Не так давно произошло  печальное событие: был принят закон, запрещающий усыновление российских детей в США. Все независимые  профильные организации оценили  этот запрет как катастрофическую для  российских властей ошибку, с серьёзными моральными потерями для тех, кто  закон принял, и с печальными последствиями  для российских сирот. Я не буду повторять список протестующих, он есть здесь.

В результате по поводу будущего взаимодействия благотворительных организаций и государства руководители крупнейших благотворительных организаций высказались весьма жестко, вынеся по сути дела приговор. Вот что заявили два директора крупнейших российских частных благотворительных фондов – Екатерина Чистякова из «Подари Жизнь» и Елена Грачева из «АдВиты».

Екатерина Чистякова  написала:

«Раньше Катя Бермант [директор «Все Вместе» и фонда «Детские Сердца»] считала, что благотворительные фонды должны жить в параллельной реальности, которая не пересекается с государством. Потому что от государства все равно ничего не добьешься, и надо строить свою отдельную страну. Я думала, что нет, надо взаимодействовать, добиваться решений. Потому что не все можно купить за деньги, и иногда надо просто установить правила. Правила ввоза костного мозга, например, чтобы врачей в аэропорту не задерживали. Теперь я перешла на сторону Кати Бермант. Я думаю, что наступило такое время, когда и в самом деле надо строить параллельный мир. Который не пересекается с государством. Оно пусть там себе на вершине запрещает, а мы у подножия будем думать, что с сиротами делать».

А вот к каким выводам пришла Елена Грачева:

«…можно что-то сделать только в тех областях жизни, до которых государству нет дела. Везде, где государство начинает что-то улучшать, у всех, о ком государство начинает начинает заботиться, — школы, университеты, больницы, детские дома, театры, консерватории, неважно, — начинается ад. Сейчас у них полоса заботы, друзья. Сейчас они озаботились нашим счастьем, нашей культурой, нашей душой, нашими детьми. Прячьте детей, думайте, как спасти дело, которое вы успели создать, пока были те благословенные времена, в которые эти люди были озабочены ТОЛЬКО своими деньгами».

То есть отношения уже  испорчены довольно сильно.

Владимир Берхин. Фото Анны ГальперинойТеперь вот новая напасть: государство озаботилось волонтёрством. Точнее, оно озаботилось давно – летом ещё, после Крымска. Началась работа, была собрана группа под руководством сенатора Борисова, в которые вошли представители волонтёрских организаций. Происходило обсуждение закона, дело постепенно двигалось. Правда, зачем собственно нужен закон о волонтёрах, никто так и не смог объяснить и чем не устраивает государство нынешнее положение – тоже оставалось неясным, но, тем не менее, процесс шел. Уточнялся трудовой статус волонтера, его права и полномочия, формы сотрудничества с государственными органами и некоммерческими организациями так далее.

И тут внезапно выясняется, что проект-то уже написан. И в  Думу внесен. Правда, членам рабочей группы его не показали, и ничего хорошего они от этого законопроекта не ждут.

Однако я немного о другом. О том, какие проблемы присутствуют в вопросах волонтёрства, зачем нужен закон и нужен ли он.

Что бы хотелось от нового закона, так это прояснения статуса волонтёрства как такового.

  • Волонтёр – он работник или он проводит досуг?
  • А если работник – то он работает на кого?
  • Кто отвечает за его действия и кому он о них отчитывается?
  • Кто имеет право указывать ему сферу его компетенции или ставить задачи?
  • Есть ли у него права и каковы они?
  • Каковы условия и процедура допуска волонтёров в госучреждения – больницы, детские дома, приюты для животных или даже воинские части?
  • Идёт ли волонтёрская деятельность в трудовой стаж, как это сделано  во многих странах и при расчёте  пенсии или нет?
  • Как должны быть оформлены  отношения волонтёра и государственного органа в случае, если волонтёр не представляет никакого юридического лица, а действует  по собственному почину?
  • А в случае если представляет – каким должно быть это юридическое лицо и как должны быт оформлены отношения волонтёра с его «патроном»?
  • Было благое начинание  у Дарьи Милославской в начале работы над законом – прописать  процедуру компенсации волонтёрам проезда и затрат в ходе работ  – останется ли эта процедура  в законе и как она будет  отражена?

Сейчас по факту волонтёрская деятельность не регулируется никак. Каждое конкретное юридическое лицо само решает – что и как делать с этими  странными людьми. Скажем, отдел  церковной благотворительности  заключает с добровольцами договора определённой формы, а частные фонды  обходятся без этого. И мне  представляется, что именно это и  хорошо.

Волонтёрство в стране только началось как массовое явление. Ещё не сформировалась его культура, ещё нет внятного общественного отношения, нет традиции и связей. Даже общепризнанных авторитетов нет. И рано ещё эту сферу регулировать. Особенно – поперёк мнения самого нарождающегося волонтёрского сообщества (раз и два).

Ну, создадут какой-то загадочный «реестр». Две трети желающих работать добровольно  — моментально передумают, потому что ждать добра от государства категорически не готовы. Остальные зарегистрируются, но это не сделает их работу более эффективной, а отношения с конкретной больницей – более ясными. Организации откажутся сотрудничать с государством – волонтёры пришли когда-то в тот или иной фонд, а не в государственный реестр.

У государства нет своих  рычагов привлечения волонтёров, участие добровольцев в Олимпийских стройках или подготовке саммита АТЭС не идет ни в какое сравнение с тысячными лагерями Крымска или пожаров 2010 года. Не говоря уже о сотнях больших и маленьких дружин и отрядов по всей стране, которые ищут людей, навещают больных и сирот или хоронят давно погибших солдат.

И государство опять зачем-то заходит не с того конца – вместо того, чтобы дать сложиться явлению  и зафиксировать правила, по которым  оно привыкло жить, оно вклинивается в  живую работу с бюрократической  фантазией.

Ничего хорошего не получится.

Елена Альшанская: Мы видим попытку причесать волонтерство и сделать его государственным

Елизавета Глинка: Волонтеры помогают, не предъявляя паспорт

Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.
Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: