допустимые меры самообороны. Он должен был аккуратно прострелить преступнику ляжку, предварительно вежливо предупредив его об этом, а он запустил ему пулю промеж глаз. Грабитель на кладбище, несостоявшаяся жертва ограбления – на зоне. Это фантастика? Это жизнь.

Можно привести и другие доводы против свободной продажи и ношения оружия: проблема хранения, эксплуатации и проч. Но дело не в этом. Мы просто должны спросить себя: почему вообще возникает такая потребность, такое желание – иметь оружие? Ведь большинство мирного населения – все-таки не убийцы-маньяки. Ответ известен: для самообороны. Но для этого существуют правоохранительные органы. Да, они коррумпированы и неэффективны. Но если в силу именно этих причин государство разрешит свободное ношение оружия, то это будет означать окончательную самоликвидацию государства в силу невозможности выполнять возложенные на него функции. Каждый сам за себя! Мы не можем тебя защитить от ковбоев, индейцев, шерифов и прочих корсаров – но ты можешь попробовать всех их перестрелять. Обойму вставил? Пли!

В наших условиях это будет гражданская война – что мы и видим на Кавказе и прилегающих территориях, где хранение, ношение и применение оружия де-факто разрешено.

Я глубоко убежден: лучше слабое государство, чем анархия.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: