Миссионер и уныние – понятия несовместимые

«Мы решили создать институт, который готовил бы образованных, тактичных, приветливых, а главное – радостных миссионеров, чтобы они могли помогать многим людям». Интервью с ректором Миссионерского института, который открылся при Ново-Тихвинском монастыре в Екатеринбурге, — доктором филологических наук профессором Наталией Дьячковой.

«Взрослый» институт

Наталия Дьячкова

— Обычно, когда появляется новый институт, к нему относятся не слишком серьезно. Репутацию солидного учреждения он зарабатывает долгие годы. А Миссионерский институт будто родился уже взрослым: крепкие традиции, отработанная программа, тщательно подобранный преподавательский состав, доброе имя… Как и когда вы все это приобрели?

— Спасибо за добрые слова в наш адрес. Действительно, Миссионерский институт создан не на пустом месте: его предшественником были Миссионерские курсы при Ново-Тихвинском монастыре, которые десять лет готовили православных людей к миссионерскому служению.

Я могла бы назвать приход, в котором все певчие и все преподаватели воскресной школы — наши выпускники. За эти годы у нас учились и продолжают учиться жители не только Екатеринбурга, но и Первоуральска, Среднеуральска, Полевского и даже Миасса — а это Челябинская область.

Последние три года мы работали уже как Высшие миссионерские курсы. Высшие — потому что начали осваивать государственный стандарт «бакалавр теологии», увеличили срок обучения на курсах с трех до пяти лет, собрали коллектив высококвалифицированных специалистов: богословов, священников, университетских профессоров.

Некоторые спецкурсы читали известные ученые из Москвы и других городов, мы специально их приглашали. Одним словом, мы учили наших слушателей так, как учат на вечерних отделениях вузов: у нас были сессии с экзаменами и зачетами, наши слушатели писали курсовые и дипломные работы, действовал семинар дипломников, проходили научные конференции, методические семинары, заседал ученый совет факультета…

Вот только документ об образовании мы выдавать не могли. Мы были зарегистрированы именно как курсы при монастыре, цель которых — вести духовно-просветительскую работу среди населения. Но преобразовать курсы в институт мы мечтали давно, поэтому старались, так сказать, подготовить почву. И когда в июле этого года Рособрнадзор предоставил нам лицензию, у нас уже была полностью опробована модель вуза. Все эти три года наши слушатели даже на педпрактику ходили!

— Но почему было необходимо создать именно институт? Ведь Миссионерские курсы вполне успешно справлялись со своей задачей, давали студентам все необходимые знания?

Наталия Дьячкова

— Да, это так. Но все же, было жаль наших слушателей. Согласитесь, обидно учиться пять лет, как в институте, защитить квалификационную работу — и не получить диплома о высшем образовании. Впрочем, даже не это главное. В нашей епархии практически в каждом храме есть церковноприходская школа, и сегодня там должны преподавать теологи с высшим образованием, а не просто благочестивые миряне.

Кроме того, в скором времени и в обычных средних школах нужны будут учителя для преподавания дисциплин с православным компонентом. Хорошо, если эти предметы также будут вести квалифицированные теологи. Я уж не говорю о других миссионерских задачах.

— У кого учится сам Миссионерский институт?

— В основном, у Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Мы ориентируемся на этот университет, перенимаем его опыт и связаны с ним самым тесным образом. Во-первых, ПСТГУ закончили в свое время многие наши преподаватели. Во-вторых, у нас есть личные контакты с учеными из этого университета. Дважды приезжал к нам заведующий кафедрой истории миссий, профессор, доктор физико-математических наук Андрей Борисович Ефимов, он участвовал в работе нашей конференции «Современная православная миссия», а также читал нашим слушателям спецкурс «Методы и приемы миссионерской деятельности». Частый наш гость — заведующий кафедрой гомилетики протоиерей Артемий Владимиров.

В октябре этого года к нам приедут для участия в конференции и чтения актовых лекций заведующий кафедрой философии профессор Владимир Николаевич Катасонов и доцент кафедры догматического богословия Сергей Анатольевич Чурсанов. Надеемся также, что в октябре к нам приедет проректор ПСТГУ протоиерей Георгий Ореханов. Отец Георгий — специалист по Льву Толстому, очень хочется послушать его лекции о Толстом с православной точки зрения.

Дважды был у нас директор НИИ Синергийной антропологии профессор Сергей Сергеевич Хоружий, известный ученый, специалист по исихазму. Его ученик, кандидат философских наук, член редакционной коллегии богословского журнала «Альфа и омега» отец Павел Сержантов также неоднократно приезжал к нам читать лекции.

Помогают нам и специалисты Учебно-методического объединения по теологии, которое создано на базе исторического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова и Православного Свято-Тихоновского Гуманитарного университета.

Напоминающие о Господе, не умолкайте…

— Почему Институт действует именно при монастыре? Кажется, что у этих организаций совсем разные задачи?

Ново-Тихвинский монастырь в Екатеринбурге

— Монастыри всегда были центрами образованности и культуры, центрами просвещения в исконном, изначальном смысле этого слова.

Сегодня мы полагаем, что просвещенный человек – это образованный, эрудированный, много знающий интеллектуал с дипломом о высшем образовании, а еще лучше — с ученой степенью. Но когда-то наши предки под просвещением понимали и нечто другое: познание истины и даже таинство, которое вводит нас в царство вечного света — крещение.

В монастырях духовно просвещались тысячи людей, здесь они укреплялись в вере, находили утешение в скорбях. Русские люди любили совершать паломничества в монастыри. Шли пешком по нескольку дней или даже недель, шли по зову сердца, ведь их никто туда не гнал.

Я очень люблю цикл рассказов Ивана Шмелева «Богомолье», о том, как паломники идут помолиться в монастырь святого Сергия Радонежского — в Свято-Троицкую Сергиеву Лавру. Люди идут на богомолье, и каким благодатным оказывается для них это путешествие по родной земле к монастырским святыням! Интересно, что эпиграфом к «Богомолью» Иван Шмелев берет слова из Библии: «О, вы, напоминающие о Господе, — не умолкайте!» (Ис. 62, 6). И монастыри никогда не умолкали, они постоянно напоминали о Боге.

Недавно я была в паломничестве в селе Меркушино, а останавливались мы в гостинице мужского монастыря в Костылева. Так вот, там монастырский колокол будил нас в 3 часа ночи, затем в 5 утра; после этого напоминал нам о том, что нужно молиться, и в 8 утра, и в 3 часа дня. Ночью мы спали, а монахи шли на молитву. Это я намеренно так буквально истолковываю глаголы «напоминать» и «не умолкать».

Дело, конечно, не только в колокольном звоне, но в самом молитвенном духе монастырей, в их святынях, в их особых богослужениях, в их мудрых и рассудительных духовниках. Мы знаем, что выдающиеся русские писатели и ученые XIX века ездили в Оптину пустынь к простым монахам, чтобы получить ответы на свои вопросы, потому что эти ответы они не могли бы найти ни в одной энциклопедии. Да и сейчас ездят!

До революции Ново-Тихвинский монастырь был центром не только духовного просвещения, но и просвещения в современном смысле этого слова. При монастыре действовало женское училище, оно было первым на территории Пермской губернии. В нем могли учиться девочки разных сословий, но, наверное, самым ценным было то, что училище давало образование малоимущим детям-сиротам. Все расходы монастырь брал на себя. Представляете, за время существования училища в нём обучалось почти девять тысяч девочек!

При монастыре существовала стройная образовательная система: приют, училище, церковноприходская школа. По данным историков, монастырь в деле женского образования и просвещения опередил светскую образовательную систему более, чем на двадцать лет. А мы по благословению духовника монастыря и нашего института схиархимандрита Авраама и настоятельницы монастыря игумении Домники лишь пытаемся возродить эту традицию.

— Преподаватели института – кто они? Как вы их находите? Ведь верующих, да еще и воцерковленных людей в науке, как кажется, совсем немного…

— У нас преподают только верующие преподаватели. Вы правы, к сожалению, таких в наших вузах не большинство, но они всё же есть. У нас преподают профессора и доценты УрФУ, Уральской академии госслужбы, священники, имеющие ученую степень, выпускники ПСТГУ, МДА, ЕПДС, Белгородской миссионерской семинарии… Каждый преподаватель — уникальная личность, интересный ученый, прекрасный педагог. Сама не знаю, за что нам такое счастье?

— А кто ваши слушатели?

— Это люди разные: молодые, пожилые, девушки, бабушки, математики, историки, военные, предприниматели, пенсионеры, поэты… Но случайных людей среди них нет: каждого своими путями привел к нам Господь. Кто-то уже побывал в секте, кто-то увлекался эзотерикой, кто-то недавно уверовал и тут же решил изучать богословские науки, чтобы «верить разумно»…

И столь разных людей курсы, а теперь институт, можно сказать, объединяют в одну большую семью. Наши слушатели обрели совершенно иной круг общения, отличный от того круга, который существует в их повседневной жизни. Многие находят здесь друзей.

Выпускники продолжают общаться, дружить, вместе ездят в паломнические поездки, вместе отмечают православные праздники. Более того: некоторые находят здесь… супруга. За те годы, что действовали Миссионерские курсы, на наших глазах сложилось несколько православных семей, родились дети. В миру православной девушке гораздо труднее встретить верующего юношу, а молодому человеку труднее найти верующую, воцерковленную православную девушку, с которой хотелось бы создать семью. У нас не просто образовательное учреждение, здесь нет равнодушия, здесь все друг другу братья и сестры во Христе.

— За десять лет курсы выпустили множество подготовленных миссионеров. Понятно, что не все они занимаются активной миссионерской деятельностью, но все же: можете ли вы уже сказать о том, что обучение принесло свои результаты?

— Многие наши выпускники действительно миссионерствуют: преподают в воскресных школах, помогают на приходах своим батюшкам, работают в духовно-просветительских центрах, поют на клиросе. Но даже если, как вы говорите, они и не ведут активной миссионерской деятельности, обучение в монастыре все равно принесло и приносит свои плоды. Наши слушатели миссионерствуют среди своих знакомых, коллег, родственников, они приводят к вере и воцерковляют своих детей, внуков, племянников и даже пожилых родителей.

Проповедь… в стихах

— Каким, по-вашему, должен быть современный миссионер?

— Прежде всего — верующим и воцерковленным. Должен знать догматические основы православной веры, вести духовную жизнь. А помимо этого он, конечно же, должен иметь расположение к людям, быть отзывчивым, добрым, приветливым. И радостным. Унылый миссионер никого не только не вдохновит, но даже и не заинтересует.

Чрезвычайно нужное качество для миссионера — тактичность. Умение не навязывать свою проповедь, не вторгаться агрессивно в чужое личное пространство, не обличать, не обижать, но говорить о православной вере только с теми, кто хочет о ней услышать, проповедовать только тем, кто к этому готов. Кроме того, современный миссионер, несомненно, должен уметь грамотно и красиво говорить и вообще быть культурным человеком.

— Грамотно говорить вы тоже учите?

— Разумеется. Преподаем и риторику, и культуру речи. А кроме этого еще и литературу, и историю.

— А зачем миссионеру знать литературу и историю? Не достаточно ли ему сугубо церковных дисциплин?

— На эту тему очень интересную лекцию прочитал нашим слушателям отец Артемий Владимиров. Интересующихся могу отослать к сайту нашего института «Уральский миссионер», где она опубликована.

По мнению батюшки (а он, кстати сказать, выпускник филологического факультета МГУ, член Союза писателей России, заведующий кафедрой гомилетики ПСТГУ), проповедь, которая опирается лишь на знание «сугубо церковных дисциплин», которая игнорирует историю, достижения научной мысли, не обращается к шедеврам классической литературы, — это сектантская проповедь. Она отличается примитивизмом и начётничеством, а ее автор демонстрирует узость своего мировидения, глупое доктринерство и поверхностное морализаторство.

Миссионер должен быть эрудированным, образованным человеком, ведь ему приходится общаться и с простыми людьми, и с интеллектуалами. И в том, и в другом случае знание истории, литературы необходимы: именно в этих источниках миссионер найдет аргументы для своей миссионерской проповеди. Нужно иметь в виду, что люди охотнее доверяют мнению популярного, авторитетного человека: ученого, поэта, художника. Ссылка на мнение такого человека в доказательство своего тезиса называется в риторике аргументом «к авторитету». И русская классическая литература, как, впрочем, и вся европейская, — это океан таких аргументов, потому что вся она – это один нескончаемый комментарий к Евангелию. Иногда в одной поэтической строфе может в концентрированном виде содержаться суть христианского учения. Вот, например, стихи Николая Гумилева:

Есть Бог, есть мир; они живут вовек,
А жизнь людей мгновенна и убога,
Но всё в себя вмещает человек,
Который любит мир и верит в Бога.

А вот Федор Глинка:
Если хочешь жить легко
И быть к небу близко,
Держи сердце высоко,
А голову низко.

Ну чем не азбука веры? А лермонтовскую «Молитву» переписал в свою тетрадь любимых стихов и духовных песнопений старец Николай Гурьянов.

Тем православным, которые говорят мне, что им не нужны литература, музыка, живопись, я отвечаю, что невежественный неофит не только никого не привлечет к Церкви, но и, напротив, может оттолкнуть от нее и что не стоит забывать о том, что вся европейская культура и литература, в том числе и русская, изначально зиждилась на христианском мировоззрении. Можно пойти в Эрмитаж, походить по залам, где висят картины на библейские сюжеты, и убедиться в сказанном.

Теперь об истории. Как можно не знать и не любить историю, в том числе историю своего Отечества, историю Церкви, историю искусства? Без знания истории мы не сможем понять настоящего – это общеизвестная истина. Если бы мы ничего не знали о трагической истории России XX века, то не узнали бы и о подвиге тысяч новомучеников и исповедников – святых!

А как долго мы жили, ничего не зная о духовном подвиге святых Царственных Страстотерпцах, святой великомученицы Елизаветы Федоровны! Присваивали улицам имена цареубийц, а проходимцев и авантюристов считали героями! А когда мы читаем, к примеру, исторический роман Генрика Сенкевича «Камо грядеши?» или смотрим одноименный фильм Ежи Кавалеровича, то узнаём о жизни Рима времен императора Нерона, и нам становится понятным подвиг христиан-мучеников первых веков христианства.

Какой-то исторический факт, какая-то стихотворная строчка могут стать поводом для глубоких и серьезных размышлений о смысле жизни, а это уже первый шаг к вере в Бога. Помните польский фильм 60-ых годов «Пепел и алмаз»? Главный герой фильма с легкостью убивает людей, он привык убивать, потому что шла война, и он воевал против фашистов, теперь он стреляет в идеологических противников — своих соотечественников. И вот однажды, спустившись в склеп, он и его девушка читают высеченные на надгробии стихи польского поэта Норвида: «Когда сгоришь, что станется с тобою?..» Герой вдруг понимает, что жить так, как живет он, нельзя, и решает изменить свою жизнь. Вот какой силой обладает поэтическое слово.

— Кто из известных лиц является образцом миссионера для вас лично?

— Я могла бы назвать имена великих миссионеров, например, святого равноапостольного Николая Японского, который просвещал далекую Японию. Он самостоятельно изучил японский язык, японскую культуру и быт японцев и оставил в Японии после своей кончины сотни православных общин и десятки тысяч человек, обращенных в православную веру. Интересно, что первым человеком, которого он обратил в христианство и крестил, был самурай, пришедший его убить!

Мне хотелось бы назвать также святителя Тихона, патриарха Московского, епископа Алеутского и Аляскинского, миссионерствовавшего в Северной Америке. Это не просто великие миссионеры, но и святые! И таких миссионеров в Русской Православной Церкви много!

Но сегодня у миссионеров другая задача. Весной 2010 года наш институт посетил Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. Обращаясь к слушателям и преподавателям, он сказал, что «главная задача сегодня – это внутреннее миссионерство, рехристианизация наших расцерковленных соотечественников». Поэтому я хочу назвать имя нашего современника, и мой ответ, скорее всего, удивит вас.

Таким миссионером я считаю писателя Фазиля Искандера. Он не только выдающийся художник слова, но и глубокий мыслитель. Никогда не забуду его прекрасную повесть «Софичка». В ней рассказывается о чегемской девушке, судьба которой сложилась трагически. Для меня это образ настоящей христианки. Несмотря на несчастья, трудности, предательство ближних, она не переставала любить людей, одаривать их теплом, заботой, хотя многие из них, по нашим представлениям, этой любви достойны не были.

Я не знаю, какого вероисповедания Фазиль Абдулович, но его суждения о христианстве и его художественные образы для меня, например, самая что ни на есть настоящая христианская проповедь. И я уверена, что очень многие его читатели и почитатели согласятся со мной. Вы посмотрите, как мудро он мыслит и пишет! «Глубина стыда определяет высоту человеческой личности. Вот почему пастух как личность может быть выше академика»; «Космический холод мира преодолевается лаской. В этом чудо учения Христа»; «Ленивый человек может быть хорошим человеком, но ленивая душа преступна». И вот еще одно его изречение-предсказание, которое мне очень нравится: «Блудный сын пришёл к отцу, когда ему стало совсем плохо. Так и человечество придёт к Богу».

Беседовала Анастасия Титова.

Читайте также:

Иные люди

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.
Похожие статьи
Школьные чаты – боль родителя XXI века

Советы психолога тем, кто уже добавил в друзья учителя и одноклассников своих детей

Как пережить родительское собрание

9 советов для сохранения спокойствия

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!