После митинга 3 августа прокуратура подала в суд на родителей малыша, которые взяли его с собой на мероприятие, а затем передали “третьему лицу”. Ситуация разрешилась - человек, который взял мальчика на руки, оказался родственником ребенка. Однако в социальных сетях два дня не утихали призывы наказать родителей и лишить их родительских прав за то, что они подвергли сына опасности. Ситуацию комментирует руководитель Клуба приемных семей Фонда "Арифметика добра" и мама 5 детей Светлана Строганова.

История с подачей иска прокуратуры о лишении родительских прав пары, которая находилась с годовалым ребенком на несогласованном митинге, в очередной раз стала предметом баталий.

Прокуратура апеллировала к тому, что ребенок находился в опасности и ему был причинен моральный и физический вред.

Не вдаваясь в детали, хотя они в данном случае важны, причем для обеих сторон дискуссии, замечу одну очень нехорошую тенденцию: как только происходит какой-то громкий случай, где присутствует не всегда адекватное или приемлемое с точки зрения некоторой группы людей поведение родителей, общество предлагает их покарать: отобрать детей, лишить родительских прав, оштрафовать, посадить, сообщить по месту работы или же выгнать с работы.

Обществу очень хочется наказать родителей.

Претензии, часто противоречащие друг другу, слышатся постоянно, что бы родители ни совершали: делают прививки, не делают прививки, стоят в многочасовых очередях к мощам, не ходят в церковь, переводят детей на домашнее обучение, отдают детей на пятидневки, устраивают детей в кадетские школы, выступают против уроков патриотического или религиозного воспитания, пишут заявления о зачислении в «Юнармию», кормят детей вегетарианской едой, лечат гомеопатией, заставляют делать уроки по 4 часа в день и обливаться холодной водой, излишне кутают, учат детей не давать другим играть в свои игрушки или наоборот давать всем играть в них, пишут посты разной направленности, ходят на митинги, берут на них детей или оставляют дома, ездят отдыхать за границу или не ездят отдыхать вообще, берут ипотеку, не делают ремонт, не покупают детям игрушки или наоборот заваливают ими…

Список бесконечный.

Причем, весь этот перечень деяний, в которых виноваты, по мнению других людей, родители, ни в чем не вступает в противоречие с законом. Все возможные “чудачества” родителей законны. Можно кормить своего ребенка вегетарианской пищей. Можно писать отказ от прививок (и даже есть специальная форма заявления, разработанная государством именно для этих целей), можно ходить или не ходить на церковные службы, равно как и на парады, одевая малышей  в военную форму.

Так почему же сразу слышатся призывы наказать родителей, и главное — именно отобрать у них детей?

И понимают ли эти требователи, что именно они просят сделать?

История с парой, сходившей на акцию с младенцем, совершенно ясно показала, что общество – вернее та его часть, что ратует за лишение родительских прав —  при всей своей как бы жалости к детям, на самом деле о них и не думает. Ведь если ребенка у родителей заберут, он поедет в детский дом, где будет один, никому не нужный, лежать в кровати, и где к нему будут подходить нянечки раза по 3-4 в день, но ни в коем случае не брать его на руки, потому что если их брать, дети начинают кричать, требуя этого все чаще.

Ребенок будет расти покинутый, заброшенный всеми, а когда выпустится оттуда, то с очень большой долей вероятности попадет в криминальную компанию или сопьется.

Самая серьезная проблема у выпускников детского дома  — не отсутствие игрушек (их полно), одежды (теперь снабжение отличное) или развлечений (иногда есть даже лист ожидания в детских домах на проведение мастер-классов, столько желающих), а невозможность социализироваться.

Они просто не умеют самостоятельно жить – обслуживать себя, платить за квартиру, искать работу, учиться, готовить еду, стирать вещи.

Мы в свое время проводили так называемые социальные пробы – это когда ребенка, который готовится к выпуску из детского дома, везут, например, в магазин и дают ему задание как бы из уже взрослой самостоятельной жизни.Например, купить в свою новую и пустую квартиру мебель.Как вы думаете, какие два предмета стандартно выбирали все дети? Кровать и тумбочку. И все.

Они привыкли жить на полном обеспечении и понятия не имели, что еще нужно в квартире. Ведь кухню они не видят – их водят есть в столовую. Ребята не представляют, как и зачем платить за квартиру – ведь им уже дали ключи. Они не умеют пользоваться транспортом, потому что никуда не ездили, как ездят домашние дети вместе со своими родителями. Они не знают, как стирать свою одежду, т.к. в детском доме все делали за них. И тем более они не умеют ее гладить, им в голову не придет купить утюг и гладильную доску.

Они еще и не понимают зачем.

Потому что все время, проведенное в детском доме, они были по большому счету никому не нужны.

Сейчас в федеральном банке данных около 47 тысяч детей-сирот. Более 80% из них – это подростки, которых очень мало берут в приёмные семьи, и больше половины этих детей не доживут до 40 лет, спившись, сторчавшись или просто погибнув в пьяной драке на улице.

Этой ли судьбы желают страждущие отобрать детей у родителей за любую их даже не провинность, а несоответствие неким собственным нормам поведения? Нет, конечно. Если им расписать будущее того ребенка, которому они прочат детский дом, они сразу же откажутся от своих претензий. Они просто не думали на два шага вперед, предлагая лишить родительских прав людей, написавших отказ от прививок.

Хотя некоторые взрослые все равно считают, что детский дом – это такой микс санатория и летнего лагеря, где детей кормят, учат, лечат, возят на море, перед ними выступают артисты, а на праздники им дарят подарки. А иногда так думают даже люди, работающие в сфере семейного устройства.

Когда я пыталась забрать из дома ребенка свою младшую дочь Соню (тогда я была ещё кандидатом в приемные родители) и мне администрация города дала официальный отказ по очень надуманной причине, я сидела и плакала, а тетушка из опеки проявила участие и стала меня утешать: «Да вы не переживайте, мамочка! Ну побудет еще годик в доме ребенка, глядишь, и отца найдут, прав лишат, там и заберете. Ее же кормят, поят, памперсы меняют, ну что такого-то?»

А я смотрела на нее сквозь слезы и никак не могла понять, шутит ли она про «годик в детдоме» и «это ничего страшного», и как ей сказать, что это очень страшно, очень…

Такая травма – брошенность и ненужность – будет с ребенком всю его жизнь. И чем дольше у ребенка нет своего личного значимого взрослого, тем это хуже для него – и уж точно опаснее, чем религиозные уроки или закаливание.

Я очень хочу, чтобы все те, кто говорит фразы вроде «ходить на акции в центр Москвы с детьми преступно» подумали о том, что называя преступниками людей, которые по закону ими не являются, в какой-то смогут сделать нечто, что и у них тоже попробуют забрать детей.

И даже в случаях, когда родители живут бедно или плохо, мы все же должны думать о помощи им, а не об осуждении и наказании. Это по-человечески правильно, это справедливо, это гуманно – а ведь именно такого отношения мы и к хотим к себе самим, верно?

Материалы по теме
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.
Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: