Загадки убийства царской семьи

|
Кто стоит за убийством царской семьи? Почему результаты правительственной комиссии, связанные с исследованием и перезахоронением останков российского императора Николая II и членов его семьи, не принял Святейший патриарх Алексий II?

Цикл бесед об исторической миссии России – попытка с духовно-нравственных, православных позиций осмыслить важнейшие события Отечественной истории.

Ведущий – протоиерей Александр Ильяшенко, настоятель храма Всемилостивого Спаса бывшего Скорбященского монастыря, руководитель Интернет-порталов «Православие и мир», «Непридуманные рассказы о войне», основатель постоянно действующего мобильного фестиваля «Семейный лекторий: Старое доброе кино», член Союза писателей России и Союза журналистов Москвы.

Гость – историк Владимир Михайлович Лавров, доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института российской истории РАН, профессор Николо-Угрешской православной духовной семинарии, академик Российской Академии Естественных Наук.

Протоиерей Александр Ильяшенко

Протоиерей Александр Ильяшенко

Протоиерей Александр Ильяшенко:

Здравствуйте, дорогие друзья! Я рад приветствовать вас в нашей исторической гостиной. Тема, которую мы обсуждаем – историческая миссия России – мне кажется очень важной и к тому же злободневной. И это становится возможным, потому что у нас в гостях наш верный постоянный гость и друг – историк Владимир Михайлович Лавров. Здравствуйте!

Профессор Владимир Лавров:

Здравствуйте!

Протоиерей Александр Ильяшенко:

Я рад снова приветствовать вас на нашей общей передаче. И сегодняшняя тема касается одного из наиболее трагических моментов истории нашей страны в XX-ом веке, – убийства царской семьи. И первый вопрос: кто несет ответственность за убийство святых царственных страстотерпцев?

Кто стоит за «стрелочниками»?

Профессор Владимир Лавров:

Конечно, несут ответственность не «стрелочники» в Екатеринбурге. Когда убивают главу государства, царя, ответственность несут власти, которые захватили руководство страной – в первую очередь, Ленин и Свердлов. Причем есть необходимые документы, сохранился протокол ЦК Коммунистической партии от 19 мая 1918 года, где черным по белому написано, что курировать судьбу императора поручается Свердлову, который тогда возглавлял советскую власть.

Профессор Владимир Лавров

Профессор Владимир Лавров

Видимо, это убийство готовилось – один из убийц большевик Голощекин в начале июля 1918 года приезжал в Москву, встречался со Свердловым, обсуждал предстоящее.

Екатеринбург тоже не случайно возник. Голощекин был военным комиссаром в Екатеринбурге и знакомцем Свердлова еще по подполью. Сам Свердлов в Екатеринбурге занимался вооруженным разбоем, за это был законно посажен, сидел. И здесь еще важный момент: 16 июля из Екатеринбурга в Кремль приходит телеграмма за подписью Голощекина и Сафарова. Большевик Сафаров –тоже человек не случайный, это уже знакомец Ленина. С Лениным Сафаров ехал в том знаменитом «пломбированном» вагоне через территорию кайзеровской Германии, которая напала на Россию. То есть это все были очень близко знакомые люди.

В этой телеграмме екатеринбургские коммунисты обращались к Ленину и Свердлову и говорили о том, что должно произойти завтра. И очень важная фраза: «Если вы против, немедленно телеграфируйте». То есть если вы промолчите, то это молчаливое согласие. Я думаю, такая фраза не могла родиться у людей малограмотных – у Голощекина и Сафарова, тем более у других екатеринбургских большевиков. За этой фразой стоит юридическое образование, а юридическое образование имел Ленин. Думаю, в начале июля как раз была достигнута договоренность о подобной формулировке, а Ленин являлся хорошим конспиратором. То есть можно было ничего не отвечать, и тем самым дать согласие.

Хотя здесь можно добавить, что уже в 60-ые годы XX-го века Акимов, преподаватель одного из московских вузов, написал воспоминания о том, что, когда он был охранником Ленина, он лично отправлял телеграмму с предписанием Ленина «Расстрелять». Есть такие очень интересные воспоминания, как к ним относиться? В 60-е годы ничего этого опубликовать не могли, Акимов не мог стать известным, не мог получить за это какие-то деньги, его свидетельство сразу положили в архив и засекретили. Он только привлек к себе внимание КГБ, вспомнил о том, о чем лучше не вспоминать. Так что нельзя исключать, что была телеграмма с прямым ленинским предписанием совершить это злодеяние. Но не исключено, что ее и не было. В любом случае, ответственность лежит не на «стрелочниках», а на тех, кто руководил страной.

Протоиерей Александр Ильяшенко:

Владимир Михайлович, можно я продолжу вашу мысль? Не являются ли Ленин, Троцкий и Свердлов тоже «стрелочниками», над которыми стояли те, кому надо было уничтожить Российскую империю как могучую державу, как конкурента? Не могли они действовать по указке из-за океана?

Ленин навещает больного Свердлова

Ленин навещает больного Свердлова

Или мы побеждаем, или на нас кровь младенцев

Профессор Владимир Лавров:

Об этом известных документов нет. Поэтому об этом не возьмусь сказать. Скорее то, что сделал Ленин, – не потому, что белые наступали, ведь можно было и эвакуировать. Однако почему это понадобилось Ильичу? Потому что было необходимо расстаться с «проклятым прошлым», как он говорил, расстаться с тысячелетней православной Россией. Вот таким злодеянием сплотить партию преступно пролитой кровью и всем показать – назад пути нет! Или мы побеждаем, или на нас кровь младенцев.

Ленину это удалось. И это было не только убийство царской семьи, но и переход на новый стиль – плюс 13 дней, всяческий отказ от изучения истории до 1917 года, до Октябрьской революции. Все это должно было показать людям, что наступила новая эпоха. А на следующий день, 18 июля 1918 года, было сделано официальное заявление ВЦИК – Высшего органа советской власти, заявление Свердлова – о том, что расстрелян только государь, а императрица и дети эвакуированы в безопасное место. Какое кощунство, наглость, подлость! Свердлов и Ленин обманули советский народ.

ВЦИК одобряет это преступление, правительство во главе с Лениным одобряет это преступление, а одобрение преступления и покрытие всех преступников – это же соучастие. И, по меньшей мере, соучастие в преступлении на совести Ленина и Свердлова. К тому же говорилось, что был расстрел… Мужчин расстреляли, у женщин же были корсеты с драгоценностями, пули рикошетили от них, поэтому Юровский проткнул женщин штык-ножом от американской винтовки (хранится в Государственном архиве РФ).

Да еще и в горничную стреляли, однако у нее-то корсета не было, но была подушка в руках; ее пуля сбила с ног, она упала. Пуля увязла в этой подушке, горничная вскочила с криком: «Господь меня спас!» Тут подошли и зарезали и ее. Это была страшная вакханалия. Затем бросились раздевать девушек, но напоролись на драгоценности, и жажда наживы взяла верх над основным инстинктом. Это страшное злодеяние… И все это покрыто Свердловым, покрыто Лениным, этому нет прощения.

«Грех цареубийства народом не раскаян»

Протоиерей Александр Ильяшенко:

Это какой-то разгулявшийся сатанизм…

Скажите, пожалуйста, Владимир Михайлович, насколько научно состоятельны результаты деятельности правительственной комиссии по изучению вопросов, связанных с исследованием и перезахоронением останков российского императора Николая II и членов его семьи?

Профессор Владимир Лавров:

Результаты деятельности этой комиссии вызывают серьезные вопросы, и, прежде всего, как это все было организованно. Во главе правительственной комиссии был поставлен вице-премьер Борис Ефимович Немцов. Кто такой Немцов? Он эксперт? Нет! Он историк? Нет! Он в этом не разбирался. Мне кажется, это была серьезная ошибка, допущенная руководством страны – Черномырдиным, он принимал решение, в согласии с президентом Ельциным.

Такую комиссию, решения которой ждал весь народ, особенно православные люди, должен был возглавлять человек, которому люди доверяют, который бы сказал, как оно есть, какой бы вывод ни был. Думаю, таким человеком мог быть Александр Исаевич Солженицын, православный, занимавшийся историей, в том числе писавший о государе, написавший «Красное колесо». Солженицын бы безусловно сказал всю правду, ничего бы не побоялся. Но Солженицыну не дали возглавить комиссию. Дмитрий Сергеевич Лихачев, тоже православный историк, сказал бы правду. А в итоге назначили по должностям людей, которые готовы одобрить все, что скажет Немцов.

Причем речь шла о святых людях, а в комиссии был только один представитель Русской Православной Церкви – митрополит Ювеналий. Могла Церковь в лице одного представителя проконтролировать работу этой комиссии? Если будет создана новая комиссия, которая, конечно, необходима, потому что Церковь с большой настороженностью относится к результатам немцовской комиссии, то в такой комиссии Церковь должна получить представительство, которое сочтет необходимым.

Фотография Александра Котомина

Фотография Александра Котомина

Потом большое, мягко говоря, удивление вызывает то, что в немцовской комиссии не было ни одного ученого, ни одного историка из Института российской истории Российской Академии наук. Это вообще нонсенс. Основное историческое учреждение, и никого не пригласили. А между прочим, в нашем институте тогда работал Александр Николаевич Боханов, автор лучшей книги о Николае II, она вышла в серии ЖЗЛ. Как можно было не пригласить? Может быть, специально не пригласили? Боханов бы докопался до многих вопросов, которые чиновники не могли понять. Директора института Андрея Николаевича Сахарова не было в комиссии. Может быть потому, что Сахаров иногда говорил не так, как кому-то нужно, а как ему диктовала совесть историка. То есть это просто фантастика – не пригласить никого из ведущего научного исторического учреждения страны! Там были какие-то чиновники, и даже если брать людей, которые занимались историей, например, Радзинский – это человек, оклеветавший императрицу, написавший в книге, что она была лесбиянкой, но это же не порядочно. Это клевета.

Протоиерей Александр Ильяшенко:

Я бы сказал – преступная клевета. С одной стороны, «мертвые срама не имут», но мертвые и ответить, защитить себя не могут, и это не достойно. Тем более, что есть опубликованные проверенные-перепроверенные надежные данные о чистоте, непорочности и патриотизме и Государя, и Государыни, не говоря уже, конечно, о детях.

Фотография Александра Котомина

Фотография Александра Котомина

А был ли Манифест об отречении от престола?

Профессор Владимир Лавров:

Радзинскому главное было – на сенсации заработать денег. Реально исторический раздел писал прокурор-криминалист В.Н. Соловьев. Но он не профессиональный историк. Я когда с ним встречался, то спросил: «Почему вы не провели важнейшую экспертизу подлинности подписи Николая II под Манифестом об отречении от престола?» Есть документ в Государственном архиве Российской Федерации: и сам документ, и подпись вызывают большие вопросы. То есть важнейший государственный документ не на бланке, нет императорской печати, подпись Николая II карандашом, а он всегда чернилами подписывал важнейшие документы. Что, у главы государства чернил не было? Принесли бы за минуту. Какая-то подтертость под подписью, причем справа подпись Николая II, слева – министра императорского двора Фредерикса.

А еще Временное правительство создало Чрезвычайную следственную комиссию, которая допросила графа Фредерикса: «Подписывали?» – «Нет! Меня там рядом вообще не было». То есть подпись Фредерикса, который удостоверял документ и подпись императора, подделана. После всего этого надо обязательно провести экспертизу подписи императора Николая II, это элементарно для профессионала, для историка, для криминалиста! А Соловьев этого не делает, Немцов этого не делает – почему? Если любительски через стеклышко сравнить ее с другими подписями, то получается, что эта подпись, которая в так называемом манифесте, совпадает с другой подписью Николая II в документе 1915 года. Однако полностью подлинные подписи не совпадают никогда, а здесь полное совпадение при любительском сопоставлении через стеклышко. Нужна официальная экспертиза.

Фотография Александра Котомина

Фотография Александра Котомина

Протоиерей Александр Ильяшенко:

Можно предположить, что ее подделывали?

Профессор Владимир Лавров:

Да. И такие экспертизы делаются, это не сложная экспертиза. То, что Немцов выгораживает Свердлова, выгораживает Ленина, это странно – демократ выгораживает лидеров коммунистов. Опубликован ряд статей, в которых говорится, что Немцов является внучатым племянником Свердлова. Честно говоря, мне не интересна генеалогия Немцова, я ею не занимался и не знаю, соответствует это действительности или нет, но если соответствует, то объясняет, во всяком случае, много недоделок в работе этой комиссии во главе с Немцовым.

Нужна комиссия, в которой Церковь бы получила необходимое представительство, позволяющее проконтролировать ее деятельность; необходимо, чтобы вошли в комиссию не по должностям, а люди, которые разбираются – не такие, которые за все готовы проголосовать, что начальство скажет. А которые самостоятельно засвидетельствуют, что это настоящие останки или ненастоящие останки, кто виноват и кто несет ответственность, скажут прежде всего правду об ответственности Ленина и Свердлова.

Протоиерей Александр Ильяшенко:

И Троцкого?

Профессор Владимир Лавров:

Троцкий при этом не был в столице, есть воспоминания Троцкого: когда он вернулся в Москву, то спросил у Свердлова: «Кто принял решение расстрелять?» Ответ Свердлова: «Мы приняли решение». То есть «мы» – это Свердлов и Ленин, а может, и еще кто-то.

Протоиерей Александр Ильяшенко:

Скажите, а можно ли верить свидетельству Троцкого, может, он писал это в эмиграции и выгораживал себя?

Профессор Владимир Лавров:

Одно к одному. Молчаливое согласие Ленина и Свердлова было дано, хотя, возможно, была и ответная телеграмма. Об этом необходимо сказать. Сказать о том, кто несет наибольшую ответственность. И я убежден, что в комиссию, чтобы она являлась вполне объективной, не должны входить люди, которые сами состояли в партии, в которую входили и убийцы Николая II, его семьи. Таких людей в комиссии быть не должно.

Протоиерей Александр Ильяшенко:

Мне кажется, что это звучит как некая программа. И хотелось бы, чтобы ваши слова услышали, и экспертиза была бы проведена на самом высоком научном, а, следовательно, компетентном и беспристрастном уровне.

Профессор Владимир Лавров:

То есть не предрешать, какие будут выводы; сделать свою работу профессионально, объективно.

Протоиерей Александр Ильяшенко:

Поэтому можно порадоваться интуиции светлой памяти Святейшего Патриарха Алексия II, который не принял результаты этой экспертизы.

Профессор Владимир Лавров:

Он еще сказал такие слова: «Грех цареубийства, происшедший при равнодушии граждан России, народом нашим не раскаян». Действительно, народ отнесся к этому злодеянию как-то …

Протоиерей Александр Ильяшенко:

С одной стороны, я с вами согласен, но, с другой стороны, тогда же не было никаких средств массовой информации, как могли люди узнать, что где-то что-то втихаря произошло?

Профессор Владимир Лавров:

Поэтому и сделали все втихаря, далеко на Урале. Ведь сначала советским правительством во главе с Лениным было принято решение устроить открытый суд.

Протоиерей Александр Ильяшенко:

Да. Они хотели повторить судилище, которое французы устроили над Людовиком XVI.

Фотография Александра Котомина

Фотография Александра Котомина

Профессор Владимир Лавров:

Почему Ленин от этого отказался? Он проанализировал предстоящее. Что такое открытый суд? Это суд по закону. А что предъявить? Еще можно прицепиться к главе государства, но уже женщина ни в чем не виновата. Ну, а девушки в чем? Ведь работали медсестрами в госпитале в Царском Селе. 14-летний мальчик в чем виноват? То есть, если открытый суд, то убить всех Ленину не удалось бы, поэтому убили в подвале без суда и следствия.

Протоиерей Александр Ильяшенко:

Боюсь, что наше время подошло к концу. Закончим на этой трагической ноте, которая нас всех заставит задуматься и обратиться к тем событиям, которые действительно потрясли и перевернули мир. Действительно, наше равнодушие подчас бывает преступным. Еще Пушкин говорил, что мы ленивы, нелюбопытны. А я бы еще добавил, что и неблагодарны. Потому что трудно переоценить достижения при Романовых, при императоре Николае II.

На этом я позволю себе проститься. Всего доброго!

Профессор Владимир Лавров:

До свидания!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.
Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: