Катины сухарики

|

1965 год.

Шестым уроком физкультура. Идем на занятия к реке, потому что спортивную площадку рядом со школой изрезали глубокие овраги. Сегодня – кросс по пересеченной местности. Под ногами степная полынь и тысячелистник. Свежий ветер с реки.

Учитель берет в руки секундомер и подает команду: «Пошли!»

Всем весело. Кто впереди? Дорога по холмам. К концу дистанции ноги тяжелеют, в груди горит, в горле пересохло.

photosight.ru. Фото: Olga Arhipova

Катя прибежала первой. Возле нее – толпа. Она раздает сухарики. Я подбегаю, но уже поздно, ни одного не осталось. Катя, видя мое уныние, утешает: «Пойдем ко мне после уроков, я тебя пирожками с черемухой угощу и сухариками тоже».

Сухарики у Кати странные: какие-то очень уж черные, но одноклассники смакуют их на свежем воздухе с удовольствием.

Идем за портфелями в школу, потом – к Кате. Дом – на окраине села.

Катя не была моей подругой, была просто одноклассницей. Ученица она старательная и послушная, никогда не жадничает, не зазнается, не вредничает, не дерется с мальчишками.

Но была в этой девочке какая-то особая тайна. Бледное лицо. Недетские морщины на лбу. Серьезность. Сосредоточенность. Взрослая ответственность по отношению к любому делу, что никак не соответствовало ее возрасту.

Думая о Кате, я сожалела о том, что не сразу появился у нее белый школьный фартук, бантики и белый воротничок на платье. На праздниках мы хвастались в классе фартуками и лентами, не замечая Катиных страданий. Она стояла среди нас, по-прежнему в темной одежде, молчаливо глядя в пол.

Однажды к нам на классный час зашел директор с газетным свертком в руках. Он улыбнулся и сказал: «Родительский совет школы хочет наградить ученицу из вашего класса за примерное поведение и хорошую учебу. Катюша, подойди ко мне». Катя, смущаясь, подошла. Класс захлопал в ладоши. Директор извлек из пакета праздничный фартук и коричневые туфельки. За Катю радовался весь класс.

Это все, что я знала о ней.

Всю дорогу мы непринужденно общались, вспоминая прошедшие уроки. Вот ее переулок и старый дом, обмазанный глиной. Серые, покосившиеся ворота. Входной калитки нет. Видно, что мужская рука давно не касалась этих построек.

– Папа у нас давно умер. Он был намного старше мамы. Мы его «тятей» называли, как раньше, в старину, – словно оправдываясь за что-то, говорила Катя, наблюдая за мной.

Замка на доме не было. Она толкнула некрашеную дверь. Запахло сыростью. Темный коридорчик осветился. В углу, на земле – поленница дров.

– Мы на печи еду готовим. Электроплитки у нас нет, и света тоже нет, – вздохнула Катя. – Маме нечем платить за свет. Она в колхозе работает. За работу получает только овощи.

Это меня удивило. Но еще больше я поразилась, когда вошли мы на кухню. Я перешагнула высокий порог, и моя нога…опустилась куда-то глубоко. В комнатах не было пола.

Я встречала земляные полы в сенях старых домов, но не далее. Катя же воспринимала это как самое нормальное явление. Видя мое очередное удивление, пояснила:

– Дом холодный. Мама затопит печь и на работу уходит, а нам говорит: «Дети, сидите на кровати, не слезайте. Ничего, что пола нет, зато пожара не будет».

Я огляделась. Большая русская печь занимала четверть кухни. С печи можно было перебраться на полати (высокое спальное место под потолком). Там было теплее спать в зимнее время. Наверху хранились одежда и одеяла.

Лавки прикреплены к стенам. В углу – стол. Посреди кухни на крепкой широкой табуретке стояли жернова. Они были здесь главным «хозяином». Я знала, что их использовали в старину для перемола зерна. Сейчас в магазинах есть хлеб. Молоть зерно ручным способом и самим выпекать хлеб – хлопотное и тяжелое дело.

Я оглядела жернова, обошла вокруг них. Взялась за вертикальную ручку на верхнем каменном диске и попробовала вращать. У меня ничего не получилось.

– У-у-у, как тяжело! – выдохнула я.

– Да! Мы маме всегда помогаем. Катя начала вращать жернова.

Посыпались частички пшеничных зернышек. Мука была коричневого цвета.

Вдруг Катя спохватилась и, подойдя к ящику стола, достала завернутую в старый шерстяной платок икону. Она поставила ее на полочку и зажгла лампадку. Печальные глаза Божьей Матери смотрели на нас.

– А почему вы икону прячете? – спросила я у нее.

– Мама говорит, что это самое ценное, что у нас есть, потому и прячем. Она рассказывала, что еще раньше, до войны, люди из сельсовета ходили по домам, иконы забирали. Хотели людей от Бога отлучить. С тех пор мама прячет ее, по привычке. Мало ли чего! Она перед этой иконой за тятю всю войну молилась. А сейчас за Леньку молится. Он в тюрьме сидит. Голодно было. Украл для нас мешок пшеницы. Голодно было. Думал, мать обрадуется. А она от этого позора до сих пор плачет.

– А ты за кого молишься? – неожиданно спросила у меня Катя.

– Я… ни за кого. Бабушка у нас за всех молилась. Она все иконы увезла. Но мама всегда говорила мне, что Бог есть.

– А разве ты за родителей не молишься, чтобы здоровы были? – удивилась Катя.

– Нет. Они у меня здоровы.

– Ты что! Так не говорят! Сначала Бога благодарят: «Слава тебе, Господи», а потом за родителей обязательно молятся, чтобы живы и здоровы были. Крест на себя кладут старательно! Еще за умерших людей молятся. Моя мама шепотом о них молится. Родителей своих поминает, нашего отца и Василия Воронцова,  мельника. Он нам зерно бесплатно молол, вот мама его и поминает.

Катя замолчала, подошла к печи, отодвинула заслонку и достала жестяной лист, с вкусно пахнувшими сухарями. Протянула мне горсть.

– Ешь. Не переживай. Жизнь всему научит.

Я высыпала сухарики в карман пальто, чтобы поесть по дороге, а один взяла в рот.

– Вкусные, а почему такие черные?

– Так мы же шелуху от зерен не отделяем. Они от этого вкуснее и полезнее, только темнее обычного хлеба. Сейчас я тебя пирожками с черемухой угощу. Попробуй. Мне нравятся.

Маленькая хозяюшка протянула мне темно-коричневый пирожок.

Я откусила. На зубах захрустели измельченные косточки сушеных ягод.

– Как же их есть-то, с косточками? Ты аппендицита не боишься?

– Нет. Я с детства ем такие пирожки. И в семье у нас никто от этого не болел. Черемуха от всех болезней живота спасает. Сушеную черемуху мы тоже на жерновах мелем. Если черемуховую ветвь в лужу положить, то из нее через некоторое время пить можно. Она микробов убивает. Моя мама в лесу так делает, когда за ягодами ходит.

Видишь дырочку в середине жёрнова? Туда засыпаем черемуху или пшеницу. На нижнем диске имеются углубленные лучики. Между дисками все перетирается, потом по канавкам в разные стороны высыпается перемолотое.

– У вас столько старинных вещей!

На печи я увидела старинный угольный утюг. Тяжелый, опасный. Если плохо закрыть защелку, может раскрыться. Оказывается, Катя гладила им школьный фартук и атласные коричневые ленты.

Она показала мне, как надо махать утюгом из стороны в сторону, чтобы раздувать потухающие угли, как брызгать на одежду, чтобы тщательно ее прогладить.

Меня бы мама не допустила к такому утюгу. Катя же была девочкой самостоятельной. Она все умела, все знала, хотя училась только в пятом классе. Катина мама уходила на работу очень рано. Катя сама вставала, завтракала и собиралась в школу.

Я посмотрела на ее игрушки: осколок зеркала, алюминиевая ложечка, кусок старого полотенца, которым она укрывала свою самодельную тряпичную куклу. Но сегодня играть было некогда. Надо было у речного перевоза встречать мать с овощами.

Катя осталась ждать маму, я пошла домой. Ела по дороге вкусные сухарики. Проходя мимо школы, вспомнила Катины слова и улыбнулась: «Школа – лучшее место на земле».

Дома я попросила маму сделать мне сухарики из магазинного хлеба. Они тоже были вкусными. Но Катины сухарики были какими-то особенными, ни с чем не сравнимыми, самодельными.

После посещения Катиного дома я поняла, почему Катя, выросшая в нужде, была такой доброй и так тщательно мыла полы во время дежурств. Я вспомнила, с какой любовью она обнимала круглую железную печь в классе и грела об нее замерзшие руки, разувалась и грела ноги.

Дома я показала родителям фотографию, подаренную мне Катей. Скромная улыбчивая девочка смотрела на нас. Со временем мне стало понятно, почему без особых заслуг ее так уважали одноклассники.

photosight.ru. Фото: Иван Дулин

С тех пор прошло много лет. Я окончила институт, стала учительницей истории, руководила школьным музеем. Однажды в музее появились жернова. Их нашли ученики на краю села в яме, где когда-то стоял дом.

Бросилась в глаза неровность верхнего диска, необычная форма вертикальной ручки. Неужели это они? Я узнала в них Катины жернова.

Нахлынули воспоминания детства. Где ты, Катя? Как сложилась твоя жизнь?

Мне бы очень хотелось, чтобы ты была счастливой.

15 апреля 2009 г.

Читайте также:

Православие и мир
Случайностей не бывает

Татьяна Квашнина

Странно, но большинство из тех, кому я рассказываю об этом случае, свидетелем которого стала несколько лет назад на вокзале города Кургана, не верят. Я никого не стараюсь переубедить.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Похожие статьи
Когда доктор Лиза говорила, не возникало и тени сомнений, что она права

Нет ощущения потери, она всегда со мной – о Докторе Лизе вспоминает директор фонда «Со-единение»

Ольга Журавская: С Лизой мы дружили, как дружат девочки

Она научила меня не опускать руки – о Докторе Лизе вспоминает глава фонда «Галчонок»

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: