О причастии орущих младенцев

|
Главная подготовка к встрече и взаимообщению младенца с Христом в таинстве причастия – это христианство его родителей. Их воцерковление, их следование заповедям Евангелия, их молитва и участие в таинствах, то же регулярное причащение, наконец.

На днях к причастию принесли того, кто чаще всего прибавляет священнику, стоящему на амвоне с Чашей в руках, изрядное количество седых волос, – орущего младенца.

Священник Сергий Круглов

Священник Сергий Круглов

Этот младенец был из тех, кого «младенцами» как-то и не назовешь: приблизительно двухлетний крепкий бутуз, который сидеть на ручках у папы, а тем паче лежать головой на правой руке в позе «как грудью кормите» категорически отказывался. Он яростно вопил «не буду!», словно видел в батюшке подступающего к нему с пыточными инструментами палача, и, брызжа слезами, размахивал руками и ногами так, что пришедшая на помощь папе растерянная мама не могла его удержать…

В конце концов, мама и папа, впервые в этот день исповедовавшиеся, причастились сами, а подносить свое чадо к Чаше еще раз не рискнули. И я этому был, честно говоря, рад – от вида ребенка, которого скрутили, и которому сквозь сжатые зубы насильно впихнули-таки лжицу с каплей крови Христовой, не то что не возникает удовлетворенного чувства исполненного долга, но и просто бывает очень не по себе…

Есть такая установка: «всё лучшее – детям». Причастить ребенка, какими угодно путями влить в него заветное вещество и мнить в этом исполнение своего христианского родительского (бабушкинского, восприемнического и пр.) долга – а там уж благодать Божья сама волшебно совершит всё для чада нужное и полезное… Такой ход мысли видится мне более чем сомнительным, и снисхождение чудесной «благодати» на того, кто к ней совсем не готов, приводит на память сюжет про Данаю и сходящий на нее, ни сном ни духом ничего не соображающую, золотой дождь.

Да-да, речь здесь – именно о готовности человека (пусть даже совсем маленького) к причастию.

Есть и такое мнение среди православных ригористов: противится дитя причастию – значит, пора его на отчитку, не иначе как бесами одержимо! Вовсе нет, считать малосмысленного ребенка заведомым ярым врагом Божьим – дикость. Он именно что просто не готов к причастию. И не готов чаще всего именно потому, что не готовы к встрече с Христом его родители.

Вот оно, ключевое слово – «с Христом». О том, что в Чаше – не волшебное средство от болезней и несчастий, говорено-переговорено. Но добавим и еще нечто важное: само по себе поднесение (да и подхождение) к Чаше также не сделает человека автоматически христианином, не введет его само по себе в круг учеников, приобщающихся Христа на Тайной вечере. Потому что прежде чем за эту вечерю возлечь, ученики встретили Христа, выбрали Его как смысл своей жизни, полюбили Его и следовали за Ним, жили внутри, грубо говоря, конкретного религиозного контекста конкретными мессианскими чаяниями, с их Учителем связанными.

Проще говоря, главная подготовка к встрече и взаимообщению младенца с Христом в таинстве причастия – это христианство его родителей. Их воцерковление, их следование заповедям Евангелия, их молитва и участие в таинствах, то же регулярное причащение, наконец.

(К слову, примечу: да, бывают случаи, когда родители вроде бы вполне воцерковлены, но их чадо все равно испытывает страх или проявляет нервозность при походе в храм. Человеческий мир широк, в какую-то одну модель его не вместить, и каждый такой случай, конечно, надо рассматривать индивидуально в беседе с опытным священником).

Младенец получает просвещающую и преображающую благодать Христову, прежде всего, через родителей. Это закон, установленный Богом, а Он Своих законов не нарушает. Конечно, если родители совсем уж нехристи (или их нет рядом), то Бог силен устроить пути человека так, чтобы он все равно смог прийти в Его Царство, – но это все-таки скорее исключение, а Бог хочет от нас, чтобы мы научились жить по правилам, которые есть законы Царства. По той заповеди, которая древнему псалмопевцу виделась широкой зело и была его устам паче меда, а нам, увы, иной раз видится ненужным атавизмом и узостью…

Всё это я хотел бы, чтобы услышали не только невоцерковленные родители младенцев, но и все, считающие себя Церковью. Все мы – те, кто, стоя в храме на литургии, морщится и качает головой при виде взопревшей мамы, влачащей к амвону сопротивляющееся дитя, не понимающее, куда и зачем его влекут, чувствующее только, что насильно, явно не верящее увещеваниям, что «батюшка сладкую ягодку даст» (и слава Богу, что не верящее).

Мы с вами многое можем сделать – например, обратить внимание на своих невоцерковленных родных, близких, друзей, имеющих малых детей, и помочь им разобраться, что к чему в вере Христовой, что такое – причастие Его Тела и Крови и зачем оно. А также, что тоже очень важно, еще раз задать вопрос себе самим: а сами-то мы зачем ходим к причастию и чего именно от этого таинства ожидаем (например, в очередной раз скорбя на исповеди: «ох, батюшка, только истово поговею, правило вычитаю да причащусь – тут же соседка с разговорами пристанет, и сразу всю-то благодать теряю!..»).

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
Протоиерей Алексий Уминский: Неправильно, когда дети причащаются без родителей

Во время службы родители устраиваются на лавочках в дальней части храма, и дети не видят Литургии,…

Почему не помогает причастие?

Почему мой ребенок, который регулярно причащается, болеет, а у родителей, которые бегают по бабкам - нет?

Про исповедь и чистку зубов

Может быть, не исповедоваться так часто?