Выборность духовенства: идеал или утопия?

|
Я много раз слышал о том, что лучшим средством для решения нынешних церковных проблем стала бы выборность духовенства. Даже не буду перечислять всех возможных выгод такого положения дел, они достаточно очевидны: священник для общины, епископ для епархии будут не временными назначенцами, а своими, родными, они будут прекрасно знать всех людей и все проблемы, они будут относиться к месту своего служения как к постоянному… Идеальная картинка, не правда ли? Или все же утопичная?

Чтобы устроить выборы, прежде всего нужны, избиратели. Есть ли они? Давайте посмотрим на структуру обычного российского прихода в большом городе.

Андрей Десницкий

Вот клирики, с ними все понятно. Вот десяток-другой штатных сотрудников, спонсоров и самых активных прихожан, которые в храме бывают почти каждый день и знают все внутренние проблемы.

Вот сотня-другая прихожан постоянных, которые бывают на службе несколько раз в месяц, но с «кухней» (в прямом и переносном смысле) знакомы намного хуже.

Вот пара тысяч людей, которые заходят эпизодически и в принципе не интересуются приходской жизнью. А вот и весь микрорайон, десять-двадцать тысяч человек, из которых большинство называет себя православными и святит яйца на Пасху, обычно именно в этом храме. Вроде все не посторонние…

Кто же будет выбирать нового священника? Где именно провести границу между теми, кто действительно принадлежит к приходу, и его почти случайными гостями?

Ведь если выборы – то и возможность альтернативы. А что если некий кандидат приведет на собрание толпу родных и знакомых, которые обеспечат ему избрание, а потом растворятся в воздухе? Или этот кандидат окажется ловким демагогом, который убедит собравшихся в собственной незаменимости, в отличие от скромного и честного кандидата, который не сможет произнести зажигательных речей?

Иными словами, прежде всякой выборности должно возникнуть постоянное членство в приходе – как, собственно, и требует типовой устав, принятый Собором 1917–18 года. Прекрасный собор и прекрасный устав… для России начала двадцатого века, страны аграрной, где подавляющее большинство выезжало из своей деревни, своего городка в лучшем случае раз в год, где все всех знали лично и ежедневно встречались если не в церкви, так на базаре. В таких условиях совсем нетрудно было односельчанам разобраться, кто из них достоин быть попом, а кто дьяконом.

И все же не будем идеализировать дореволюционную Россию. Когда в том самом боевом 18-м году пришли в эти самые села и уездные города никому не знакомые агитаторы в буденовках и с маузерами, последнее слово осталось за ними. Почему – отдельный разговор, сейчас мы не о том.

Но как провести границы между приходами сегодня, когда один и тот же человек может ходить в несколько храмов: рядом с домом, с работой, с дачей, а еще где любимый батюшка, или хороший хор, или чудотворная икона? Когда люди постоянно переезжают и меняют место работы? Когда самая благочестивая бабушка может не появляться в родном приходе с мая по сентябрь просто потому, что эти месяцы она безвылазно сидит на даче с внучатами? Когда зачастую не здороваются соседи по лестничной клетке, а соседи по подъезду и вовсе не знают друг друга в лицо?

Сегодняшнее российское общество на редкость атомизировано, в нем исключительно слабы горизонтальные связи, и православных это касается в точно той же мере. Вместо них – связи вертикальные.

Обратите внимание на те относительно редкие случаи, где действительно есть общинность: как правило, это один сильный духовный лидер и круг его духовных детей. Если он уходит из активной жизни, круг, как правило, немедленно распадается. Приведу только один пример: Православное содружество малых братств, как бы кто к нему ни относился, немыслимо без своего лидера отца Георгия Кочеткова, не только своего создателя, но и неизменного руководителя.

То есть первичен в нашей ситуации почти всегда священник, руководитель, наставник. Строятся в Москве пресловутые двести храмов: это что же, у нас есть двести общин без своего помещения? Нет, конечно. Ситуация ровно противоположная: сверху, от властей церковных и светских, спущена разнарядка на строительство храмов. В каждый готовый храм, разумеется, поставят одного или нескольких священников, вокруг них возникнут новые приходы. Если бы мы решили, что этих священников нужно выбрать – из числа кого бы их выбирали? Кто был бы выборщиком?

Неизбежна ли такая ситуация для православного прихода? Вовсе нет. Контрпримером служат приходы разных юрисдикций в неправославных странах: здесь в храм приходят люди неслучайные, только те, кому это действительно нужно. К тому же такой храм зачастую становится центром русской (украинской, молдавской, сербской, грузинской) культурной жизни, здесь почти все почти всех знают, здесь в отсутствие богатых спонсоров и государственных программ сами прихожане скидываются на ремонт крыши или на аренду здания, сами платят своим священникам зарплату и вовсе не безразличны к тому, как расходуются их средства. Не в деньгах, конечно, дело, точнее, не только в них, но деньги помогают проще понять, как это работает.

Мы привычно объясняем своим детям, что права всегда бывают связаны с обязанностями, а свобода – с ответственностью. То же самое касается и детей духовных.

Выбирать себе настоятеля может только тот приход, который сам себя содержит, который ощущает полную ответственность за всё, что в нем происходит.

Что проще: (а) прийти в храм на исповедь и причастие к какому-то совершенно постороннему батюшке и внести «рекомендуемую сумму пожертвования» за свечку и водосвятный молебен, а потом пойти восвояси без забот и печали, или (б) долго и упорно искать средства на ремонт, на оплату коммунальных услуг, на зарплату вот этому Ване, а теперь отцу Ивану, которого ты двадцать лет знаешь как облупленного, а он – тебя, с которым сто раз ссорились и сто раз мирились, и еще самому петь на клиросе, и даже пол оттирать от свечных пятен на другой день после Пасхи? Второе – настоящее, так семьи живут. Но первое – неизмеримо проще.

Избирать можно невесту или жениха, а вот платные услуги мы получаем у профессионалов. Нас не очень волнует, как зовут мастера в автосервисе и откуда он там взялся, лишь бы сервис был проверенный, желательно авторизованный, да еще не слишком дорогой. Иван он или Петр – дело десятое, главное, что ТО сделают в срок, с использованием качественных расходных материалов и за заранее оговоренную цену, не выше средней по рынку.

Именно такое отношение к церкви, полагаю, характерно для большинства тех, кто сегодня называет себя в России православными. Нет, разумеется, есть много, очень много исключений, но тренд именно такой. И образ гламурного, успешного, совсем необременительного православия, который сегодня транслируется по множеству каналов во множестве форм, обращен именно к такой аудитории.

Может ли этот тренд измениться? Может в условиях гонений или хотя бы полного государственного безразличия к православию: если оно перестанет быть выгодным и почетным, если станет неудобным и подозрительным в глазах человека при должности (старшее поколение отлично помнит), многое будет переоценено. Возможен ли, вероятен ли такой сценарий? Хотим ли мы этого? Отдельные вопросы.

Общественно-политические процессы последних нескольких лет, полагаю, ясно показали гражданам нашей страны, что формальная процедура выборов мало что значат в стране, где отсутствуют многие элементы гражданского общества, где слабы горизонтальные связи, где слишком мало людей, готовых брать на себя личную ответственность и проявлять активность не по команде сверху.

Церковь – часть общества. Полагаю, что в нынешних условиях выборность духовенства – утопия. Но никакие земные условия не вечны, и мы вполне можем работать над их изменением, чтобы приблизиться к выборности духовенства и епископата как к долгожданному идеалу.


Читайте также:

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
Игумен Силуан (Николаев): Молиться в бывший магазин идут все

Однажды мы не могли попасть на богослужение – жильцы дома испортили замок

Реорганизация прихода: личное членство, выборность духовенства и церковная десятина

У нас в церковной жизни много недостатков, но порождаются они, как правило, нашими же страстями

Выборность духовенства, или Есть ли в Церкви демократия?

Выборность духовенства – реальность или нечто невозможное?