Я знаю, как это бывает.

Однажды просыпаешься ночью и уже не можешь заснуть. Потому что понимаешь вдруг: большая часть жизни уже прожита. Билеты куплены, места заняты, поезд идет ночными полями, степями, перелесками, под лязг колес, звонки закрытых переездов, мельтешение огней, и где-то впереди уже конечная станция.

А ясности нет. Может, билет был не тот – купленный в спешке, с рук, по ошибке… Или поезд опоздал и отправился не по тому пути. А может, нужно было выбрать совсем другое направление, другой вокзал. Или отправиться, скажем, не на поезде, а на машине…

Но уже поздно: в вагоне все спят, купе закрыты, проводница дремлет рядом с теплым титаном, только такой же, мающийся бессонницей, пассажир курит в тамбуре.

Сомневаться – вообще в характере человека. И подводить промежуточные итоги – тоже. Только однажды – в тридцать пять, в сорок, в сорок два – у всех по-разному, – итоги подводятся по-крупному.

На это есть не только моральные (я ничего не успел, а жить осталось мало), так и физические причины: (убывание физических сил и привлекательности, проблемы самореализации, неудовлетворенность личной жизнью).

К сожалению, это касается как мужчин, так и женщин. Независимо от их социального статуса, экономического положения и вероисповедания.

В учебнике обществоведения под редакцией Боголюбова за 10-11 класс есть формула. Самоооценка – это то, чего я добился, деленное на то, что я хотел. Если первая половина жизни – это время надежд, когда в крови как будто бурлит шампанское: сил много, старость еще далеко, все дороги открыты, надо только терпения и удачи, то вторая – это осознание того, что дорога уже выбрана, и свернуть с нее вряд ли удастся.

Обычно депрессии возникают у людей, которые либо сильно недооценивают себя, либо переоценивают. Вернее, конечно, второе, потому что есть самоуничижение паче гордости, и любой, даже самый робкий и забитый человек, все равно хоть когда-нибудь мечтал о повышении   своего социального статуса. Однако жизнь всегда заставляет задуматься, что ты есть на самом деле. И, решив нехитрую формулу, некоторые имеют в ответе «самооценка» такое количество нулей, что могут дойти и до инфаркта, и до разрыва со всем своим окружением, и даже до самоубийства. Иногда счеты с жизнью сводят внешне, казалось бы, вполне успешные люди: известные актеры, писатели, художники. Но их гордыня (прошу прощения, их претензии к миру и к себе) оказываются такими огромными, что, когда приходит пора подводить итоги, они говорят себе: я НИЧЕГО не добился в жизни.

В России, кстати, сейчас имеется определенная социальная прослойка людей (их в свое время описал Эрих Фромм, основатель гуманистической психологии), чья самооценка зависит от их капитала. Потеря таким человеком состояния — для него жизненный крах, потеря самоидентификации. Грустная картина. Как тут не вспомнить пример душевной стойкости Александра Даниловича Меншикова. Человека, который поднялся из нищеты до второго лица в государстве, накопил огромное состояние, приобрел знатность (одно произнесение его титула занимало несколько минут), а потом в один момент лишился всего, и на простой крестьянской телеге, в рогоже был увезен в ссылку в глухой Березов, по дороге потеряв жену и любимую дочь. И при этом не потерял ни жизненных сил, ни природного добродушия. Сам построил вместе с детьми церковь, в которую ходил молиться. Его полюбили местные мужики, с которыми он часто сидел вечерами, рассказывая о себе и рассуждая так: Бог дал – Бог и взял. Значит, так ему и нужно. И детей он воспитал правильно. Потому как оба его сына, уже после смерти Александра Даниловича возвращенные из ссылки Анной Иоанновной, добились значительных постов по государственной службе и верно служили отечеству.

Зарубежные психологи, такие, как Эрик Эриксон (условно разделивший жизнь человека на восемь периодов самоидентификации)   и Пол Массен (исследующий зарождение психосоциальных механизмов с детского возраста), называют возраст от тридцати до сорока «десятилетием роковой черты». Его главной характеристикой, с одной стороны, является осознание расхождения между мечтами и жизненными целями и действительностью его существования, с другой. Отечественный психолог, И.С. Кон, относит «кризис середины жизни» к периоду между сорока и пятьюдесятью годами, и считает, что он связан, в первую очередь, со снижением чувства осмысленности и полноты бытия. Обычно в таких случаях говорят: заела рутина.

В любом случае, рано или поздно, человек оказывается лицом к лицу со следующей ситуацией: все, чем он жил, к чему стремился, кажется ему (или на самом деле является) незначительным, ненужным, не стоящим потраченных усилий. И ему приходится или искать новые цели, или находить новый смысл в старых. А жизни, сил, уже осталось мало. И внешние признаки налицо: красота уходит, живот растет, появляется лысина, одышка, зубы начинают портиться.

Начинается обычно с семьи. Неудовлетворенный семейной жизнью человек смотрит в зеркало и говорит себе, скажем: «У меня остался последний шанс. Дальше уже этот товар вряд ли кому-то удастся «впарить». И пускается во все тяжкие. Пытаясь найти себя, самореализоваться. В последний раз.

Была у нас знакомая семья. Прекрасная, православная, трое детей. Но вот в тридцать семь лет муж взял, да и расстался с женой и детьми. Теперь живет один. Хотя и знали друг друга давно, и в город приехали из одной деревни. Почему? Как это произошло? Можно, конечно, вспомнить, что когда Господь приходил к Марфе и Марии, то Марфа все хлопотала по хозяйству, а Мария сидела у ног Господа и внимала. Но нужно же кому-то по хозяйству-то хлопотать? Детей воспитывать, по дому прибираться. Но вот один член семьи все хлопотал-хлопотал, а второй не смог смириться, да и ушел. Грустно это. Непереносимо грустно, потому что и она женщина хорошая, и он – человек прекрасный. А получилось, что была семья – и нет семьи.

Гораздо проще расстаются, когда в семье люди неверующие. Скажет он: «Извини, не люблю тебя больше, другую полюбил». И все. Только надолго ли эта любовь? Обычно уходят к молоденьким. Года на четыре-пять. Потом уже и силы не те, да и разница в возрасте, в интересах, в опыте дает себя знать. И распадаются такие вот парочки. Иногда возвращается мужчина в прежнюю семью, а иногда – нет. Живет один, холостякует. Не напрасно поговорка существует: седина в бороду, бес – в ребро. И где тут потеряно, где найдено? Рассказывают, впрочем, что «попробовав», успокоившись, человек понимает, что нет – ничего другого ему не нужно было, да и жизнь бы коренным образом не сменилась, выбери он в свое время другую свою половину.

Смена семьи – это, к сожалению, в ряде случаев тоже побег от реальности. Потому что юношеское «я люблю» никак нельзя отнести к взрослой жизни.   Любить, и любить страстно – это особый дар, который дается не всем и не всегда. А на смену ему приходит другой дар – любовь зрелая, любовь-привязанность, которая только копится с годами. Семью не напрасно называют школой христианского смирения, и недаром все революционеры и ниспровергатели вечных ценностей в первую очередь пытаются разрушить, размыть, растлить именно понимание семьи. Семья – это и взаимное смирение, и взаимное воспитание, и взаимная любовь. А еще – ряд компромиссов, на которые любящие люди идут один ради другого. Только вот правильно организовать семью – это тоже очень тяжелый труд. Я про себя откровенно могу сказать, например, что из меня плохой семьянин и никудышный отец. И дети, придя в подростковый возраст, тянут кто в лес, а кто – по дрова. И в церковь без нас с женой не ходят, а с нами – только сопровождаемые сильными пинками, почти насильно, ворча, кряхтя, и испытывая к самим себе огромную жалость. А все равно ведь – поглядишь на них на всех – и счастлив.

Человек может поменять не только семью, но и профессию, страну проживания, социальный статус. Чаще всего дело в той же неудовлетворенности жизнью, положением, достижениями – тем багажом, который вынесен с годами.

Профессия – то, что нарабатывается не за один день. К сожалению, со сменой профессии вы попадаете сначала в стадию эйфории (занимаетесь тем, о чем мечтали), затем — в стадию невезения (ваши прежние навыки не годятся, а новых вы еще не приобрели) и, наконец, в стадию, когда вы преодолели все трудности и выходите на взлет (тут, к сожалению, сказывается поздний старт, то есть, что вы начинаете, по сути, заново то, что, возможно, требовалось начать лет двадцать назад). Если вы с успехом преодолели эти стадии, вы победили.

Мне довелось поменять профессию в сорок лет. Четырнадцать лет работал журналистом, а потом вдруг взял и пошел в школьные учителя. Сначала у меня действительно была эйфория от того, что я занимался тем, о чем мечтал. Меня слушали, запоминали, даже отвечали на уроке. Затем вдруг навалилась неизбежная рутина этой профессии, я не справлялся, не спал ночами. И получалось плохо, неумело, неуклюже. Меня ругали, штрафовали, объясняли — как надо, с некоторым недоумением и даже раздражением. Потом пришло осознание, что дети не запоминают моих объяснений. И я начал понимать, что рассказать – не все. Главное — донести и заставить запомнить. А это – труднее всего. Плюс к тому, обнаружилось, что весь мой накопленный опыт не помогает. Учителя-соратники или отмалчивались, с некоторым злорадством наблюдая, как я барахтался, разрываясь между заполнением школьной документации и проведением школьных мероприятий или – что реже, но очень ценно – давали советы и помогали. Одно время я даже рвался назад, туда, где еще недавно все умел. И вдруг обнаружил, что там меня уже никто не ждет. Знакомства оборваны (а кому ты нужен, когда за тобой уже не стоит печатное издание и солидная должность), а другие издания вовсе не ждут тебя с распростертыми объятиями (журналистов у нас, как известно, много). Так что пока я в середине пути, но у меня есть главное – любимая работа. А остальное, думаю, приложится.

Смена места жительства – это, на мой взгляд, побег от реальности. Говорит жена мужу, например: «Давай уедем в Новую Зеландию». «А почему в Новую Зеландию?», – спрашивает удивленный муж. «А там природа лучше, — отвечает жена. И община православная есть, чем же плохо-то». Одни собираются в Новую Зеландию, другие – в Канаду, третьи – в Германию, в Мюнхен. Уезжают, устраиваются… Нет, если человек озабочен исключительно материальной стороной вопроса, он способен найти свое счастье. Как среднестатистический советский эмигрант времен застоя, чуть не заработавший от радости разрыв сердца перед ста с лишним сортами колбасы в иностранном магазине. А если речь идет о душе, — извините. Никуда вы от себя не уедете. Никуда.

Человеку, обществу, государству свойственны кризисы. Потому что их испытывает то, что живет и развивается. И любой кризис сигнализирует, что старое себя изжило, и должно образоваться что-то новое.

Только это новое лучше искать не вне себя, а внутри себя, в душе. И тогда сможешь радоваться самым простым вещам. Как Александр Данилович Меньшиков, лишенный всего состояния и потерявший близких, мог искренне радоваться церкви, которую построил своими руками, и где-то считать ее одним из лучших своих достижений в этот период жизни.

В Севилье стоит памятник Дон Гуану. Но не тому, который описан в художественной литературе, а настоящему, которому удалось найти мир в себе. Покоритель женских сердец, дуэлянт, герой многочисленных историй и легенд окончил свои дни в монастыре, полностью примирившись с миром. А его литературному персонажу это не удалось: его жизнь проходила в постоянных попытках доказать себе и всему свету, что он существует.

Многие читали поэму Лермонтова «Мцыри», но не все знают, что юноша, мечтавший о свободе, и старик, к которому он, умирая в горячке, обращал свои пламенные речи, на самом деле одно и то же лицо. Михаил Юрьевич Лермонтов, заехав в монастырь рядом с Гори, разговорился с пожилым монахом, и тот ему рассказал собственную судьбу. Только в поэме юноша погиб, а в жизни – обрел зрелость и мудрость.

Мудрость – это тот дар, который получает каждый, достойно преодолевший «десятилетие роковой черты».

«Счастье не в том, чтобы делать всегда, что хочешь, а чтобы всегда хотеть того, что делаешь», — сказал в свое время Лев Николаевич Толстой. А для этого необходимо обрести мир внутри себя. Иначе ты будешь подобен человеку, который пытается задуть нарисованное пламя.

Помогите Правмиру
Сейчас, когда закрыто огромное количество СМИ, Правмир продолжает свою работу. Мы работаем, чтобы поддерживать людей, и чтобы знали: ВЫ НЕ ОДНИ.
18 лет Правмир работает для вас и ТОЛЬКО благодаря вам. Все наши тексты, фото и видео созданы только благодаря вашей поддержке.
Поддержите Правмир сейчас, подпишитесь на регулярное пожертвование. 50, 100, 200 рублей - чтобы Правмир продолжался. Мы остаемся. Оставайтесь с нами!
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.