Февраль 2014
Перейти в календарь →
Ждём Вас!
18
октября
в 19:00

Михаил Якушев “В поисках смысла”: По стопам святых (ТЕКСТ+ВИДЕО)

|

На телеканале «Спас» в авторской программе «В поисках смысла» вице-президент Медиасоюза Елена Зелинская беседует с первым вице-президентом фонда Андрея Первозванного и Центра Национальной Славы России Михаилом Якушевым.

Елена Зелинская: Здравствуйте, уважаемые телезрители! Меня зовут Елена Зелинская. В эфире программа «В поисках смысла». И сегодня у меня в гостях Михаил Якушев, первый вице-президент фонда Андрея Первозванного и Центра национальной Славы России. Здравствуйте, Михаил Ильич!

Михаил Якушев: Здравствуйте, Елена Константиновна.

Елена Зелинская: Михаил Ильич, я знаю, что вы большой любитель  сидеть в социальных сетях, и я тоже, прямо скажем, иногда не вылезаю оттуда, может, даже с перебором. И каждый раз я вижу, как вы путешествуете из одного замечательного города в другой. То у меня появляется фотография – Михаил Ильич на Афоне, то у меня фотография – Михаил Ильич в Афинах. А вот последние фотографии, я заметила, уже пришли из Иерусалима. У меня к Вам сразу возник вопрос. Вы путешественник, любитель-путешественник, или что-то другое тянет Вас в эти, святые для многих нас места?

Михаил Якушев: Начнем с того, что любой человек, который посещает святые места, раньше он все-таки назывался не, как сейчас принято, паломник, а поклонник. Поклонник святым местам. Это было всегда – поклонники, поклонничество, паломничество.

Елена Зелинская: От слова «поклон»?

Михаил Якушев: Да, поклонение именно святым местам. Хождение – «хожение» еще раньше. Это были такие ходоки-странники.

Елена Зелинская: Пешеходец.

Михаил Якушев: Пешеходец. И все это обозначало богомольца, русского богомольца. И не только русских, потому что до русских богомольцев на Святую землю ходили христиане, которые раньше принимали веру Христову. Традиция паломничества имеет глубокие корни именно по тем самым городам, которые Вы уже указали. Плюс еще, конечно, Константинополь, Царьград. Уже с этого места для паломников начиналась Святая земля.

Даже Форос, который нам известен по неприятной для нас всех  трагической истории распада великой державы, империи, это место – самая крайняя точка, близкая точка к Святой земле, к Константинополю. Данилевский выбирал специальное место, где быть похороненным, потому что он христианин, православный, он хотел быть, как можно ближе к Святой земле, а это – прямая черта, линия – и Константинополь, уже Святая земля. Поэтому, когда под этим уклоном Вы посмотрите, что произошло и с нашей державой, с нашей империей, то вы понимаете, что это большой трагический смысл несет для богомольцев, которые протаптывали вот этот путь до Крыма, а там, дальше уже следовали на кораблях.

Елена Зелинская: Вы протоптали лично для себя дорогу в Иерусалим. Наверное, там были сейчас не первый раз, надеюсь, конечно, что не последний. Вообще, посещение Святой земли для любого человека – это, наверное, потрясение, это событие в жизни. Ездить туда с такой регулярностью, как Вы, это, наверное, вообще, может поменять всю жизнь, взгляды и мировоззрение? Я, например, хорошо знаю, что ваш фонд… Даже точнее так сказать, благодаря Вашему фонду, мы здесь, русские православные христиане, получаем ежегодно возможность коснуться одного из самых великих чудес – это огонь, который сходит в храме. Это благодаря Вашему фонду, так ведь, происходит?

Михаил Якушев: Благодаря двум благословениям – Патриарха Иерусалимского и всея Палестины и Патриарха Московского и всея Руси. Это два благословения, когда они есть, они есть – тогда происходит то, что происходит.

Елена Зелинская: Михаил Ильич, все-таки такое близкое прикосновение к Святой земле, к таким великим чудесам, оно ведь как-то, наверное, повлияло на Вашу жизнь?

Михаил Якушев: Несомненно. Вы знаете… Кто бы сказал, что, допустим, лет 20 назад, что сложится так судьба, что я оставлю государеву службу, дипломатическую службу и перейду в этот фонд.

Елена Зелинская: Вы дипломат по образованию?

Михаил Якушев: По образованию я историк-востоковед, османист и арабист. Не дипломат. А так получилось, что я перешел работать в фонд Андрея Первозванного. А уставные задачи этой организации, которая возникла в 1992, году после распада Советского Союза, – укрепление духовных основ нашего общества. Центр национальной Славы, десятилетие которого мы отметили в прошлом году – это организация, направленная на содействие укреплению основ Российской государственности. И в целом, вкупе, эти две организации работают, прежде всего, помогают общественности, церковным институтам, и, конечно, государевым мужам в реализации тех задач, которые стоят перед нашей страной, перед нашим обществом.

Елена Зелинская: Это Вы, конечно, так замахнулись. А вопрос мой был более точно направлен. На Вашу собственную, личную жизнь, на ваше состояние духа вашего как вот эта близость ко всему повлияла?

Михаил Якушев: Повлияла таким образом, что даже объяснить трудно, почему я сделал выбор в пользу того, чтобы перейти работать в эти организации, которые занимаются делом, которое вы уже обозначили. Делая это, мы понимаем, что… Трудно объяснить, почему так произошло.

Действительно, когда становишься сопряженным с духовной темой, то она раскрывает тебя, она затягивает тебя, и ты не можешь узнать себя вчерашнего, позавчерашнего. Потом ты чувствуешь, особенно после посещения святых мест, ты приезжаешь, тебе говорят: «Слушайте, от Вас какая-то энергетика исходит, еще что-то». И ты сам понимаешь, что имеют в виду люди, потому что ты приезжаешь, допустим, с Афона, с Иерусалима, светятся глаза, улыбка. Чувство злобы становится каким-то непонятным.

На Афоне, вообще, если вы с черствым сердцем приезжаете туда, от Уранополиса на лодочке отталкиваетесь, идете полчаса на моторной лодке, а потом ступаете, и уже ваши все обиды уходят, их нет. Это чудо, которое объяснить невозможно. Может быть, психолог скажет, объяснит это по-латыни, законодательно, может быть, как-то профессионально, но человек меняется. Когда ты занимаешься, то, что вы сказали, путешествия, странствия по этим святым местам, где…

Почему они святые? Они связаны или с земной жизнью Христа, или с земной жизнью Его учеников, или Богородицы. Мы берем здесь Афины, апостола Павла вспоминаем, прежде всего. Мы берем здесь Афон, Богородицу. Берем те города, куда пошли апостолы. Идешь когда по стопам святых – не только апостолов, но и богомольцев. Если взять, например, по стопам игумена Даниила, уже 905 лет тому назад, он совершил паломничество и описал это. Описал с такой точностью, что он фактически может посрамить плохо подготовленного гида в Израиле, который не читал работы игумена Даниила.

 

Елена Зелинская: Знаете, Михаил Ильич, я с огромным интересом прочитала записки пешеходца Василия Барского, который, это тоже, наверное, уже 300 лет тому…

Михаил Якушев: Это с 1727 по 1743 год.

Елена Зелинская: Сколько уже столетий.

Михаил Якушев: Двадцать три года проходил. Это после Петра I, но в результате этих константинопольских трактатов, где было описано беспрепятственное хожение русских богомольцев в Иерусалим, Василий Григорович, по кличке, по прозвищу Барский, он посещал город Бари, он вошел в историю.

Елена Зелинская: Представляете, пешком прошел, в отличие от нас, которые летают на самолетах в паломничество. Пешком прошел.

Михаил Якушев: Он исходил Италию.

Елена Зелинская: С больной ногой причем.

Михаил Якушев: Будучи не раз избиенным до полусмерти, ограбленным, в него стреляли, чудесным образом он остался жив. Принял монашеский постриг от рук Антиохийского Патриарха. Знал Патриарха Антиохийского, Иерусалимского, встречался с Александрийским. Уникальный был человек. Стал монахом. И вернулся домой на родину.

Елена Зелинская: Знаете, и похоронен в Киеве. Что меня там более всего поразило, эти свои записи он сопровождал рисунками. И рисунки эти, они не художественного характера. Он зарисовывал то, что он видел во время своих путешествий, в том числе, и храмы. Меня особенно поразил рисунок Екатерининского монастыря, который находится прямо у подножия горы Синай. И там полностью нарисован не только сам монастырь, но и расположение, планировка комнат внутри и отдельно трапезная, где прямо столы, стулья, как это все было расположено.

Знаете, что самое любопытное? Что я разговаривала со специалистами, и они мне такую интересную вещь сообщили, что он ведь рисовал без специальных инструментов. Это же какой был год. Он рисовал, как бы на глаз, все это замерял на глаз, и так далее. Так вот, все пропорции, все соотношения высоты, длины, объема – все абсолютно в точности совпадает с теми измерениями, которые делают уже современные архитекторы-исследователи всех этих зданий. Вот, что любопытно. Значит, с каким огромным талантом был человек, кроме всего прочего.

Михаил Якушев: Известен при дворе Государыни Императрицы Елизаветы Петровны.

Елена Зелинская: И, наверное, рвение, все-таки несравнимое с нашим.

Михаил Якушев: Да, абсолютно. Вы знаете, когда на Афоне первый раз он пришел, к нему отнеслись с прохладой старцы. В общем, как бы, потому, что он в Бари побывал, латинской ереси, небось, нахватался. В общем, не приняли его.

А когда он уже пришел уже после того, как на него обратила внимание Елизавета Петровна, и бумагу послала как раз нашему посланнику Вишнякову в Царьграде, и он просил его остаться, стать его фактически батюшкой посольской церкви, он отказался. Он сделал все, чтобы опять уехать на Афон. И когда он уже приехал на Афон, то старцы уже принимали его совсем по-другому.

Надо сказать, что он не стал напоминать им, как… Но в записях своих он это отметил, то есть, как поменялось к нему отношение, когда он стал более известным. Но он не испортился, ему голову не снесло. Это настоящий был путешественник, странник, и, по мнению, византиниста Лебедева в конце XIX века – начале XX века, который написал, что ни у греков, ни у кого, ни у сербов, ни у болгар нет нашего Барского Василия Григоровича. Потому что такой труд, который он создал, описал, как он мог это носить, будучи не раз подвергаемый ограблениям.

Елена Зелинская: Вот я Вам еще добавлю, чтобы эту замечательную историю завершить такой точкой. Он, как Вы верно подметили, не испортился, но мы оказались неблагодарными. И могила Василия Григоровича-Барского находится в небрежении в полном в Киеве, и пока ни у кого еще не дошли руки до…

Михаил Якушев: Киево-Печерская Лавра рядышком.

Елена Зелинская: Да-да, рядом Киево-Печерская Лавра. А могила заброшенная. И известно, где находится. Я прямо в эфире, пользуясь случаем, обращаюсь к Вам, как к представителю фонда. Давайте все-таки как-то найдем тех, кого это заинтересует. И память такого замечательного путешественника, писателя, художника и просто, на мой взгляд, святого человека в каком-то смысле должна почитаться как-то по-другому.

Михаил Якушев: Я, пользуясь случаем, попробую сказать. Что значит, смекалка богомольца, монаха. На Пасху идет в Иерусалим человек, его грабят прямо под Иерусалимом. Очень хотел встретить Пасху в Иерусалиме, на огонь посмотреть. Это традиция. Пасха – это главное событие любого богомольца, на это тратились годы. Его избивают в очередной раз очень сильно и донага раздевают. У него была богатая одежда, как ему казалось. И, Вы знаете, что бы в этой ситуации делали мы? Вот задайте этот вопрос каждому из нас. Этот человек прикинулся юродивым, и его пропустили без всякой пошлины. Настолько тяга была дойти в Иерусалим, где он уже был неоднократно. Дойти, помолиться и, в общем, быть на Пасху.

Елена Зелинская: Как Вы оказались первый раз в Иерусалиме?

Михаил Якушев: Первый раз в Иерусалиме. Я даже пытаюсь вспомнить. Сейчас скажу. Это было в декабрьские дни 1994 года. Тогда меня послали первым секретарем работать в наше посольство в Тель-Авиве, и я с 15 ноября 94-го года по 30 мая 99-го года служил дипломатом в нашем посольстве. И занимался по роду службы. Это моя нагрузка была – связи с Иерусалимским Патриархатом. Но эта нагрузка стала моим любимым делом. Тогда еще был Патриарх Диодор, кстати, кавалер международной премии Андрея Первозванного «За Веру и Верность» – Диодор I. Это был первый. В этом году я уже пять раз побывал в Иерусалиме. В год я бываю приблизительно 5-6 раз.

Елена Зелинская: Михаил Ильич, понятно, что Вы приезжаете по важным делам, про которые я Вас сейчас расспрошу. Но обычный человек, который приезжает, паломник, паломником, поклонником приезжает на Святую землю, не как турист, а хочет именно пройти путь настоящего паломника, какие там у него для этого есть возможности. Его там встретят, ему там помогут? Как это все сейчас выглядит?

Михаил Якушев: Сейчас это особенно в последнее время, особенно после празднования 1000-летия Крещения Руси, еще при Патриархе Пимене, и уже восшествия на патриарший престол Патриарха Алексия, после его исторического паломничества в 1991 году и 1997 году, и в последующих годах, надо сказать, что сейчас, с начала 90-х годов с приездом, как раз, Патриарха, приехала и матушка Георгия, которая до сих пор возглавляет сейчас женский Горненский монастырь, но служит при Русской Духовной Миссии.

Русская Духовная Миссия – история ее берет свое начало с посещения Святой земли Порфирием Успенским. Еще, как бы под видом паломника, от Синода и от МИДа ехал туда в 1843 году и до… Где-то около года пробыл там, и потом, в 47-м году был послан Государем Императором уже во главе Русской Духовной Миссии более открыто. Но все понимали, что Синод все-таки, это как бы министерство в правительстве Российской империи, его принимали за официально лицо. До начала Крымской войны он сидел в Иерусалиме. И даже после начала Крымской войны, когда флаг уже спустили государственный, он еще оставался, пока французский консул на него обратил внимание османов, что представитель Российского правительства, с коим у османской Порты военные действия.

В общем, ему пришлось покинуть это место. Русская Духовная Миссия потом, после Крымской войны, восстанавливается, и она начинает действовать и продолжает до Первой мировой войны, когда опять спускаем флаг, и миссию, и московские русские постройки оккупируют османы, потом немцы, а потом пришли британцы.

18-й год – раскол у нас происходит, как бы конфликт в Церкви, потому что не все признают вот эту власть большевиков. И Зарубежная Церковь в Карловцах в Сербии принимает решение… Церковь распадается на две части фактически. Контакты поддерживались, но евхаристическое и молитвенное общение прекратилось с тех пор. И теперь вот эта гражданская война, и после революции распря – я вас приглашаю…

В 2007 году, вернее, даже пораньше, в 2004 году, когда фонд инициировал принесение честных мощей Великой княгини Елисаветы Федоровны и инокини Варвары (2004-2005 годы). Как только мы принесли из Иерусалима частицы мощей, в конце июля, в августе Святейший Патриарх на архиерейском Синоде своим постановлением принял решение о восстановлении молитвенного общения с Зарубежной Церковью. Уже можно было молиться, в одной церкви находясь, зарубежным представителям и Московской Патриархии.

Елена Зелинская: Да, я это время хорошо помню. У меня так сложилось, что я оказалась в последние годы перед этим событием, величайшим, я бы даже сказала, событием, я оказалась как раз в Иерусалиме, и мы зашли в храм – Вы сейчас назовете мне его – и так…

Михаил Якушев: Храм Воскресения Христова, да? Главный храм.

Елена Зелинская: Нет-нет. Нет, не в главный храм.

Михаил Якушев: Есть монастырь Марии Магдалины на Елеонской горе.

Елена Зелинская: Да-да. И вот как раз на Елеонской горе в монастырь Марии Магдалины мы зашли, и так попереминались, постояли. Это же все-таки святыня, общая для нас всех, а вот это ощущение неловкости, что ты не понимаешь, как себя вести там, я его запомнила, это чувство. И, конечно, считаю величайшим событием, что теперь это ушло в прошлое, и мы можем спокойно… Мне еще не привелось заехать туда, но, если когда-нибудь, Бог даст, окажусь, то уже зайду совсем с другим чувством в храм Марии Магдалины.

Михаил Якушев: Потому что в 2007 году, 17 мая 2007 был подписан акт в храме Христа Спасителя двумя представителями – Патриарх Московский и всея Руси и предстоятель, первый иерарх Зарубежной Церкви, митрополит Лавр, подписали акт о каноническом общении. Теперь не только молитвенно могли молиться в одном храме представители Зарубежной Церкви и Московского Патриархата, но и из чаши причащаться. То есть это восстановлено евхаристическое общение, то есть это фактически высшая форма единения. То есть опять Русская Православная Церковь стала единым организмом. Дай бог, сейчас, когда приезжают паломники, поклонники на Святую землю, Русская Духовная Миссия продолжается ее действие.

Елена Зелинская: Как она выглядит? Что, собственно, из чего она состоит? Что такое Русская Духовная Миссия?

Михаил Якушев: Русская Духовная Миссия – это большая территория, которая находится на историческом месте. Там в 67-м году и 70-м году нашей эры размещались легионы римского императора Тита, даже еще будущего императора, он сын был императора Веспасиана. Он брал Иерусалим как раз аккурат с этого места. Когда в османскую эпоху, там было место, назывался Майдан – выступ площадный, там проходили парады османских войск, и оттуда уходили войска на войну, с Россией в том числе.

После Крымской войны было обещание султана подарить кусок земли на этом месте. И он дарит где-то одну треть этого участка. Две трети было куплено на деньги русского правительства по указу Александра II и, в общем, уже этот кусок, где русские постройки, там возник комплекс зданий, зданий генконсульства, Троицкого собора, Елизаветинского подворья, Русской Духовной Миссии, больницы, госпиталя. Русская Духовная Миссия как раз до 48-го года существовала там. Но с 21-го года там…

Елена Зелинская: Вы так опускаете первые две цифры, что я уже сбиваюсь. Потом перескакиваете к императору Титу, там у нас 67-й год. Потом вдруг здесь мелькает 48-й год. Какой год вы имеете в виду конкретно?

Михаил Якушев: Извините меня, Христа ради, потому что действительно надо называть.

Елена Зелинская: Да, надо называть.

Михаил Якушев: Тит – это, конечно, первый век нашей эры. Русская Духовная Миссия – это вторая половина XIX века, когда разрастаются русские постройки, что называется Москобией, Московией. Там Троицкий собор, есть здание Русской Духовной Миссии. К сожалению, в 64-м году часть…

Елена Зелинская: Тысяча…

Михаил Якушев: С 1964 года, буквально за две недели до того, как был смещен Хрущев, по его инициативе и при его поддержке был продан ряд объектов русской недвижимости. К сожалению, это происходило, когда была борьба, опять же, с начала 60-х годов XX столетия против Русской Православной Церкви. Мы очень много, конечно, потеряли из наследия русских. Даже скажу, Русского государства – тут и Романовы, тут и богомольцы, которые платили большие деньги, чтобы покупать участки и завещать их Императорскому Православному Палестинскому обществу или переписывались они на великого князя Сергея Александровича, мужа великой княгини Елизаветы Федоровны, как раз брата Александра III и дядю Николая II, председателя Императорского Палестинского Православного общества.

Это Русская Духовная Миссия и была призвана отстаивать интересы русских богомольцев, потому что в начале XIX века, когда приезжали наши пешеходцы, они сталкивались с греками, которые их принимали, и не всегда могли исповедовать их на русском языке.

А богомольцы были, по большей мере, неграмотные. Были крепостные. Представляете, допустим, граф Шереметьев своему крестьянину Киру Бронникову выправляет паспорт, дает денег, посылает его, пишет послу Строганову, чтобы принял его, дал необходимые бумаги – вот такая была забота о подвиге паломническом, чтобы помолиться не только о себе, но, прежде всего, о властях, и о барине. В общем, такая была традиция: любой человек, который идет молиться, он может молиться за своего господина, хозяина, если он крепостной, за всех своих близких, знакомых, за всю деревню, за всю волость, может быть. Потому что это подвиг, который он знает, что он несет, и должен выполнить, исполнить до конца, особенно, если по завещанию. Поэтому Русская духовная миссия и потом, когда будучи уже учрежденной, помогала создавать паломнические маршруты, чтобы русский человек почувствовал себя там, как дома. И так оно и получилось. Русская Палестина – это конец второй половины  XIX века. И сейчас никого этим словом – Русская Палестина не удивишь.

Елена Зелинская: Михаил Ильич, за последние 20 лет, наверное… Вы не 20 лет там работаете, но знаете всю эту историю, наверное. Произошли изменения, удалось что-то вернуть, восстановить из утерянного за годы советской власти?

Михаил Якушев: Слава Богу, я тогда еще был дипломатом и занимался вопросами российской недвижимости. Нам удалось в 96-м к приезду Евгения Васильевича Примакова в октябре получить бумагу в МИДе о перерегистрации с советской недвижимости на российскую, потому что распад Советского Союза – опять удар. Это претензии Украины, прежде всего, на часть вот этой церковной недвижимости. В общем, израильтяне тоже долго думали, как нам быть, и прочее, прочее.

Здесь помогла позиция и Ясира Арафата, который в поддержку выступил категорически за Московский Патриархат. Может быть, даже слишком круто взял, потому что у него был спор со своей супругой Сухой по этому вопросу, потому что он встал на поддержку позиции Патриарха Алексия. А потом вот эту рану, которая была, она кровоточила, конечно, я говорю о середине 90-х годов. Слава Богу, там она была уврачевана тем, что великая княгиня и здесь постаралась, для того чтобы мы поняли, что нам необходимо уврачевать те раны, нанесенные, прежде всего, революцией и гражданской войной.

Потому что сейчас приближается дата – 100-летие Первой мировой войны, и потери Русской Палестины в ее полноте – это как раз результат событий и ошибок русского правительства.

Елена Зелинская: Советского правительства.

Михаил Якушев: Русского даже правительства, царского правительства. Потому что не очень хорошо еще исследованы документы, как мы оказались втянуты в Первую мировую войну, что мы ожидали. А эти документы архивные, они существуют. И мы в 2010 году провели исторический поход с потомками тех людей, которые уходили из Крыма в 1920-21 годах. И тогда на борту после жарких дебатов мы приняли документ «Никогда более», где признали, что ответственность всех сословий Российской империи за произошедшее – за революцию, за гражданскую войну.

Это очень важно знать, для того чтобы понять, что же с нами произошло. Потому что мы сейчас все проблемы, которые стоят у нас в демографическом, в духовном отношении, в моральном отношении, в политическом отношении – во многом истоки лежат в тех далеких годах, которые, вроде бы, казалось в Первую мировую войну.

Елена Зелинская: Я, будь с Вами на борту в тот день, конечно, присоединилась бы к этому документу, поскольку это соответствует и моим представлениям о тех катастрофических событиях, за единственным исключением. Я совершенно исключаю из списка виноватых русскую армию, потому что и офицеры Российской империи, и солдаты они и Великой войне показали себя, наверное, с самой лучшей возможной стороны.

Михаил Якушев: Великая – это имеется в виду…

Елена Зелинская: Первая мировая война.

Михаил Якушев: Первая мировая война – Великая, действительно, война.

Елена Зелинская: Да.

Михаил Якушев: Вы знаете, я хотел бы сказать, что на этом корабле у нас произошло знакомство двух людей: сын Александра Александровича, князя Трубецкого, Владимир познакомился с девушкой с Аленой Велитовской…

Это результат простой, казалось бы, акции, которая была направлена на уврачевание тех ран, которые были нанесены вот теми трагическими событиями. Когда мы говорим о Святой земле, то, конечно, было бы очень хорошо представлять эту Ойкумену как единое целое, как Золотое Руно. Действительно, Святая земля, Палестина, она в средние века в Европе обозначалась как Золотое Руно, золото на карте. А все, что вокруг, могло быть зеленым, синим. Но Святая земля – это золото, поэтому… Иерусалим же не был никогда ничьей столицей, кроме как сейчас Израиль провозгласил в 1980 году. А так эта была… Это провинция была. Кто завоевывал эти территории, тот и…

Елена Зелинская: Михаил Ильич, Русская миссия находится в Иерусалиме. Но, кроме Иерусалима там весь Израиль практически, так или иначе, соотносится с тем, что Вы говорите, со Святой землей.

Михаил Якушев: Вся историческая Палестина еще больше можно взять.

Елена Зелинская: Да. Давайте поговорим и о других местах, например, Вифлеем. Там Русская миссия имеет какое-то отношение к этому городу?

Михаил Якушев: Да. Вифлеем – это город, который административно подчинялся Иерусалиму. Это был Иерусалимский округ всегда. Находится в 8-10 километрах, деревушка, деревенька. И по воскресеньям православное арабское население ходило пешком на молебен, это было в норме, даже не все могли.

Елена Зелинская: Михаил Ильич, когда мне довелось, я один раз была на Святой земле, там, где мне довелось оказаться, я хорошо помню, что мы поехали в Вифлеем, и нам пришлось пересекать блок-посты, нас останавливали. Там стояли девушки с автоматами очень симпатичные. И хотя доброжелательно, но, тем не менее, ощущение было настороженное, невеселое.

Михаил Якушев: Конечно, потому что в результате… Есть политика у государства Израиль – это отсечь арабов от Иерусалима. Сейчас вот эта стена, которая прошла, она отрезала Вифлеем. Если кто въезжает в Вифлеем, видит сначала – это бетонная стена, и  проезжает эту стену.

Когда я был дипломатом, Вы не поверите, я в Газу из Тель-Авива ездил, меня даже израильские патрули не останавливали. А уже палестинские просто видели номера, и… И в Вифлееме была такая же ситуация. Это был 94-95-й год. Результат подписания соглашения 93-го года – Декларации о принципах в Вашингтоне. Мы тогда, российская делегация, были в Вашингтоне и видели, как на лужайке возле Белого дома подписывался этот документ.

Но, к сожалению, политика меняется. Нынешний премьер тогда очень отличился, очень жесткая позиция. И сейчас то, что Вы сказали, это результат чистой политики, потому что даже гробница Рахили, а это, как бы привязка к Вифлеему – «Плач Рахили раздается по Вифлеему» – это сейчас полностью забетонированное здание, которое относится к Израилю на территории Палестинской национальной администрации. И там уже не пускают ни христиан, ни мусульман, а это было святое место для представителей трех религий.

Поэтому есть доступ к храму Рождества Христова, именно там мы видим Рождественский собор, место в вертепе или в пещере Рождества Христова, видим звезду, место, где родился Христос в этом хлеву, потому что места в гостинице не хватило. Чуть пониже спускаемся – это место яслей Христовых.

Понимаете, когда мы говорим о празднике Рождества Христова, мы имеем в виду, прежде всего, эту радость, которую отмечают, в том числе, и палестинские власти. Когда была передана власть уже Палестинской национальной администрации, тогда это был Ясир Арафат, сейчас Абу Мазен, на каждое Рождество обязательно присутствует президент или глава Палестинской национальной администрации. Это уже такая сложившаяся традиция. Потому что даже власти… Большинство там, конечно, сейчас мусульман. Раньше, кстати, в Вифлееме население было подавляющее, 100% – это православные, в XIX веке, хотя бы в первой половине. Сейчас, к сожалению, вытесняется, выдавливается, эмигрирует православное население, христианское в целом население. Тяжелая очень ситуация. Но это святое место для России. Там есть русская гостиница, есть, слышен русский язык.

Елена Зелинская: Я там не останавливалась, но заходила. Видела эту гостиницу, да.

Михаил Якушев: Тех, кто будут в Вифлееме, я приглашаю остановиться там, потому что она очень красивая, хорошая и рядом как раз с местом рождества Христова. Повторяю, это всего лишь в 10 километрах от святаго града Иерусалима.

Елена Зелинская: Двигаемся дальше по Израилю. Вот мы с Вами посмотрели Вифлеем, вот мы узнали, как работает Русская Православная Миссия, и дальше. Куда двигается поклонник дальше?

Михаил Якушев: Дальше он может двигаться в Иерихон на территорию Палестинской национальной администрации. Это древнейший город. В прошлом году отмечали десятитысячелетие этого града.

Елена Зелинская: Десятитысяч… даже не произнести. Десятитысячелетие!

Михаил Якушев: Яфа древняя и Иерихон – это города очень… Иерусалим не уступает. Там есть места, которые обязательны для посещения. Вчера мы были в Третьяковской галерее и видели картину «Христос в пустыне». Вот эту пустыню мы видим, и видим 40-дневную гору. 40-дневная гора Карантель. То есть «карантин» слово – 40 дней. Вот она получила это название, где лукавый трижды подступался к Спасителю после поста. Когда вы там бываете…

Мы были там много раз, мы были со Святейшим Патриархом в июне 1997 года, когда он благословил нас подняться наверх. Там закладывался русский храм. До сих пор основание на этой самой высокой горе. До 1914 года, до начала Первой мировой войны возводился русский храм, который был остановлен из-за вот этой трагической печальной войны. И мы говорили о Горненском монастыре. Матушка Георгия возглавляет Горненский монастырь тоже от Русской Духовной Миссии под Иерусалимом, сейчас это тоже Иерусалим стал. Там второй был храм, который начал строиться в 14-м году. Потолок уже не удалось поставить, до второго этажа.

После того исторического паломничества в июне 1997 года Патриарх Алексий благословил храм во имя всех Cвятых, в земле Российской просиявших. Он сейчас уже освещен Патриархом Кириллом. И большое было освящение. Было и малое освящение. Как бы вот эти связи с Первой мировой войной. Мы понимаем, что, воссоздав, вернее – построив, наконец, эту церковь, и освятив ее, тем самым мы как бы можем закрывать эту страничку.

Елена Зелинская: Как бы еще один узелок завязали, да?

Михаил Якушев: Господь и здесь говорит: надо, раз начали строить, надо восстанавливать.

Елена Зелинская: Если вернуться к этому русскому храму, к храму, который был заложен на Иерихонской горе. Там нет таких соображений – достроить и довести до ума?

Михаил Якушев: Наверное, дело будущего, потому что, слава Богу, основание это есть, но я знаю, что это самая высокая точка стратегическая. Израильтяне пользуются своими радарами, чтобы прослушивать, прослеживать, что там творится в иудейской пустыне. Но русские богомольцы всегда ходили в Иерихон, описывали эти места. Ходили на Мертвое море, которое тоже они описывали. Это, если идти пешком, то буквально часа 4-4,5 хорошей ходьбой. А так на машине – это 40-45 минут, и вы уже там, в Иерихоне. А направо пойдете, 400 метров ниже уровня моря, вы попадете на Мертвое море.

Конечно, Назарет – обязательно. Назарет – это город в верхней Галилее, который для всех христиан – это благая весть. Это Евангелие, греческое слово – благовест. Благая весть прозвучала там из уст архангела Гавриила Деве Марии. Обязательно надо побывать там, потому что дальше вы увидите и Галилейское море, где Спаситель Христос и встретил тех людей, которые и стали первыми его учениками – апостолами, которых он благословил на проповедь своего учения уже во всем мире.

И поминали мы сегодня Андрея Первозванного, он до Скандинавии дошел. Павел побывал в Афинах. Петр и Павел – в Риме. Апостол Марк – ответственный за крещение всей Африки.

Елена Зелинская: Какой-то у нас с Вами радостный хороший разговор получается.

Михаил Якушев: Представляете, миссии какие!

Елена Зелинская: Прямо просто от перечисления этих мест меняется даже настроение, ощущение от жизни.

Михаил Якушев: Тогда же не было самолетов, не было таких видов транспорта, люди ходили, проповедовали, объясняли. Причем люди, когда слышали эти глаголы, непонятные, то, если бы это был не апостол, а люди не от Бога…

Елена Зелинская: Вы не дошли до моего самого любимого, близкого сердцу города, Капернаума.

Михаил Якушев: Да, «горе тебе, Иерусалим, горе тебе, Вифсаида. И ты, Капернаум, до небес вознесшийся, до ада низвергнешься!» Капернаум – это удивительный город, это считается, что он, как сказал Спаситель: «До ада низвергнешься» – ушел под воду. И раскопки показывают, что действительно там был город, была и церковь, и синагога, и нашли даже баркас, который в иле сохранился очень в хорошем состоянии.

В том же месте гора Блаженств рядышком. Святые места – вы там чувствуете себя, конечно, под воздействием той одухотворенности и духовного воздействия радости, что вы находитесь там, куда стремились бы ваши предки, но они не смогли. Понимаете, нагрузка на вас – вы несете вот эти помыслы, грезы, которые были в сердцах ваших предков.

Вот на вас так это накладывает все, поэтому, естественно, вы будете поминать столько имен, сколько помните в своем роду. К сожалению, мы после нашей революции много не знаем. Но, кто знает третье, четвертое поколение – слава Богу. А так, если не знаешь 12-е поколение, 15-е. А на востоке знают. Понимаешь, конечно, что наша история в этом смысле трагична, что после братоубийственной войны, раскола русской армии, когда штыки братьев поворачивались друг против друга, вот мы с вами получили то, что мы с вами получили.

Елена Зелинская: Михаил Ильич, Вы так увлекательно рассказали нам про это путешествие, просто я, поскольку, как я уже сказала, один раз там была, я перед моими глазами проследила еще раз этот путь. Это я ездила как паломник. А Вы-то наверняка ездите не как паломник? Вы же ездите по делам туда?

Михаил Якушев: Нет. Я вас разочарую. Когда мы ехали туда с женой и с сыном как дипломаты, нам казалось, мы ехали туда, дипломаты, в командировку. Многие едут туристами туда. И мы едем туристами туда. Все туда едут – кто дипломатами, кто туристами, кто купцами, торговцами, но возвращаются все поклонниками. Происходит нечто такое с человеком, что начинает работать как бы генетический код, включается историческая память, и уже читаешь потом о Святой земле по возвращении, твоя стопочка, стопа уже ступала по этим местам, и восприятие совсем другое. И вас уже тянет. Это такая притягательная сила. Один раз побывать в Иерусалиме – это только начало. Поэтому…

Елена Зелинская: Тем не менее, сейчас мы перескочим с Вашего собственного ощущения к Вашим поездкам как представителя фонда Андрея Первозванного и национального Центра Славы. Все-таки способствует как-то развитию и Духовной Миссии, и тому, как там проводят время, и какую-то помощь паломникам оказывает Ваш фонд?

Михаил Якушев: Надо сказать, что, поскольку наша программа, главная программа года «Просите мира Иерусалиму» – она существует по благословению, как я сказал уже, двух Патриархов – Иерусалимского и Московского. А представительство нашего Патриархата является, как бы послом, начальник Русской духовной миссии в Иерусалиме, то, естественно, наш приезд туда становится частью нашей совместной работы. Потому что принимают богомольцев каждый год все больше и больше, особенно после отмены виз.

Елена Зелинская: Какие-то есть цифры? Как-то вы видите, сколько туда паломников ездят, именно паломников?

Михаил Якушев: Цифры я побоялся бы точно назвать. Месяцев шесть назад нам говорили в министерстве туризма, эти цифры впечатляют израильских наших коллег, потому что неслучайно все-таки отменили визы. Это было, оказывается, для них облегчением, и это выгодно. То, что легко можно попасть на Святую землю, и проблем не создается особо для израильтян. Они создают условия, для того чтобы беспрепятственно все-таки проходили эту границу безвизово.

Развитие паломнической инфраструктуры – мы постоянно приезжаем в Русскую Духовную Миссию, видим, как меняется она. Затраты большие на это идут – на прием паломников, поклонников. И вся программа… Ведь приезд в Иерусалим – это что? Это подготовка программы. Она идет на Пасху. Но, для того чтобы все произошло так, как происходит каждый год, и вы видите по телевизору прямую трансляцию, вот для этого необходимы рабочие поездки.

Елена Зелинская: Это Вы про огонь рассказываете. Но мы не только по телевизору это видим. Мы видим это и живыми глазами, потому что, как известно, вы доставляете этот огонь на самолете в Москву, и очень многие православные русские имеют возможность зажечь свою свечку именно от настоящего огня. Мне удалось это сделать даже в храме в Московской области, и огонь не совсем обжигал, не был он… Еще можно было поднести руку.

Михаил Якушев: Вы знаете, тут произошло то, что наша программа была направлена на восстановление духовной и исторической памяти. Игумен Даниил описывает, что он поставил лампаду за всю землю Русскую – за князей, за своих родичей, сородичей, и за себя потом, недостойного. Вот эта традиция была в поколениях у нас. И до игумена Даниила игумен Варлаам тоже был, выполнял ту же самую традицию. Даже, я думаю, до принятия крещения на Руси были уже первые христиане на Руси, она брали ту же самую традицию, которая развивалась тогда христианами других стран. Тогда еще не было церковного раскола, Великой Схизмы, и для нас те, которых мы называем католики, тогда были православные. Они такими были до 1054 года, до вот этого раскола.

Но эта традиция развивалась, как-то видоизменялась, но само наше движение, получается, что мы берем, мы не то, что копируем, мы эту традицию сохраняем. Потому что надо приехать, помолиться о мире в Иерусалиме и во всем мире вместе с Патриархом Иерусалимским и привет – вот эту благодать от брата, Иерусалимского Патриарха, привезти Патриарху Московскому.

Здесь связь Иерусалима с Москвой не только в движении, то благословение, которое мы получаем от Патриарха. Вместе с ним наш епископ окормляет по благословению Патриарха Московского нашу делегацию. Там очень много иностранцев. Польская делегация становится часто польской православной частью русской делегации. Они в облачении, у них очень похоже на русское церковное облачение, и… Греки, румыны, американцы, французы, православные – вы знаете, когда там стоите, спрашиваешь: «Ты кто, брат?» Человек принял православие год-два тому назад.

А когда сейчас я был у Патриарха Иерусалимского, я выходил от него, там группа лондонцев – русские люди, которые живут в Лондоне. Там у них приход. И благословил их епископ Елисей, тогда он был начальником Русской Духовной Миссии, когда я еще служил в Израиле дипломатом. В общем, я передал им привет, они говорят: «У нас есть новокрещеный». Англичанин, молодой парень, который был с ними. Только что с Иерусалима, то есть с реки Иордан он, в общем-то, принял Православие и тянется к русскому языку. В Англии, Великобритании, оказывается, Православие очень популярно. И члены парламента многие принимают Православие. Удивительные вещи, которые, может быть, мы не очень сильно пропагандируем, не знаю, надо ли это пропагандировать, но Православие стало популярно в западной Европе. Храмы католические закрываются – православные приходы приходят, или выкупаются.

Елена Зелинская: Раз уже зашел разговор на эту тему, я очень люблю Финляндию, часто там бываю. Много делала программ о жизни Финляндии, в том числе, конечно, о православии в Финляндии. Разговаривала очень много со священниками – и русскими, которые служат в Финляндии, и финнами. Они наблюдают ту же самую тенденцию. Дня не проходит, чтобы… Они мне такую цифру называли: дня не проходит, чтобы еще один финн не присоединился к Православию. Но там, где Православие есть, там оно и торжествует.

Михаил Якушев: Да, воистину.

Елена Зелинская: Мы с Вами совершили такое путешествие по Святой земле и вернулись в Москву. Я так понимаю, что фонд Андрея Первозванного и в Москве трудится тоже на пользу развитию и восстановлению вот этих вот прерванных нитей, так ведь?

Михаил Якушев: Да.

Елена Зелинская: Давайте, мы вспомним, у нас уже заканчивается передача, но все-таки мы вспомним о том, что произошло у нас, в Кремле не без помощи вашего фонда. Я имею в виду про Спасскую башню.

Михаил Якушев: Так получилось, что в фонде появился представитель Зарубежной Церкви, когда еще не было молитвенного общения. По благословению Святейшего Патриарха Алексия мы вступили в санкционированный контакт и, в общем, сами не ожидали, насколько нас поменяет общение с представителем, с архиереем Зарубежной Церкви.

Владыка Михаил Донсков, в миру Симеон Донсков, Семен Васильевич – донской казак, он прибыл к нам в фонд в конце 2003 года, после того как Владимир Владимирович Путин встретился с архиереями Зарубежной Церкви. В общем, результатом этой встречи стала идея перенесения святых мощей великой княгини Елизаветы Федоровны – это одна часть. А вторая часть – это то, что он рассказал нам, что при работе комиссии Московского Патриархата и Зарубежной Церкви в качестве требования, которое было подано Зарубежной Церковью к Московскому Патриархату – это было восстановление икон надвратных в Кремле и, чтобы убрали звезды, заменили их на вот эти кресты старые державные императорские. Это очень нас удивило, потому что мы как-то и не думали, что…

Елена Зелинская: Что там есть эти иконы.

Михаил Якушев: Для нас это было… В общем, это привело к тому, что мы спросили, есть ли какие-то фотографии. Через год мы получили фотографию, и стали думать, как бы нам пробраться к этим белым простыням над въездом в Спасскую и Никольскую башни. В общем, письмо написал Владимир Иванович Якунин, председатель попечительского совета нашего фонда, в мае 2007 года президенту Путину, и тот ответил положительно, что можно сделать. А мы попросили за счет собранных нами средств, не государственных, а общественных, проверить, есть ли там что-то. Если нет, то попробовать воссоздать. А если там что-то есть, то попробовать это восстановить.

Елена Зелинская: Вы провели большую исследовательскую работу, и результатом…

Михаил Якушев: Результатом оказалось, что сейчас вы видите, Спаситель на Спасской башне и Николай Чудотворец восстановлены, смотрят на нас и благословляют открыто уже, не будучи замурованными. Наверное, для всех, кто был сопричастен с этим проектом, это чудо, другим словом это не назовешь. Достаточно вспомнить коменданта Кремля, как он воспринял это. Просто видно было по нему, знаете, что чудо, его нельзя описать.

Елена Зелинская: Михаил Ильич, осталось выполнить второе требование и вернуть кресты над иконой на Спасской башне, на другие башни. Этот нонсенс, когда над святой иконой…

Михаил Якушев: Конечно, конечно.

Елена Зелинская: Стоит, по-прежнему находится символ безбожного государства. Наверное, этот нонсенс тоже как-то надо разрешать.

Михаил Якушев: Мавзолей когда стоит, может быть, он, как памятник, и хорош. Знаю, что некоторые говорят, что его надо сохранить. Но присутствие там останков или мумии руководителя большевистского государства – это, конечно, вопрос, по меньшей мере, спорный. Я не знаю, как может быть.

Были такие споры, вернее, слухи, но это не подтверждено исторически, это как анекдот шел. Когда Патриарх Тихон уже болел, сказали, что канализацию порвало рядом с Мавзолеем, и нечистоты залили. Это анекдот такой был в 20-х годах. То, якобы Патриарх сказал: «По мощам и елей!» Тут не убавить, ни прибавить. К сожалению…

Елена Зелинская: Будем надеяться, что и здесь история пойдет все-таки прямым путем, и мы будем все больше и больше избавляться от таких несоответствий в нашей жизни. Напротив, все больше и больше завязывать узлы, которые соединяют нашу историю, и расширяют наши возможности жить в рамках русской истории, русской географии.

Михаил Якушев: Согласен, Елена Константиновна, согласен, но просил бы наших питерских друзей обратить внимание. Действительно, Санкт-Петербург, а область – Ленинград.

Елена Зелинская: Согласна.

Михаил Якушев: Это как будто, образ Христа, а нимб у него, так сказать, антихриста. Знаете, несоответствие.

Елена Зелинская: Ну, что ж, Михаил Ильич, будем с Вами молиться и ожидать, что в следующем году, может быть, не в следующем, в ближайшем, по крайней мере, на нашей с Вами жизни, мы избавимся от этих всех несоответствий, и российская история и российская география будут восстановлена так, как это соответствует русскому национальному образу жизни, русскому характеру, нашему представлению, и во Славу Божию.

Михаил Якушев: Во Славу Божию. Аминь.

Елена Зелинская: На этом слове, наверное, лучше всего и закончить нашу программу. Большое Вам спасибо за увлекательный рассказ о путешествии по Святой земле. Я, словно прошла с Вами по этим великим городам, одно перечисление названий которых радует сердце любого православного христианина: Иерусалим, Назарет, Капернаум, Иерихон.

Михаил Якушев: Иерихон, Вифлеем.

Елена Зелинская: Вифлеем.

Михаил Якушев: Назарет.

Елена Зелинская: Спасибо Вам большое, Михаил Ильич, за это путешествие, и всего Вам доброго.

На этом, уважаемые телезрители, я, Елена Зелинская, прощаюсь с вами. Сегодня у меня в гостях был Михаил Якушев, первый вице-президент фонда Андрея Первозванного и Центра Национальной Славы России. До следующего понедельника. Мы не обещаем вам готовых ответов. Мы их не знаем. Но мы собираемся искать их и находить, размышляя вместе с вами. Будет день, будет поиск.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Темы дня

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: