Священник Глеб Грозовский: Вернусь в Россию, когда будет гарантирована безопасность

Священник Глеб Грозовский, обвиненный в педофилии и запрещенный в служении на время следствия, уже несколько месяцев находится в Израиле, куда уехал еще в сентябре, работать в Центр здоровой молодежи — организацию, занимающуюся помощью алко- и наркозависимым. Отец Глеб утверждает, что он оклеветан, и требует изменить ему меру пресечения (заочный арест). Возвращаться в Россию до того, как будут получены гарантии о соблюдении его прав, священник не собирается.

Центр здоровой молодежи — секта?

— Несколько недель назад в Интернете было опубликовано письмо за подписью митрополита Владимира, где он запрещал своим клирикам какие-либо отношения с Центром здоровой молодежи, объявив его сектой, но именно по приглашению этой организации вы оказались в Израиле. Как вы это объясните?

— Данная организация — светская, и никакого отношения к конкретной конфессии не имеет. В инфраструктуре ЦЗМ существовали несколько направлений, которые занимались помощью попавшим в алкогольную и наркотическую зависимость — протестантам, православным и неверующим. Я сотрудничал с православным сектором, который выделился в фонд Архангела Гавриила и имеет сугубо православное направление.

Многие священники сотрудничают с данной организацией по всей стране. Например, игумен Анатолий (Берестов). В Израиле ребят окормляет местный священник. Крещеные в Православии ребята, попавшие в наркотическую зависимость, раз в две недели исповедуются и причащаются. Священник проводит с ними душеспасительные беседы.

Но это не работа, за которую можно получить деньги, это зов души — откликнуться на человеческую боль и безысходность. Странно было бы, подойдя к человеку, который истекает кровью, спрашивать: «А Вы случаем не сектант? А, извините, я помогаю только православным…» И чем мы тогда похожи на православных?

Ко мне сюда, в Израиль, приезжала жена. Она шла по улице, а перед ней упала бабушка и не могла встать. Когда моя супруга, измазавшись в ее крови, в изнеможении от невозможности поднять упавшую старушку обратилась к проходящему мимо мужчине, а была суббота, то на просьбу помочь получила ответ двухтысячелетней давности: «Простите, не могу — шаббат».

Православные, что с нами??? На кого мы становимся похожи? Где любовь, милосердие, сострадание? Или надо на это брать благословение, чтобы помогать не православным? Мне повезло, я помогал православным, так что меня трудно обвинить в том, что я оказывал милосердие протестантам.

Почему обвиняемый в педофилии оказался в Израиле?

— Настоятель храма вдруг уезжает в многомесячную командировку по приглашению сомнительной организации…

— Мы начали взаимоотношения с ЦЗМ с приглашения в Сочинский лагерь по благословению митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Владимира. Очень подружились и строили взаимоотношения как друзья. Находясь в постоянном общении и взаимопомощи! Ребята помогали строить храм в Верево, где я был настоятелем.

В 2011 году я организовал паломническую поездку в Израиль и взял с собой бывших наркозависимых, которым и пришла идея организовать центр на Святой Земле. Спустя два года я решил съездить, посмотреть, как идут дела, помочь словом, поддержать их в нелёгкой борьбе с недугом, и с этими побуждениями прилетел в конце сентября в Ашдод. Это было запланировано мною еще в июле 2013 г.

Спустя некоторое время мне позвонил следователь и сказал, что давно меня разыскивает, и пригласил на допрос в качестве свидетеля по делу, которое он мне не озвучил.

Естественно, всё бросить и приехать я не мог, но меня выставили перед всем миром как сбежавшего от следствия и объявили в международный розыск. Теперь мне как свободному человеку, имеющему право на презумпцию невиновности, не вернуться в Россию, поскольку я стал заложником ситуации. Интерпол меня не ищет, да и местная полиция знает адрес моего проживания.

— Как долго Вы собираетесь оставаться в Израиле?

— Это известно одному Богу! Мой израильский адвокат направляет запрос в Следственный комитет о перспективе снятия с меня меры пресечения, статуса обвиняемого и просьбой гарантировать безопасное возвращение в Россию для сотрудничества со следствием и возвращением моего права на презумпцию невиновности.

Возможно ли честное расследование?

Почему из меня сделали беглеца? Дело было открыто еще в сентябре, однако никто не воспрепятствовал мне выехать за границу, следователь позвонил лишь спустя полтора месяца, а потом я вдруг становлюсь уже арестованным, причем узнаю об этом опять же из СМИ.

Мне все это очень непонятно. Если дело уже было в производстве, и подозрения падали лично на меня, зачем меня, даже в качестве свидетеля, выпускать за границу, а потом, после того, как я не являюсь на допрос, поскольку нахожусь за границей, меня тут же определили в статус обвиняемого, заочно арестовали и объявили в международный розыск? Чего меня разыскивать? Я не скрывался и не скрываюсь. МВД Израиля знает мой адрес проживания, все мои передвижения по Израилю известны. Однако СК выставляет меня беглецом и объявляет в розыск по линии Интерпола. Зачем? Чтобы меня напугать и вынудить вернуться? Вернусь, как только снимут заочный арест, снимут статус обвиняемого и гарантируют моё безопасное возвращение как гражданина РФ, со всеми конституционными правами.

Еще раз подчеркну, что в Израиле я оказался по служебной командировке, с целью социального служения в центре помощи алко- и наркозависимым, как клирик РПЦ МП, а не как турист, тем паче беглец.

Удивительно, но в Израиле, люди, которые узнают меня на улице (благодаря кампании в СМИ я стал узнаваем), не тычут в меня пальцем, а наоборот выражают сочувствие и многие предлагают помощь.

Очевидно, что в психологии израильтян «презумпция невиновности» — не декларативное, а вполне конкретное понятие.

— Как Вы и Ваш адвокат оцениваете свои шансы доказать невиновность в установленном законом порядке?

— Есть нормы международного права, в которых мой израильский адвокат разбирается лучше меня. Однако даже мне, человеку, не разбирающемуся в юридических вопросах, очевидно, что на стадии предварительного следствия были совершены такие нарушения, которые подвергают сомнению честность всего хода расследования дела. Это печально. Об этом известно моим адвокатам.

— Осведомлены ли Вы о ходе следствия?

— Основная часть того, что я знаю — слухи из СМИ, а правдивую информацию о ходе следствия получаю в том объеме, который доводит следователь до моих адвокатов.

Семья под давлением

— Что происходит с Вашей семьей? Жена и дети живут в Санкт-Петербурге? Могут ли они приехать к вам?

— Семья, находясь в России, оказалась под психологическим давлением со стороны недоброжелателей и завистников. Мало того, поступают угрозы. Недавно пытались обвинить мою сестру, что она прописывает в квартире нелегалов. Представители УФМС успокоилось только после фразы: «Мы будем разговаривать с вами только в присутствии адвоката». Ответили: «Мы так этого не оставим».

— Ваша мама написала письмо Патриарху. Как вы оцениваете письмо и его результаты?

— Пока официальный ответ не поступил, оценивать сложно. Да и кто я такой, чтобы оценивать Патриарха? По канонам я имею право говорить о епископах только хорошее. А если бы и знал что плохое, то это осталось бы внутри Церкви.

Цель — дискредитация Церкви?

— Вы утверждаете, что сами невиновны. Одна из версий — что вас кто-то подставил. Что вашим именем покрывается реальное преступление. Готовы ли вы рассказать, кто и почему? Или эта версия в принципе неверна?

— Все версии были мной озвучены в интервью ТК Россия 2, которое до сих пор не вышло в эфир по непонятным мне причинам. Говорить конкретно, кто меня подставил, я не могу по этическим соображениям, могу лишь предполагать, что на меня пытаются списать чужие преступления, вовлекая в мою личную трагедию ни в чем не повинных детей. Могу также заметить, что в тех «злополучных» сменах, которые представлены в СМИ как факты преступления, действительно были конфликтные ситуации с родителями и случаи неадекватного поведения некоторых детей.

Есть версия и того, что моя социальная активность и моя принципиальная негативная позиция в отношении пропаганды гомосексуализма и педофилии и ювенальных технологий кому-то явно мешала, меня просто решили «убрать». Зачем нужен такой активный священник? Он может испортить планы по развращению «института семьи», в поддержку которого я всегда выступал.

Боюсь, что кроме этого есть более могущественные интересанты по дискредитации самой Церкви в сфере общественного служения, которые могут использовать любые средства, в том числе и подкуп «заявителей». Угроза со стороны одного из родителей поступила в мой адрес в августе, и в этом же месяце начались следственные действия.

Почему они не начались в конце июня — начале июля, когда закончился лагерь? Такое ощущение, что всё тщательно планировалось и ждало команды.

Обратите внимание на тот факт, что оба лагеря связаны были между собой некоторыми детьми и организаторами, которые так или иначе были знакомы. Мало того, никаких конфликтных ситуаций на протяжении тринадцати лет в мой социальной деятельности не возникало, а тут совпадение — в разных лагерях сразу два конфликта за два месяца. Девочка из смены 2011 года почему-то тоже написала заявление — при том, что это обвинение явно ложное: оно опровергнуто моим отсутствием в её смену. Есть тому доказательства.

Естественно, эту девочку я простил, равно как и родителей, но у меня опять вопрос: это дело фабриковалось по слухам и к нему начали подключаться все те, кто имел свою собственную неприязнь к моей личности, или всё же девочки действовали по указке родителей, которые решали свои личные вопросы? Если второй вариант, то он крайне жесток и маловероятен. И если оперуполномоченные так рьяно выбивали показания из других родителей, то почему это делалось с нарушениями? Кто за этим стоит? А главное, кто за это будет отвечать? На оперуполномоченную Шалимову С. написана была жалоба в Прокуратуру. На жалобу пришёл ответ: «Отсутствует состав преступления». Вот и всё.

По некоторой имеющейся информации дело возбудили сначала 27 сентября, но узнав о моей командировке, перепечатали на 20 сентября. Конечно, доказать сейчас это крайне сложно, но если этот вопрос важен для совести знающего человека, то он сможет подтвердить этот факт.

Возникает вопрос, кому я так неугоден и кому я так насолил? А может быть, не только я, может, само вмешательство Церкви в общественную жизнь российского общества кому-то мешает? Обратите внимание, что те случаи, которые представлены в СМИ как «материалы дела», хронологически и логически не связаны друг с другом, более того, никаких жалоб в отношении меня не поступало в епархиальное управление, а ведь это первая инстанция, которая должна была бы отвечать за «нерадивого священника».

Очернить можно любого

— А известны ли Вам реальные случаи педофилии в православной среде, среди знакомых Вам клириков?

— Ни одного такого случая мне не известно. А вот про католических священников слышал и, к моему сожалению, я абсолютно доверился СМИ, злорадствовал и осуждал «маньяков в рясах». А теперь я сам оказался «под ударом», когда обвинили в том же и меня, я пережил настоящий шок, потрясение, и понял, что очернить можно любого человека, священника, который трудится в сфере воспитания детей.

Морально-нравственные устои современного общества таковы, что с одной стороны всячески защищают права взрослых и детей на любой «грех», а с другой готовы репрессировать любого, кто эти права нарушил, при этом превращают именно детей в манипуляторов, которые могут «посадить» в тюрьму даже своих родителей. СМИ, в данном случае, пропагандирует именно то, что вызывает у людей реакцию, причем негативную реакцию — редко кто пишет о священниках, которые усыновляют сирот, помогают бездомным, дают приют несовершеннолетним матерям, а вот «поп-педофил» — это круто, «священник на Бентли» — это тема!

Я верю, что правда восторжествует, даже если мне придется, ждать этого много лет, как мой дед, который был расстрелян, а затем реабилитирован посмертно! Я не боюсь этого, но я боюсь, что в умах простых людей, благодаря всей этой компании в СМИ, останется негативная память — «Грозовский? А, это тот, который детей развращал?». Может, это и есть главная цель всего этого дела?

Недавно оправдали известного пластического хирурга Тапия-Фернандес, который отсидел в СИЗО почти два года, сегодня освободили Илью Фарбера, который тоже просто так пробыл часть своей жизни на нарах. Представляете, сколько еще будет таких случаев? А сколько детей получат психологические травмы из-за бездушности судебной машины и четвертой власти?

Воспитывать детей опасно

Морально-нравственное разложение общества не оставило в стороне и самих детей, которые «взрослеют» не по годам и иногда вместо детских игр, придумывают себе игру во взрослых. Но они в этом невиновны — виновны взрослые.

В течение своего социального служения я старался исправить эти ошибки взрослых, поэтому выбрал для себя работу с детьми, более того, взял на воспитание двух сирот, еще троих мальчишек я приютил, когда моему сыночку был годик.

— Вы много работали с детьми, а есть ли у вас педагогическое образование?

— Да, у меня есть педагогическое образование.

— Проходили ли Вы для этого какие-то тренинги, психологическую подготовку? Или действуете по наитию?

— Изучал психологию в двух ВУЗах. Проходил обучение на курсах социальной профилактики распространения ВИЧ-инфекции на Кипре и в Москве.

— И как Вы теперь оцениваете, нужно ли это и помогло бы уберечь вас от этого дела?

— Я полагаю, что главная причина возникновения «моего дела» — желание свести на «нет» участие Церкви в социальной общественной работе, мол, Церковь не должна воспитывать детей, не должна вторгаться туда, где со времен революции вотчина государства.

Выходит, что Церковь обязана помогать людям, но в каких-то пределах, потом нужно всем церковникам зарубить себе на носу, что «от добра добра не ищут».

Сегодня воспитывать детей — самое опасное предприятие для вас, ибо это прерогатива наша, государственная. Какой-то асоциальный парадокс получается: мать, убившая своего ребенка в утробе, невиновна, убившая после рождения — получает 5 лет и выходит по УДО, а священник, который по-отечески обнял ребенка и поцеловал, может получить все 20?

После этой истории у многих священников, которые работают в сфере социального служения, окончательно пропадет желание работать с детьми. Да и раньше трудно было «уговорить» священника на такое служение, а теперь — тем более… Психологическая травма, нанесенная мне лично, останется болью в моем сердце, но тотальный вред всей Церкви очевиден!

Напомню сам себе апостольскую фразу, которую можно применить в отношении нашего разговора: «Итак, смотрите, поступайте осторожно, не как неразумные, но как мудрые» (Еф.5:15). Как я должен был поступить, отказаться от своего служения и призвания, или все же не жалеть о том, что мне приходится теперь пережить?

Беседовала Мария Сеньчукова

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Презумпция виновности Грозовского

Повзрослели гипотетические жертвы, теперь они несут юридическую ответственность за озвученную ложь

Израиль может депортировать священника Глеба Грозовского

Поводом для депортации отца Глеба может стать отсутствие легальных оснований дальнейшего его пребывания в Израиле