«Лена
«Ленка, у тебя прямо талант притягивать к себе странных людей с их странными историями», — сказала недавно одна моя подруга. Притягивать странных людей — то ладно. Вот в чем у меня, действительно, талант — так это самой попадать в разные нелепые истории. Особенно — с духовенством. Тут мне вообще нет равных.

Батюшкины гусли

Елена Кучеренко

Вот год или полтора назад. Позвали меня батюшка с матушкой, сами не местные, встретиться в одном московском монастыре. Они специально из своей глуши приехали туда по каким-то делам. Я обрадовалась, очень хотелось увидеться.

Приезжаю, у ворот встречает меня матушка:

— А пойдемте в трапезную. Нас там кормят как раз.

Почему нет? Поесть я люблю… А обедала давно уже.

Но повела она меня не туда, где простые смертные миряне трапезничают, а в какие-то внутренние палаты.

Опять же, почему нет? Про себя я решила, что их, как дальних бедных путников, монахи пожалели и решили где-то у себя накормить. На благотворительных началах. Как в Патерике. В трапезной для всякого разного иночества и духовенства. Что тоже верно…

Усадили меня за стол. Там еще какие-то люди кушали. Но я на них особо внимания не обращала. Голод — не тетка, а пахло вкусно. В общем, давай я лопать харчи. Тем более, что на дармовщину. Ну и с батюшкой и матушкой парой слов перекидываться.

Они мне рассказывали, что в своей деревне для спивающегося населения на гуслях играют и мечтают возродить там православие и русскую культуру.

А чтобы православие возродить или хотя бы службу отслужить, матушка в четыре утра в развалюхе, которую под храм отдали, печку-буржуйку топит. И не унывает. Она до этого в монастыре долго жила, не только буржуйки повидала.

Еще о том, как однажды у батюшки этого денег на бензин не было (у них в принципе денег никогда ни на что не было), и он к владыке на архиерейскую службу пешком в мороз десять километров шел. Без гуслей, правда. Ну и опоздал на два часа. А архиерей так осерчал, что чуть не отправил его прямым ходом в Царствие Небесное. За халатное отношение к чинам и богослужебному делу.

Ну и много чего еще они рассказывали из своих захолустных деревенских будней.

«Давайте без чинов»

В общем, сидим, едим, благочестивые беседы ведем. И тут заходит человек в подряснике. Тихий, скромный, приветливый. Не молодой, но и не старый.

Поздоровался со мной, спросил, вкусно ли. С другими, наверное, до этого виделся.

— Вкусно, — говорю я, жуя.

Про себя решила, что это послушник или иночек местный. Сотрудник этой трапезной. А тут он к нам за стол присел. Ничего, не жалко. Мы ж не в миру. В монастыре «клиенты» и «официанты» перед Богом равны.

— Лена у нас православный писатель! — говорит ему матушка.

Он уважительно закивал. Ну а я слегка засмущалась для приличия, улыбнулась иноку ободряюще, мол: «Сидите, не тушуйтесь. Мы здесь без чинов». И дальше ем себе. И о высоком с батюшкой и матушкой беседую. А он слушает заинтересованно, вопросы наводящие задает.

Ну а я — что? Если человек к божественному тянется, почему бы не просветить. Ведь приходят они, бедные, из мира неподготовленные. В розовых очках.

А тут такое везение — целый православный писатель. Этот, правда, не юноша был. Но, может, он только уверовал и сразу — в монастырь.

Ногу на ногу положила, локоть вальяжно — на стол. И давай шпарить о Божием Промысле да о судьбах мира. И о всякой другой надобыденности. Например, почему люди уходят в монастырь, и как правильно подойти к этому важному духовному деланию.

Аж сама себя заслушалась. Ну и все вокруг заслушались. Замолкли, только глазами хлопали. От восторга, наверное. Инок только время от времени что-то заинтересованно спрашивал. И более благодарного слушателя у меня давно не было.

Потом позвонил ему кто-то, и он убежал по своим делам. Ну и мне было пора — семья, дети, кот, собака, молитвенное правило… Простились мы с батюшкой и матушкой и, довольные друг другом и трапезой, расстались.

«Милый такой монашек…»

Это была суббота. А в воскресенье пришла я в наш храм на Литургию. Помолились, причастилась, с прихожанками, как водится, новости и сплетни обсудила. И встретила одного знакомого батюшку. Давно не виделись.

— Ну как дела? — спрашивает. — Что хорошего?

Рассказала я ему о своем житье-бытье и, между прочим, как намедни монастырь тот посетила и в трапезной откушала. Про батюшку и матушку тех — с гуслями.

— Еще там был такой милый монашек… — говорю.

«Монашек» — это не в уничижительном смысле, Боже упаси! Наоборот — ласково, с любовью. Очень он мне глянулся своим вниманием к моим высокодуховным знаниям. Да и вообще, хороший человек.

— А выглядел он как?

— Так и так… — описываю.

Достал батюшка свой смартфон (тоже ведь человек, не духом единым) и давай гуглить.

— Этот? — спрашивает.

— Да, он.

— Слышь, раба Божия, ты не забывайся! Это не «монашек», а наместник монастыря, отец N.

Давление триста на двести, свет померк… Начала вспоминать, что я там ему еще наговорила, кроме того, как правильно монашеским деланием заниматься.

Чем больше вспоминала, тем больше мне плохело.

Батюшке тем с матушкой позвонила:

— Что ж вы, такие-сякие, духовные лица, меня не остановили?

— Так мы думали, знаешь… Удивились немного только, что ты так запанибрата… Но кто вас, православных писателей, знает. Может, вам так положено…

Когда мне в следующий раз нужно было в тот монастырь по своим уже делам, пробиралась я огородами, мелкими перебежками и партизанскими тропами. И стыдно до сих пор, честно говоря…

Правда, однажды я знакомого монаха оттуда встретила, взаправдашнего. И он как давай радоваться:

— Ой, Елена! Наместник наш, отец N, так о вас хорошо рассказывал, так впечатлился… «Писательница, — говорит. — И так складно глаголет…».

Но от этого еще стыднее.

Вот такая история у меня приключилась. И она — далеко не одна. Но о других моих попадосах я расскажу как-нибудь в следующий раз.

Помогите Правмиру
Сейчас, когда закрыто огромное количество СМИ, Правмир продолжает свою работу. Мы работаем, чтобы поддерживать людей, и чтобы знали: ВЫ НЕ ОДНИ.
18 лет Правмир работает для вас и ТОЛЬКО благодаря вам. Все наши тексты, фото и видео созданы только благодаря вашей поддержке.
Поддержите Правмир сейчас, подпишитесь на регулярное пожертвование. 50, 100, 200 рублей - чтобы Правмир продолжался. Мы остаемся. Оставайтесь с нами!
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.