Радость встречи. Пасха

Священник Михаил Михайлов

Пасха всегда приносит новые чувства. Помню Пасху времен своей юности – время было советское. В храм можно было попасть только при наличии пропуска, по пути в храм было оцепление, проходили мы, одетые по–праздничному, через толпу пьяных орущих, подходили ко входу в храм, там уже полковники милиции пропускали в храм. И это оцепление было, с одной стороны полезным – в храм не пропускали хулиганов, пьяных, а, с другой стороны – без пропуска не пропускали верующую молодежь. В храме были непередаваемые ощущения. Крестный ход – в атеистической Москве, и когда толпа, стоявшая за оцеплением, замирала, появлялись свечи. Потом уже, когда под колокольный звон подходили к храму и первый раз пели «Христос Воскресе», слезы наворачивались на глаза и это ощущение величия момента осталось до сих пор. До сих пор – это совершенно особенные ощущение – тропарь Воскресения перед входом в храм. И вся толпа – и в то время, и в наше время много людей, пришедших просто поглазеть на крестный ход, настраивается на что–то иное, возвышенное. Наступает особая тишина. У людей всегда преображаются лица. На службе радость уже распространялась по всему телу словно была в воздухе. Из храма мы возвращались пешком: от Лефортово до Новогиреево, но мы не думали о том как добраться – и Господь не оставлял без помощи. Находился водитель, соглашавшийся нас подвезти, случайный автобус ночью… Позже, когда я стал священником и оставался в храме ночевать, чтобы служить позднюю Литургию, понял, что спать в Пасхальную ночь невозможно, немыслимо. У себя в келье, готовясь к Литургии, видел свет из окна, видел людей. Потом и духовенство, пришедшее после службы – Праздник был виден во всех людях, уходила с лиц печаль, скорбь.

Еще хочется сказать, что раньше, если мы обратимся к свидетельству св. Павла Римского, на Руси был интересный закон, на Страстной Седмице были закрыты все питейные лавки. Был строгий сухой закон в эти дни. На Пасху допускали, что человек может принять вина, но при царе Алексее Михайловиче было сказано: «Кто в кабаках проводит много времени, того бить батагами нещадно». Праздник – в первую очередь духовный, Праздник – это не праздник живота с обильным застольем, а радость духовная. Так и власть раньше удерживала людей на пути духовном, подсказывая верный путь. Вспоминаю свои юношеские годы, когда мы первый раз были на Пасхальном богослужении: взирать на лица людей, отметивших свой праздник «по–советски», обильным возлиянием, было очень странно. Ведь люди, которые не постились, для которых праздник – это лишний повод заглянуть на дно стакана, резко отличаются от людей, пришедших в храм с радостью о Господе Воскресшем.

В Светлую Седмицы все молитвы другие, и в храме, и в домашнем правиле – проникнутые именно духовной радостью. И служба по Пасхальному чину идет всю Светлую Седмицу, поэтому и верующие должны быть в храме не только в момент освящения верб или куличей, но и в дни Пасхальной радости. Когда мы радуемся чьему–то счастью, мы стараемся быть рядом с человеком, разделить с ним его радость, подольше побыть, подольше поговорить. Почему же в момент радости о Воскресшем Христе, мы стремглав несемся их храма Божиего? На Светлой седмице крестный ход совершается каждый день, Церковь призывает нас к церковной жизни, а не к сидению по домам в великие дни.

Праздник Пасхи – праздник духовной радости, об этом надо всегда помнить. Это основа нашей веры. Как Господь воскрес, так и мы все воскреснем, об этом мы всегда должны помнить и всегда этому радоваться. Но нам, чтобы подготовиться к Пасхе Христовой и Воскресению, которое ждет нас уже за порогом этой жизни, нужно пройти путь поста и жизни христианской.

Священник Сергий Сидоров

Каждую Пасху, когда едешь со службы, чувствуешь, что даже природа преображается. Все восторженное – веточки, которые даже не цветут еще, они какие–то радостные, веселые! Даже кажется, что ветки, которые сейчас опущены, они вверх, горé воздеваются. Это каждую Пасху такое чувство бывает. И даже ночью, когда идешь домой, понимаешь, что во всем – Пасха, даже бесчувственные камни, даже дома – все радуется о Господе Воскресшем.

Священник Михаил Немнонов

 Мое самое яркое воспоминание, связанное с праздником Пасхи, – Пасха 2000 г. в домовом храме св. прав. Иоанна Кронштадского. Это была совершенно особенная служба, она вся прошла на одном дыхании. И дело было не в священнике или  прихожанах, – мы все были такими же, как и годом раньше или годом позже. Дело было и не в том, что сам храм был каким-то особенным, – он был расположен в самом непритязательном помещении.

Просто та Пасха действительно была для нас переходом (слово “Пасха” означает именно переход”). Уже было принято решение о закрытии храма, и мы знали, что через два месяца будем своими руками снимать иконы со стен и разбирать все, что нами с таким трудом создавалось. Но мы уже успели смириться с этим, и приняли наш исход из этого храма как из руки Божией, с доверием к Его промыслу. Помню, в самом конце службы я предложил всем причастникам – в храме было человек девяносто, и причащалось больше половины из них, – сначала прослушать благодарственные молитвы, а потом подходить к кресту. Когда молитвы закончились, в храме стояла такая тишина, какой больше никогда я не слышал после службы в Пасхальную ночь. Люди стояли так несколько минут мгновений. Потом мы приветствовали друг друга словами “Христос Воскресе!” – “Воистину Воскресе!” И затем все подходили к кресту так же молча. Не потому, что нам нечего было нечего сказать, – просто ту радость о Воскресении Христовом, которую испытывали большинство из нас, нельзя было выразить никакими словами. К чему я говорю об этом? У каждого в жизни случаются такие события, которые неумолимо разрушают нашу привычную жизнь. Так вот, хочется пожелать, чтобы мы всегда их принимали как из руки Божией. Тогда и будет в нашей жизни больше места для духовной радости.

Священник Димитрий Туркин

В каждом храме свои особенности службы: где служба более длинная, где–то – насыщенная яркими песнопениями, где–то более скромная. Это каждый прихожанин чувствует по–своему. Хочется сказать о том чувстве, которое испытываешь, выйдя из храма, когда уже едешь домой, первые часы после службы – ощущение особенной чистоты, света, наполненности, осязаемой ясности. Этому чувство нельзя его специально искать, но если оно возникло, то его нужно заметить и полюбить. Ведь такое состояние чистоты и ясности – не такое частое чувство. И чтобы это чувство посещало нас чаще, хотя бы в Пасхальную ночь, нужно к этому готовиться. Если человек потрудится над собой, борясь со своими недостатками, хотя бы только потрудится, не ставя цели немедленно чего–то достичь, постарается победить свой эгоизм, ненависть к какому–то человеку, то, возможно, это чувство прикоснется к его сердцу и откроет ему Христа. Пост – это наша подготовка к Празднику Пасхи, а сам Праздник – время настоящей духовной жизни. Духовная жизнь всегда напряженная, но напряжение бывает разного рода. Есть напряжение поста, когда напрягаются одни силы человека, – воздержание. А вне времени поста напрягаются другие силы, которые помогают ему хранить себя в исполнении христианских заповедей. И вне поста исполнять все заповеди иногда труднее, чем постом. Во время поста человек себя готовит к тому, что надо смиряться, каяться, а когда пост кончается, оказывается сложнее. Можно сказать словами Суворова: «Тяжело в учении – легко в бою». Если постом мы учимся, что–то сложно, то в Праздник, вне поста, «в бою» – должно быть легко. Нужно понимать, что человек, проходя подвиг Великого поста, трудится не ради безличного принципа: «НАДО молиться так–то, не есть того–то, поклонов класть столько–то», а ради того, что он ищет Христа. И человек обязательно Его найдет, если будет понимать, что он ищет Того, кто для его спасения пришел умереть и воскреснуть.

Диакон Николай Фатеев

Одно из воспоминаний, которое всегда остается о праздниках – это предпраздничные хлопоты. У священников – освящение куличей, у диакона – подготовка алтаря к празднику, переоблачение. Работу диакона перед Пасхой можно сравнить с домашней работой хозяйки – протирка, промывка, уборка алтаря. Помню, когда я первую Пасху служил, постоянно нужно было менять облачение: на Пасхальной службе, на каноне, священнослужители каждый раз выходят в облачении нового цвета – в белом, синем, желтом, зеленом, и заканчивается все красным. Это переоблачение происходит очень стремительно. Праздник – как восхождение на гору – сначала трудный период подготовки. А потом – нарастающая радость. И всякое застолье меркнет перед Праздником, перед крестным ходом. Дома у нас есть специальная яркая Пасхальная скатерть, которая накрывается только на Пасхальную Седмицу, и дети с первых лет жизни, запоминают это красоту, даже в доме. В субботу Светлой Седмицы (старше всю неделю в школе, а маленькие не могут быть на ночной службе) дети обязательно идут на Литургию и Крестный ход.

Записала Анна Любимова, опубликовано в газете “У Соломенной Сторожки”

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: