Владимир Миронов о фальсификациях диссертаций: Система аттестации научных кадров требует серьезного совершенствования

|

Комиссия Минобрнауки РФ по проверке диссертационного совета Московского педагогического госуниверситета заявляет о массовых фальсификациях диссертаций, которые защищались в нем. Кто пропускает недобросовестные диссертации, и почему возник такой ажиотаж – разве в других вузах не бывает нарушений? Комментирует декан философского факультета МГУ, член Высшей аттестационной комиссии Владимир Миронов:

Необходимо признать, что  это не только проблема сферы образования и аттестации научных кадров, а во многом общее отражение ситуации в стране. Нельзя «построить социализм» в отдельно взятом государстве или каком-то университете. Если в стране есть наркомания, коррупция или пожары, то все это необходимым образом будет и в более локальных подсистемах. Выявленные фальсификации, и особенно их размах, ужасны, но решать данные проблемы надо без ажиотажа, который не всегда является лучшим помощником в понимании ситуации.

Наша система аттестации научных кадров требует очень серьезного совершенствования. Например, ВАК критикуют все, но как-то не замечают, что за последние пять лет и сделано было достаточно много. Например, был приостановлен поток диссертаций, безудержное открытие диссертационных советов. На экспертные советы стали автоматически вызывать любого чиновника или человека, не имеющего отношения к науке и образованию, если он работает не по специальности. Я, как председатель экспертного совета по философии, социологии и культурологии, могу сказать – ни одного заседания экспертного совета не проходит без того, чтобы какая-то диссертация не отклонялась.

В тоже время, тенденции реформирования ВАК приняли последние 1-2 года странный характер. Это приводит к тому, что члены экспертного совета (а это доктора наук и профессора) становятся просто статистами, занимаясь чисто формальной работой, не имея серьёзных рычагов воздействия на диссертационные советы и даже утратив прошлые возможности. Дабы не быть голословным приведу лишь нынешнюю процедуру рассмотрения кандидатских диссертаций.

По указу, по-моему, лета 2011 года, окончательное решение по данным диссертациям принимает диссертационный совет. Через экспертный совет идут лишь личные дела соискателей и, в лучшем случае, автореферат. До 2011 года мы могли на основании анализа автореферата и личного дела вызвать соискателя и председателя диссертационного совета на экспертный совет, на заседании которого выявляли спорные моменты и очень часто обнаруживали нарушения и низкое качество не только самих работ, но и «отдалённость» автора от собственной работы. Именно здесь больше всего «страдали» чиновники, которые даже предоставив нормальный текст, не могли ответить ни на один вопрос.

Сконструирую такую метафору. Раньше перед нами двигался конвейер из яблок, на котором мы могли достаточно оперативно обнаружить гнилое и вытащить его. Сегодня перед нами конвейер из названий сорта яблок и обнаружить испорченное по написанию сорта очень трудно. Иначе говоря, если (в основном интуитивно или зная данный совет) я хочу вызвать соискателя и председателя диссертационного совета, я должен организовать апелляцию в данный совет на защиту, и в случае, если получу отказ в признании апелляции справедливой, ещё раз вызвать соискателя и председателя.

Процесс резко затягивается, и таких вызовов за последний год стало значительно меньше. Ну, а чиновники регионального уровня получили возможность спокойной легализации их «научных» потенций. Что касается докторских диссертаций, то здесь ситуация осталась более или менее прозрачной, позволяющей осуществлять экспертизу, но поток диссертаций огромен.

Комиссия действительно обнаружила дикие нарушения, но справедливости ради надо бы было посмотреть, а что было обнаружено в самом ВАКе, сколько советов было закрыто из-за недобросовестной работы и т.д.

Центральное звено защиты диссертации – это диссертационный совет. Если диссертационный совет пропустит диссертацию, то потом установить недобросовестность крайне сложно. И здесь нужно, с одной стороны, совету доверять, а не идти по пути придумывания разных формальных ограничений, типа одного технического перерыва или обязательной видеозаписи. Камеру можно повернуть, членов диссертационного совета, при желании, могут сыграть артисты. Все это признаки недоверия к ученым и неумение организовать работу.

С другой стороны, должны измениться принципы отбора членов диссертационного совета и их утверждения. Это очень сложная задача. Ибо в экспертном совете, которые просматривает документы на открытие совета, мы не можем иметь достаточных данных на претендентов. Тем не менее, регулярно мы отклоняем членов совета, чаще всего из-за отсутствия профильных публикаций. Необходимо уже при принятии диссертации к рассмотрению жестко проводить принцип назначения оппонентов по совокупности тех работ, на которые написана диссертация. Мне кажется, что необходимо внешнюю организацию назначать в ВАКе. Причем это достаточно легко осуществить программным образом, через случайную генерацию данных внешних организаций.

Наконец, уже по результатам защиты. Я как-то предлагал на заседании Президиума ВАК создавать «черные списки» оппонентов и научных руководителей. Ведь, по большом счету, именно на них лежит основная ответственность за качество представляемой работы. И если работа дошла до ВАКа с элементами заимствований и несамостоятельной работы, то оппонент должен отстраняться как минимум на 3-5 лет от возможности оппонировать работу. Кроме того, по работе в ВАКе могу сказать, что есть своеобразные «записные» оппоненты, которые оппонируют по огромному количеству работ, причем на разные темы.

И, наконец, ВАК не должен быть неким отростком министерства, которое создает правила, часто не согласованные с реально работающими специалистами. Мне кажется, что ВАК должен подчиняться напрямую высшему руководству страны, что повысит его независимость перед чиновниками.

Кстати, такая система существует, например, в Белоруссии, где ВАК подчинён непосредственно Президенту. Думаю, что мы пока не готовы переводить защиты на уровень самих университетов, надеясь, что осуществится естественный отбор. Он осуществится, конечно, но через длительное время, и нетребовательные советы, поверьте, будут не менее популярны, как сегодня популярны многие вузы, выписывающие дипломы.

Но вот, что необходимо сделать, это, тем не менее, несмотря на утверждение диссертации в ВАКе, записывать в свидетельстве о присвоении степени конкретный вуз, в котором была произведена защита. Конечно можно было бы в качестве эксперимента проводить защиты в ряде ведущих университетов. Но тогда возникнет проблема удвоения организаций, несущих ответственность за диссертации.

К системе “Антиплагиат” я отношусь сдержанно, хотя в свое время присутствовал при ее официальном открытии. Она не без недостатков, многие знают как её обходить. Она нужна, но как вспомогательная форма контроля, выявляющая прямые заимствования. Например, она не может помочь в том случае, если диссертация выполнена на высоком уровне, но не самим соискателем. Она проверяет текст, но не в силах познать человека.

Здесь критерий лишь один – сам процесс защиты. Именно поэтому с таким диссертациями вряд ли пойдут в физический или математический диссертационный совет. А вот в некоторые гуманитарные идут. Значит сама система «живой» защиты здесь страдает изъянами, я уж не говорю о прямых случаях недобросовестности.

И совсем последнее, хотелось бы, что бы всё, что происходит стало предметом обсуждения в ВАКе. Может быть это повод, чтобы собрать Пленум ВАК и обсудить ситуацию в целом.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Похожие статьи
Пересадка головы – что это было на самом деле

Почему операция прошла «успешно» и в чем сомневаются ее критики

Минобрнауки увеличит разностороннюю поддержку молодых ученых

Замглавы Минобрнауки: "Кадры для науки – это важнейший элемент государственной политики"

Хранитель церковной науки, от которого не осталось имени

К 90-летию со дня рождения Евгения Алексеевича Карманова

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: