В бывшем Министерстве образования и науки (сейчас ведомство поделено на два) предложили ввести обязательное тестирование для приемных семей. Психолог и приемная мама Елена Мачинская обьясняет, почему эта идея не поможет детям-сиротам.

Шок! Ученые скрывают правду! Существует гарантированный способ предотвращения возвратов детей в детские дома!

Десятки лет специалисты всех мастей бьются над снижением числа отказов опекунов от своих обязанностей, а также случаев жестокого обращения. Сейчас новая идея — тестировать всех кандидатов. Казалось бы — круто. Сейчас мы отличим психов от морально устойчивых, добрых от плохих, ресурсных от слабых, хилых от здоровых и гоп — возвратов не будет. Настанет рай и Божья благодать.

Но нет. Не работает. Товарищ Розенхан испортил эту «новую» идею еще в 1973 году, продемонстрировав миру в простом эксперименте, что ни один психиатр даже в условиях стационара не способен отличить здорового от больного. А мы, в нашем 2018 году тестами хотим отделить «потенциально больных» от «потенциально здоровых». Не туда время тратим, товарищи. Фарс и показуха о проделанной работе.

Но не стоит отчаиваться! Не вешать нос! Есть верный способ узнать, кто вернет, а кто — справится.  Дело за малым. Надо всего лишь изобрести машину времени и проверить, чего там как лет через 10. Все просто.

А теперь серьезно. Любой родитель может в определенный момент жизни не справиться. Любой. Даже вы, гражданка в белом. Даже если по тестам у вас все хорошо. Нервный срыв, тяжелая болезнь, муж начал изменять, ребенок заболел, депрессия, страх, отчаяние, близкий человек слег, беда с работой, давление окружающих, пинки от родных, отсутствие поддержки, и хоп — вы уже на дне.

И ни один тест не скажет, вот тогда, когда вы будете на дне, сможете ли выбраться или нет. Одни смогут. Даже те, которые теста не сдали. Сожмут зубы и как-то выбираются. А другие, которым по ресурсности «5», «сама психолог» и лучший студент на курсе ШПР — внезапно сливаются.

Да и вообще, что такое, этот «тест» и «комплексная оценка», давайте разберемся:

1. На какой такой тест в наше время нельзя найти «правильных» ответов в интернете?

2. Положим, вот маньяк. Он насилует старушек и кушает детей. Ну я утрирую, конечно. И вот он такой герой фильма ужасов приходит в ШПР и говорит — хочу, мол, ребенка. Выглядит этот псих вполне вменяемо (все маньяки в истории человечества внушали окружающим доверие).

А мы такие, счас, мол, товарищ, протестируем вас. А ну скажите нам быстро, как часто вы насилуете старушек? Мы вот тут что желаем услышать? «На завтрак, обед и ужин»? Или что? Зная о своих слабых сторонах, кто расскажет честно?

3. Ну не все же по тестам, еще и наблюдение и оценка. Тут вообще смешно. Субъективизм тестирующего куда деть? Одному психологу — моя юбка покажется короткой. Другому — слишком длинной. Нет среди психологов единого мнения, какая длинна юбки максимально указывает на ресурс родителя. Про юбку я образно. Ну вы понимаете, да?

Единственное, что может реально помочь предотвратить отказы — это поддержка и помощь. Реальная. Не на бумаге. Не с отчетом в опеку. Простая, человеческая забота, поддержка, понимание, сочувствие, участие.

Посидеть с ребенком раз в неделю, чтобы мама отдохнула. Подставить жилетку, чтобы всплакнула. Подать руку, чтобы не упала. Без оценок, тестов и отчетов — пожалеть и поддержать в трудную минуту. Стать другом. Без осуждения и укора. Быть рядом. Не давая советов, и не диктуя, как лучше воспитывать детей, оставляя за собой право вмешаться только тогда, когда есть угроза жизни и здоровью. Если в жизни каждого человека будет такая поддержка, глядишь, и бабушки останутся целы.

Источник — Фейсбук Елены Мачинской

Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.