В формате выставки

|

О том, как не стоит зарабатывать деньги на строительство и содержание храма, рассуждает протоиерей Андрей Ефанов.

Вчера довелось мне посетить один храм. Наверное, практически в каждом крупном городе есть такие — успешные, сияющие золотом, всем своим видом свидетельствующие, что православие возрождается и не собирается уступать многоразличным сектам с их утилитарными молитвенными зданиями. Серьезно, основательно, «кондово». Захотелось зайти и посмотреть.

Результат ввел в состояние глубокой задумчивости. Неужели это единственный способ построить в городе храм — открыть некое подобие постоянно действующей «православной выставки», предлагая посетителям широкий прайс услуг и разнообразный ассортимент товаров? Но даже если это и так, то и в таком случае должна, мне кажется, соблюдаться мера.

Впечатление первое: продуктовая лавка. Вообще-то на дворе Успенский пост. Странно как-то с амвона говорить о посте и воздержании, а в лавке торговать сметаной и сыром. Конечно, пост разрешен по здоровью не всем, но о том, что в дни поста не принято есть молочную пищу, можно было бы и написать, иначе это выглядит несколько странно.

Впечатление второе: цены на требы. Как ни называй прайс на религиозные услуги, хоть пожертвованием, хоть ценой, но фиксированная такса таковой и остается. И неважно, высока сумма «обязательного добровольного пожертвования» за молитву или нет — сама цена за «религиозные услуги» патологична. Об этом говорил почивший Святейший, об этом говорит Патриарх Кирилл. Но непробиваемые отцы не могут никак отказаться от ставок за свою молитву, не понимая, что этим они множат ряды недовольных Церковью.

Если условием молитвы служит фиксированная сумма пожертвования, то человек психологически прибегает к данной услуге только по нужде, пускай и регулярной. Желания просто попросить о молитве священника не возникает. Ведь нам в плоть и кровь вбивают эту самую пресловутую «сумму пожертвования». Интересно, если священник в нужде попросит помолиться о себе своих прихожан, он тоже станет платить братьям и сестрам за эту их молитву? Или же иконостас — это полупроводниковый диод: денежный поток пропускается лишь в одну сторону?

Рядом со столиком для написания записок лежат листовки про «научно доказанную» телегонию. Борьба за нравственность таким способом разрушает уже образовавшиеся семьи и заглушает в зародыше перспективу новых браков. Но это не останавливает борцов за «чистоту породы» православных христиан. Видимо, в глазах настоятеля его прихожане не столько граждане Царства Небесного, сколько борзые, арабские скакуны и декоративные кролики. И таинства Церкви уже не помогут, совершенный в неведении грех навсегда лишает девушку возможности создать христианскую семью. «Тогда зачем и стараться?» — подскажет некто слева и увлечет человека в бездну погибели.

Впечатление третье: иконная лавка. Десятки икон конца XIX — начала XX века. Немного реставрированные. Одна надежда — добрый настоятель выкупил эти иконы в антикварном магазине и продает своим прихожанам. Но лучше бы он об этом написал на витрине, потому как посетителям «православных выставок» известна ситуация, когда в павильоне продаются старинные иконы, а рядом стоит монахиня и собирает средства на приобретение для храма старинных икон. Много мне приходилось слышать о двусмысленности подобного соседства.

До сих пор в храмы приносят старинные иконы. Несут дети и внуки почивших, им они не понадобились. И продажа в том же храме подобных икон без пояснения порождает кривотолки. А ведь этого можно избежать!

Впечатление последнее: книжная лавка. Одно бесспорно — лавка богатая, и среди сомнительной литературы немало хороших книг. Но не святоотеческая литература бросается в глаза, не роскошные молитвословы, а книги Воробьевского и Грачевой, стоящие в разделе «Православие и современность».

Неужели так необходимо запугивать своих прихожан недостоверной и неоднозначной информацией? Или эта полка — выражение гражданской позиции настоятеля? Однако уместно ли в храме выставлять в свободную продажу книги, отражающие определенную политическую позицию? Ведь большинство прихожан относятся к книгам, приобретенным в храме, как к религиозной литературе, чаще всего не оценивая прочитанное с критической позиции. Религиозной литературой творения вышеозначенных авторов, конечно, не являются. Тогда зачем навязывать свое видение геополитических проблем всем безоговорочно? Это ведь сродни политической проповеди с амвона.

Ну до боли все это напоминает выставку-ярмарку где-нибудь на ВВЦ. Из посетителей лавки воцерковленных, по виду, примерно половина, то есть сопоставимо с посетителями выставок. Ну и атмосфера, субъективно, конечно, соответствующая. Поэтому хотелось бы вспомнить Требования к организаторам и участникам православных выставочных мероприятий Русской Православной Церкви.

Требования к экспонатам, продукции и услугам:

  • На фасаде стенда запрещается вывешивать список совершаемых треб с указанием их стоимости. Размещение списка без стоимости допускается только на столике стенда
  • Распространение печатных, аудио-, видео- и мультимедийных изданий православного содержания допускается при наличии грифа Издательского Совета Русской Православной Церкви.
  • Во время православных постов на выставках запрещается реализация скоромной продукции.

Да, строго говоря, приход — это не выставка-ярмарка. Не для всех прихожан обязателен пост, допускается продажа литературы, изданной до введения обязательного грифования книг Издательским Советом, но одно дело — маленький приход «для своих», где священник знает каждого прихожанина и может лично дать совет, что ему полезно читать и допустимо есть. Совсем другое — лавка возле храма, где примерно половина посетителей — «захожане», которые, столкнувшись с таким вот православием, может быть, уйдут из храма навсегда.

Ведь им даже не с кем разрешить свои недоумения! Священник не дежурит в лавке, он в храме, до которого надо пройти еще примерно 50 метров. Но каждый ли одолеет этот путь? Ведь, кроме демонов, на его пути возникли препятствия в виде цен на требы, сомнительная литература и скоромное в пост.

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Карельское чудо. Спасо-Преображенский храм (видео)

Все росписи в церкви создал один человек, затратив на это два года

Куда идет приход

Приход – это «табор, идущий в небо». А его главная путевая карта – Евангелие

Игумен Силуан (Николаев): Молиться в бывший магазин идут все

Однажды мы не могли попасть на богослужение – жильцы дома испортили замок