Соне было 7 месяцев, когда ее усыновили, но она до сих пор чувствует тревогу и неуверенность. Приемная мама четверых детей Светлана Строганова рассказывает, чем отличается приемный младенец от кровного.

Светлана Строганова с приемной дочерью Полиной

К идее взять ребенка я пришла очень простым путем. Я родила одного прекрасного парнишку, захотела еще, и не получилось.

Вот и все.

Не было никаких высоких или низких мотивов. Я не собиралась никого спасать, приносить себя в жертву, делать доброе дело, нести свет и пользу этому миру, равно как и не собиралась снискивать себе славу, почести или даже получить какие-то выплаты – я даже не знала, что они бывают.

Просто у меня не вышло родить еще раз.

Смириться и отказаться от идеи завести еще одного ребенка у меня не получилось. Вариант с суррогатной матерью я честно обдумала в течение двух дней и поняла, что он мне не подходит по ряду причин: идейных, моральных и технических.

Оставалось одно – усыновить. Конечно же, максимально маленького. Вернее, минимально маленького. И максимально здоровенького.

Мои мечты были вполне простыми и понятными: взять младенца, вырастить как своего.

Хорошо бы, чтобы он оказался еще и жутко талантливым – потом бы все газеты написали: «Вот. Взяла сироточку, а вырос целый Стив Джобс» (о меньшем мечтать не хотелось, мама с детства шутила: «Полюбить – так королеву, проиграть – так миллион»).

Школа приемных родителей в то время была не обязательна, поэтому документы мы собрали довольно быстро. Отдельной историей можно рассказывать про то, как я искала и нашла маленькую здоровую девочку 7 месяцев (правда, искала мальчика, но уже родилась девочка), как я привезла ее домой, как у меня не было никакой адаптации, как я ни секунды не жалела о том, что сделала.

Не бывает сирот без трагедий

Шли годы, у меня появились еще приемные дети, я глубоко погрузилась в эту тему и много общаюсь с людьми, которые идут по пути приемного родительства. Довольно часто их запрос звучит так: «Хотим здорового младенца. Чтобы как свой».

И теперь, спустя 8 лет и троих приемных детей, я хочу сказать, что родить младенца и взять его, пусть даже и нескольких месяцев от роду, это не одно и то же.

Ребенок, родившийся у меня, в моей семье, по факту происхождения является частью моей семьи – у этого ребенка ничего другого нет. Нет у него и родовой травмы, нет ранней депривации (я не говорю о дисфункциональных семьях), нет никакой истории вне этой семьи. У него нет ничего, кроме этой семьи. Ничего и никого.

У приемного младенца же, пусть даже и здорового, все равно уже есть своя, другая история. Свой род, племя, если хотите, своя травма и своя личная трагедия – она уже есть, даже если вы взяли малыша 10 дней от роду.

Не бывает сирот без трагедий. Это невозможно.

Любой ребенок, оказавшийся без родителя, обязательно травмирован. Вопрос в степени травмы, но все равно последствия этого так или иначе будут.

Так или иначе вам придется отвечать на неприятные вопросы, которые никогда не задаст кровный: «Почему меня бросили?», «Я плохой, раз от меня отказалась моя мама?», «А вы меня не бросите?», «А я стану таким же, как моя мама, которая меня бросила?», «А она может меня обратно забрать?», «А я могу с ней познакомиться?», «А почему вы ей не отдаете меня обратно?» и еще много-много «А…?»

Конечно, вы можете усыновить здорового младенца и обмануть, что вы его родили сами. Есть такие пары, которые даже имитируют беременность (целая индустрия накладных животов живет и процветает). Но как быть, когда ваш ребенок в 15 лет вдруг узнает, что самые близкие люди обманывали его всю жизнь?

Одному парню сообщил чужой мужчина на улице по дороге из школы, что он приемный. Парень 12 лет остановился и никак не мог понять, куда теперь ему идти, где теперь его дом и есть ли он у него.

Страх раскрытия тайны будет съедать столько сил и нервов, что в какой-то момент станет невозможно жить с этим грузом. Но эта статья не про тайну, это вопрос для отдельного обсуждения.

Я хочу сказать про то, что каждый взрослый человек, мечтающий об усыновлении здорового младенца, должен понимать, что вместе с ребенком он усыновляет и его историю – от нее уже не получится отмахнуться.

Моя приемная дочь Соня, которую я взяла в 7 месяцев, тяжело переживает то, что ее оставила родившая ее мама.

Моему кровному сыну не придет в голову мысль, что я могу его бросить или отказаться. Соня же находится в состоянии тревоги, которая фоном сопровождает ее постоянно – ощущение неуверенности, неустойчивости в этом мире всегда будет с ней. Соня учится с ним справляться и, возможно, научится, ее рана затянется, но шрам останется на всю жизнь.

Нужно заранее быть готовым к тому, что ребенок может захотеть найти своих кровных родственников, познакомиться с ними. Нужно быть готовым к тому, что злость на свою маму, которая его родила, ребенок будет вымещать на приемных родителях. Кому-то же он должен отдавать свою обиду и злость. Придется жить, не зная, какие еще сюрпризы преподнесет ребенок в плане здоровья – конечно, и кровные в этом смысле тоже терра инкогнита, но в случае с усыновлением есть выбор: можно взять ребенка постарше и уже точно знать, что у него со здоровьем.

И еще один важный момент: ребенок, проведший в пусть не самой хорошей кровной семье (конечно, речь не о криминале, а просто об огромном количестве обычных пьющих и социально неуспешных семей, откуда и идет основной приток детей в детские дома) первые пару лет своей жизни, психологически намного более устойчив, чем младенец, от которого отказались сразу по рождении и быстро забрали усыновители.

Подороже – точно здоровенький будет

Ну и напоследок: по какой-то неизвестной мне причине в обществе есть стойкий миф, что здорового младенца можно добыть за взятку. Мол, без взятки – многолетние очереди, а за деньги можно получить гарантированно здорового малыша.

Ребята, ну мы же не про щенков говорим – мол, из лучшего питомника, поэтому подороже и тогда точно здоровенький будет. Так же нельзя.

Во-первых, нельзя начинать свою историю – возможно, одну из важнейших историй в своей жизни – со взятки.

Во-вторых, это все равно, что купить себе мужа или жену. Вряд ли кто-то считает это хорошей идеей. Так почему купить себе ребенка представляется чем-то допустимым? В-третьих, можно вместо счастливого материнства и отцовства проводить месяцы совсем не так и не там, где хочется (напомню, что торговля детьми, как и попытка их купить – это уголовно наказуемое деяние), и других людей подвести под монастырь.

И, в-четвертых, младенца можно усыновить без всяких взяток и многолетних очередей. Конечно, это потребует каких-то усилий: изучить, что на самом деле значат диагнозы в медкартах ребенка, провести независимое медицинское обследование (кандидаты имеют на это право), избавиться от ряда стереотипов, да и просто понять и принять какие-то особенности, с которыми можно спокойно жить и радоваться.

Ну и напоследок позволю себе дать совет: лучше всего тем, кто задумывается об усыновлении, начать со школы приемных родителей – это очень хорошо расставляет для самого человека все на свои места: зачем мне нужен ребенок, какой мне нужен ребенок, где и как я возьму этого ребенка и, главное, как я и все мои близкие будем дальше с этим жить.

Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.
Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: