В церкви пандемия ворвалась так же стремительно, как в офисы, школы и больницы. И за несколько недель священники и прихожане, кто-то легко, а кто-то с сомнением, но сумели перестроиться. Присутствие в храме и личное общение верующие заменили на подключение к онлайн-трансляции служб и переписку в вотсапе. Быстрее всех адаптировались молодые люди: приходские клубы устроились в Zoom и предложили новый формат общения и даже молитвы старшим.

Стоит ли тут говорить о новом миссионерстве, проще ли найти отклик через сообщения в чате, а не через проповедь в храме? «Правмир» поговорил об этом с организаторами онлайн-мероприятий для молодежи и подростков.

Онлайн стал более простой точкой входа

Ведущие молодежного клуба при Феодоровском соборе в Санкт-Петербурге создали проект «Молитвенный завтрак» еще до массовых онлайн-трансляций служб и общения прихожан в вотсапе. Алтарник Феодоровского собора, по профессии графический дизайнер, Петр Бабурин рассказал о том, что дают ежедневные встречи онлайн — и прихожанам, и ему самому.

Петр Бабурин

— За неделю до карантина мы встречались с друзьями, молились вместе, и я совершенно четко будто услышал два слова: «Молитвенный завтрак». Тогда я не понял, что это и к чему. Когда спустя несколько дней объявили о карантине, я сразу осознал: «Значит, прямо сейчас и время их делать». Параллельно мы с координаторами молодежного клуба совещались, как действовать в новой ситуации, и я сказал: «Мое предложение — проводить молитвенные завтраки», — вспоминает Петр.

Это совместная молитва в режиме онлайн. Ежедневно его участники читают Евангелие от Иоанна. Как отмечает Петр, наибольшую пользу человек получит, если будет двигаться вместе с группой. География проекта сейчас такая: Санкт-Петербург, Москва, Томск, Абакан и… Шри-Ланка.

— Встреча занимает полтора часа: с 8:30 до 10:00. Есть три основных части: вводная, сама молитва и обратная связь, — объясняет ведущий молодежного клуба. — Первые 15 минут я объясняю, как именно мы будем молиться, что это такое. Дальше на полчаса мы расходимся с предложенным евангельским текстом для самостоятельной молитвы. И после снова собираемся, объединяемся в две-три подгруппы, в которых каждый отвечает на вопрос: «Что для меня было самое главное в сегодняшней молитве?» А кто-то, может быть, расскажет об общем впечатлении, настроении, эмоциях. Мы делимся в небольшой группе (встреча проходит в зуме, и там есть возможность разделяться на «комнаты»), это важно для доверительной атмосферы.

Организаторы проводят «молитвенный завтрак» с 8:30 до 10:00. Петр отмечает, что кто-то может себе позволить присоединиться, когда нет работы. Например, среди участников есть учитель, иногда утром у него уроки и он не может молиться со всеми.

Мы сидим в домах с затворенными дверями, а Христос к нам приходит и говорит: «Мир вам!»
Подробнее

Я стараюсь строго следить за временем, чтобы не выскакивать за полтора часа. Это максимальный лимит, который человек может себе позволить быть в сосредоточенности. Если будет дольше, есть вероятность, что люди будут «отваливаться», а мероприятие все-таки изначально рассчитано на чтение с продолжением, — говорит Петр Бабурин.

Завтраки проходят шесть дней в неделю. Воскресенье организаторы пропускают — для возможности участия онлайн в церковных мероприятиях тех приходов, к которым относятся участники. По субботам — обзор недели: участники возвращаются к своим записям, смотрят, что за эту неделю было самым важным. И перечитывают еще раз текст, который больше всего отозвался.

Сам он считает, что одинаково удобны встречи и офлайн, и онлайн. Как графическому дизайнеру и редактору Петру привычно участвовать в онлайн-сессиях. Что касается других участников, то большинство склоняется к тому, что офлайн лучше — живую встречу ничем не заменишь. Но есть и обратная сторона — к молитвенному завтраку могут присоединиться люди из других городов, которые в обычных условиях не имеют возможности доехать до конкретного места, чтобы физически присутствовать.

— Многие ребята из Москвы, например, говорили, что были в Федоровском соборе в таком-то году, потом в силу обстоятельств уехали, и как же здорово, что сейчас можно присоединиться, — рассказывает он. — Раньше молодежь в нашем клубе встречалась еженедельно, и последний год это была одна группа в 12 человек. Сейчас мы встречаемся ежедневно, и сегодня у нас было три группы по 12 человек. Онлайн стал более простой точкой входа.

Петр называет минусы: нужно предупредить домашних, чтобы не отвлекали и не трогали в эти полтора часа. Особенно во время персональной молитвы. Организаторы просят участников в это время выключать уведомления на телефоне, на компьютере.

Как изменится Церковь после карантина

— Думаю, что для Церкви ситуация с карантином — большое благословение, — рассуждает Петр Бабурин. — Не секрет, что в Русской Православной Церкви есть большая необходимость внутреннего миссионерства. Много людей, кто формально церковен, но вообще не понимает, что это значит. Есть большая необходимость проводить катехизацию, оглашение, работать со Священным Писанием, популяризировать его чтение.

Петр отмечает, что многие сталкиваются с проблемой: один раз открывают Евангелие самостоятельно, читают, ничего не понимают. И просто откладывают в сторону. Эта задача актуальна с 90-х годов и до сих пор: необходимо людям объяснять и помогать.

Фото из группы молодежи Феодоровского собора Вконтакте

— Сейчас на ютубе огромное количество лекций батюшек и профессоров, но гораздо важнее дать людям возможность понять, что не обязательно ждать, когда умный дядя все разжует и в рот положит. Можно самостоятельно изучать Слово Божие и даже что-то понимать там самому, — заключает он.

Петр Бабурин видит свою задачу в том, чтобы работать со стереотипами, развеивать мифы, мотивировать самостоятельно изучать Священное Писание — ежедневно или хотя бы еженедельно.

Исповедь онлайн и жизнь прихода в самоизоляцию. Как пандемия изменила жизнь Церкви
Подробнее

— Сложно предсказать, что будет дальше. Все немного посидят на карантине и разойдутся по своим делам — или дальше все будет только хуже? Но я уверен, что после окончания всего этого человечество осознает, что индустриальная эпоха закончилась и мы перешли в век информационных технологий. Многие работодатели пересмотрят модели своего бизнеса и поймут, что половина их штата в офисах занимались ничем. Осознают, что если работать онлайн, можно сократить существенные издержки. И большинство останется в онлайне, — считает он.

Эта же ситуация коснется верующих, полагает Петр. 

— То, что сейчас происходит, уникально: я могу проявить любовь к ближнему через то, что не иду в храм. Получается интересная коллизия веры. С одной стороны, меня учили, что важно как можно чаще и больше ходить в церковь. А теперь внезапно я оказываюсь в ситуации, когда моим проявлением любви к ближнему будет решение не ходить в храм.

Это заставляет верующих подумать: а в чем суть моей веры?

Действительно ли мне от Иисуса нужно только Его Тело? Или что-то, может быть, еще? В чем заключается моя духовная жизнь? Только ли в хождении на литургию?

Петр надеется, что верующие будут больше изучать Священное Писание. «Потому что в ситуации, когда мы не можем приобщаться к Его Телу, мы можем приобщаться к Его слову», — заключает он. 

А пока участники «молитвенных завтраков» говорят, что им крайне важно так встречаться утром, а не вечером — начинать свой день со Слова. И отмечают, что эти встречи помогают почувствовать, что они не одни.

— Все верующие признают, что неплохо было бы с утра помолиться. Но когда они сталкиваются с необходимостью самодисциплины, то проще всего нарушить какое-то обещание, которое дано только себе и Богу: вроде как меня никто за это не поругает. И, конечно, для многих важна возможность молиться вместе. Появляется мотивация вставать утром! Для меня самого это стало большой радостью, — рассказывает Петр. — После карантина мы будем такие встречи продолжать, без вариантов. Уже в первую неделю все сказали: «Да, хотим продолжать и пройти по всему Евангелию от Иоанна». Вот такие планы у нас.

«Когда все закончится, я побегу в храм и к друзьям»

Для нынешних подростков жизнь в режиме онлайн органична: там и общение, и знакомства, и тренды, и вся информация. Казалось бы, это лучшая и самая отзывчивая аудитория для онлайн-встреч. Наверное, по этой логике в середине апреля на стене паблика приходского подросткового клуба при московском храме свв. Космы и Дамиана (в Шубино) появилось объявление: «Мы решились на дерзкий эксперимент. В это воскресенье проведем встречу в зуме».

Евгения Курашвили

— При нашем храме давно существует приходской подростковый клуб. В рамках клуба мы проводим лагеря для подростков два раза в год и встречи по воскресеньям дважды в месяц. Сейчас, конечно, в храме никто не собирается, все сидят по домам. Раньше было место, куда можно прийти, а сейчас ничего нет. От этого тревожно. Идея онлайн-встречи, на самом деле, родилась из беспокойства за наших подростков: что они делают, как им вообще. Это же непросто — находиться все время в замкнутом пространстве, — рассказывает организатор Евгения Курашвили.

Она вспоминает, что сначала ведущие устроили встречу онлайн. И она их впечатлила.

— Было так здорово увидеться! Мы и поплакали, и посмеялись. И тогда решили наших подростков тоже собрать в зуме и узнать, как у кого дела. Обозначить, что мы есть, рассказать о наших планах, сказать, что молимся сами и других к этому призываем, — продолжает Евгения. 

На живых встречах после лагеря бывает и до 30 участников, в зуме было человек 12. Евгения отмечает, что проявляли все себя по-разному.

— Кто-то очень хотел быть на встрече. Бывало, ребята выпадали из зума и сразу писали в чат — как вернуться? А кто-то, наоборот, побыл часок и куда-то делся. Кто-то даже камеру не включал. Минусом стала связь: кого-то прекрасно было слышно, а кто-то вываливался постоянно, — рассказывает организатор. — Но было душевно. Мы даже песни попели все вместе. Один из ведущих играл, а мы микрофоны отключили, и каждый сам по себе пел. А песни — это как раз наше. Когда объявили, что конференция заканчивается, подростки стали страдать. И мы предложили им такую же конференцию самим создать. Они ее сразу же сделали, и там еще полчаса чем-то занимались, общались.

У лагерей и очных встреч храма специфическая атмосфера. Ведущие и участники ее чувствуют. Это помогло создать эффект присутствия.

— И когда все включилось, мы увидели тех же самых людей, и программа у нас примерно та же была по структуре, как мы делаем вживую. И помолились мы в конце, и интерактив был, ответы на вопросы — формат похожий. Получился эффект присутствия. Включилась в мозгу ассоциация с нашим лагерем, с клубом.

Когда все закончилось, я огляделась и подумала: «Я, оказывается, дома сижу», — объясняет Евгения Курашвили.

Как будут дальше проходить встречи — зависит от сил команды. Еще одна из них состоялась на Пасху, следующую планируют через две недели. Евгения надеется, что удастся собирать ребят онлайн два раза в месяц. «Мне лично этого очень не хватает. Я думаю, что все станет так же, как было до этого», — признается она.

— Карантин показывает, что можно больше делать онлайн, чем казалось раньше. Евангельские группы, молитвенные — все это возможно. Но мне кажется, что когда все закончится, я просто побегу со всеми срочно видеться, в храм, к друзьям. И радостно закрою этот онлайн! — говорит Евгения. — Эти онлайн-встречи — все-таки вынужденная мера, хотя и ценная. Лучше, чем ничего. Это про Бога, про поддержку нашей связи. И в этом смысле, конечно, надо их проводить. Пусть три человека придет, но для них это будет ценно. 

Материалы по теме
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.