Как спасали животных в затопленном Тулуне и с какими опасностями сталкивались спасатели, рассказывает старший кинолог иркутского питомника «К-9» Нурмухаммад Журабоев.

Укротить медведя, волка, льва, оставленного в городской квартире… и при этом остаться без царапины и не навредить животному, которое отступает перед уверенным в себе, думающим и милосердным укротителем. Именно эти качества нужны профессиональному кинологу, убежден Нурмухаммад Журабоев, кинолог иркутского питомника «К-9». Он может выполнить любую, самую страшную в понимании обычных людей, работу: не боясь, подойти к заливающейся лаем собаке любой, самой агрессивной породы. «Куда страшнее агрессия людская. Даже заглядывая человеку в глаза, не сразу поймешь, кто перед тобой, а вот собак, любых, самых агрессивных, я понимаю сразу», – говорит он.

Я вплавь добирался до животных

Наводнение в Тулуне сделало кинолога знаменитым на всю страну.

– Мы ехали из Иркутска в Усть-Кут выполнять контракт по отлову беспризорных животных, – рассказывает Нурмухаммад. – Перед Тулуном дорога уже была перекрыта, машину остановили. Спросили у инспектора, что случилось. Оказалось – наводнение.

Сразу позвонили нашему руководителю Вячеславу Владимировичу Славину. Он стал выяснять, насколько все серьезно. Потом перезвонил: «Обратно не возвращайтесь, спасайте животных!» И мы с ребятами – нас было трое – повернули в Тулун.

Через час на своей спецмашине, полностью оборудованной клетками, поводками и кормом, были на месте. Видели когда-нибудь затопленный город? Очень страшно. Волна была такой силы, что сносила все на своем пути. В бурном водном потоке плыли дома, вырванные стихией прямо с фундаментом. Вместе с ними плыли люди и животные. 

Нурмухаммад

Затопило больше четырех тысяч подворий. В это трудно поверить, но говорят, что в пик паводка уровень воды в реке Ия составлял 14 метров. 

У тулунского моста – он как раз и был частью федеральной трассы – образовался затор из снесенных домов. Я когда увидел это все, подумал, что Бог нас послал сюда. Мы месяц собирались в Усть-Кут и никак не получалось: то с машинами проблемы, то работы много. Вот, наконец, будто бы все сложилось, и тут такое.

Нашли сухое место, приткнулись и сразу начали работать. Решили первым делом спасать собак, которые сидели на цепи. Вода поднималась стремительно, хозяева покидали свои дома в спешке. Потом расспрашивали людей: кого-то не было дома, кто-то не успел отвязать, кто-то просто забыл, так испугался или собака находилась в таком месте, что уже не могли подойти к ней. Не смогли справиться с ситуацией старые люди и дети, оказавшиеся одни. 

Первый день был самым тяжелым. Лодки у нас не было, и я вплавь добирался до животных.

Иногда 100-200 метров приходилось плыть. Вода холодная, ветер. Только в воду зашел, сразу замерз, началась сильная дрожь, так с ней и прожил до утра.

Всего в тот день сняли с цепи и отвезли на сушу примерно 20 собак. В двенадцать часов ночи вытащили последнюю. Не сразу поняли, что ночь пришла, пока друг друга в темноте совсем не перестали различать.

Позвонили руководителю, сказали, что нужна помощь: люди и лодки. Он всех работников питомника поднял, взяли «бардем» (БРДМ – бронированная разведывательно-дозорная машина, машина-амфибия) и лодку, и уже на следующий день они были с нами. «Бардем», кстати, очень нас выручал. Где неглубоко – машина колесами шла, где вода свыше двух метров – плыла. На нем доставляли на сушу большинство спасенных собак.

На бронемашине

С чердаков торчали собачьи морды

На второй день проснулись примерно в 4 утра, вода дошла до мест, где накануне вечером еще было сухо. Мы тоже оказались в этой зоне. Обратной дороги не было, кругом вода. Что делать в такой ситуации, не понимали. Потом, правда, нашли путь через село Гадалей и сообщили нашим, чтобы они через него заезжали. Дорогу, по которой въехали мы, закрыли.

Когда вокруг огромная водная гладь и серьезное течение, спасать животных нужно на моторной лодке. У нас ее, конечно, не было. Поэтому работать начали тут же, где ночевали, в той деревне, которую затопило за ночь. Здесь течения не было, просто стояла вода. Где-то до крыши, где-то до дверей были затоплены дома. По ушедшим под воду улицам я снова передвигался вплавь. С чердаков торчали собачьи морды, на некоторых крышах сидели сразу по несколько животных. Кошки на дереве собрались.

Смотрю, два пацана вышли на дорогу и у них лодка. Лодка старая, дно у нее продавленное, видно даже издалека. Лопаты вместо весел взяли. «Ребята, – говорю, – дайте лодку, собак спасать буду. Приедет наш “бардем” военный, я вас на нем покатаю». По глазам вижу, не хотят давать. Я опять: «Возьму с собой и весь день вместе ездить будем». Согласились: «Берите, дяденька, но только на час».

Я обрадовался. За час на лодке, пусть и такой, сделать можно больше, да и работается легче.

– Испуганные, наверное, животные?

– Испуганные и слабые. Возле одного дома подобрали кошку. Маленькая такая, сидит на верхушке дерева, замерзла, съежилась. Так и сняли ее комочком, даже когти не показала. Прижал ее к себе. Пока плыли, она согрелась. Отпустили ее потом на большой земле. 

Очень холодно было в городе после дождей. Два-три часа походишь, и плохо становится. Верите?

Я пошел поискать резиновую одежду. На стойке, в месте, где работали спасатели, висело много, но ее не дали. Мол, свободна временно, сейчас снова в дело пойдет. Так я и ушел ни с чем, свое состояние дурное пришлось отложить.

– Но как-то же вы согревались? Растирались спиртом, принимали внутрь, приседали или, может быть, чай был?

Днем в теплую погоду я на асфальт садился и таким образом согревался. Потом, когда ребята приехали, появилась возможность одежду менять. Чай я только на третьи сутки увидел. Заночевали в пункте размещения пострадавших, а наутро нам принесли чай. В первый день даже хлеба найти не могли. Когда выезжали из Иркутска, взяли десять литров обычной воды для питья. Думали, если не хватит, будем покупать по мере необходимости. Ребята наши тоже приехали пустыми, торопились. Никто даже не предполагал, что ситуация может быть такой.

На второй день я поранился – сильно разрезал ногу. По воде ходили в летних босоножках, а вы представляете, что там в воде? Гвозди, рваное железо, стекло. Потом трое суток еще с этой раной ходил. К врачу нужно идти на большую землю, а время на вес золота, приходилось самим себя лечить.

В тот день собирали собак из домов, сбившихся возле моста. Малейшее движение воды, дом «уйдет» или развалится, животное погибнет. Сила серьезная, когда один дом давит на другой. 

– А по какому принципу вы животных искали?

– Принцип один — проверять каждый дом. В некоторые по нескольку раз возвращались, и представляете, были случаи, когда находили. 

Как-то идем вдоль забора, слышим, собака плачет. Тонкий голосок, едва уловимый. Прислушались, тишина. Стали искать, откуда голос. Я поднялся на крышу одного из домов, осмотрелся – дровяник разрушенный. Рухнул под напором стихии и придавил собаку. Животное находилось под досками в воде, торчала одна голова. Когда она снова заплакала, я ее увидел. Подошел, убрал доски, достал, погрузил в лодку. Сразу оказали первую помощь. Совсем плохая была, думали – не выживет. А сейчас здесь, в питомнике, здоровый пес стал, вернулся к жизни.

– С утра до вечера в воде, никто не заболел?

– Тогда ничего не чувствовал, а сейчас есть. Видимо, застудил все-таки организм, спина болит, поворачиваться трудно.

Люди приходили, искали своих питомцев

На третий день снова в воду. Но работать стало легче. Появились лодки, спасательные жилеты, сапоги. Приехали наши девчонки, привезли полевую кухню, кашу стали раздавать, открыли пункт размещения подобранных животных. Повесили большой плакат: «Кто потерял свою собаку, приходите, забирайте». Всех спасенных животных рассадили по клеткам. Люди приходили, заглядывали в них, искали своих питомцев. Некоторые просто забегали обнять: «Жилья пока нет, пусть у вас поживет. Заберем обязательно!» Таких животных сразу в журнале отмечали.

А те, кому удалось у родственников приют найти, собак забирали сразу. Плакали порой очень: собака – единственное, что осталось из прежней жизни.

В этот день к нам подключились сотрудники МЧС. Приехали и попросили помощи кинолога. В домах, которые прибило к мосту, насчитали больше двух десятков животных. Справиться мог только специалист. Нужен опыт, чтобы ловить собак. Испуганные и недоверчивые одновременно. Они боятся людей, убегают, когда к ним подходишь, хотя помощи ждут. Такова их природа.

– Кусали кого-нибудь?

– У меня опыт большой, я с ними общаюсь очень аккуратно, а ребят кусали. Прыгал с крыши на крышу коллега, доска под ногой сломалась, он провалился и упал в воду. Собака испугалась и схватила его за руку.

Еще были укусы, когда доставали их из-под крыши. Тяжело. Крышу люди утепляли, под ней обивка, шлак. Некоторые собаки умудрялись залезть под обивку, и их нужно было оттуда добывать. Тянешь, а они морду к тебе поворачивают и схватить норовят.

Наверное, это был самый длинный и самый «урожайный» день. Собак грузили на лодки МЧС, сотрудники возили их на берег. Смотрите, фотография. Это последний рейс: 5 собак сидит на лодке, из них два кавказца.

Одна собака провела на крыше десять дней. Воды уже чуть-чуть, ходить можно, а она сидит на цепи и никто про нее не знает. Голодный, злющий пес, подойти невозможно, продолжает охранять дом. Я надел железную чашку на руку, чтобы он кинулся и не схватил. Получилось. Накинули поводок и увели.

– Забрали собаку хозяева?

– Забрали! Большинство собак вернулись к хозяевам. Люди догоняли нашу машину на полпути уже по дороге в Иркутск (400 километров от Тулуна до Иркутска) и забирали своих питомцев. Некоторые обещали забрать попозже, а для кого-то хозяина придется искать снова. Цель питомника – пристроить собаку, а не содержать ее.

Спасенные собаки

– Получается?

– Получается. Волонтеры очень помогают. Вообще дело пошло намного быстрее, когда появились волонтеры. В социальных сетях организовали группы. Люди присылали адреса, где находятся животные, и мы по ним ездили вместе с волонтерами, которых с каждым днем становилось все больше. Работали с утра до позднего вечера, а люди все шли и шли: «Помогите, пожалуйста!» – просили. Как не помочь?

А еще очень здорово поддерживали обычные люди, писали. Вот, смотрите: «Молодцы!», «Вы – настоящие мужчины», «Вы – герои!», «Вы – супер!», «Вами гордится полмира!», «Спасибо большое и поклон!», «Храни вас Бог!» Подобные записи в инстаграме, в фейсбуке. Поддерживала вся Россия. Когда такое читаешь, крылья вырастают за спиной. Как угадали мои мысли, вот и плакат сделали.

Мы прыгали по верхушкам строений, не думая, что внизу

Нурмухаммад достает телефон и показывает видео: большая, полноводная река, едва видны макушки строений.

– Видите дом? Огромный, высокий. Когда плыли мимо, даже не предполагали, что он такой. Когда вода спала, узнали его, очень удивились. А мы прыгали порой по верхушкам строений, не думая, что там внизу. Не дай Бог, поскользнешься, упадешь, уйдешь с головой под воду, а сколько всего под водой. Плывешь, видишь – дома вроде бы стоят, а на самом деле они на плаву, наступишь и провалишься, и глубина можно только предположить, какая там. Смотрите, какую собаку достали из дома. Лохматый пес сидел в бочке, зацепившись лапами за край.

Для спасения животных приходилоь залезать на крыши

– А почему в бочке несете?

– Далеко до лодки было. По воде она не идет, и на руки не возьмешь, кусается. Плавала на крыше почти неделю. Все доски вокруг себя разгрызла, такая голодная была. Там, где собаку подобрали, встретили змею. Кинулась на меня и потом еще долго провожала взглядом. Смотрите какая, в боевой стойке. Могла сзади напасть и укусить, ребята заметили. Думали, безобидная, а когда видео показали спасателям, те объяснили, что ядовитая. Говорят, змей в тот день видели в нескольких местах. Мы ее встретили в домах перед мостом.

На пятые сутки сняли двух собак с крыши дома на острове. Сделали что-то вроде лодки из бревен, привезли их на большую землю, посадили в клетку. Сразу нашлись хозяева. Заплакали, стали целовать. Спрашивают: «Где вы нашли нашего Джека?» Там-то и там-то. «Мы думали – все, потеряли его вместе с домом». Очень удивились, что дом стоит. Мы, говорят, разыскивали его повсюду, надеялись какие-нибудь вещи спасти. Многие в те дни пытались найти свои дома и хоть что-то забрать.

Привели людей к дому. Оказалось, он около 20 километров от места, где стоял, проплыл, и все эти километры проплыли на крыше привязанные на цепь собаки. Почти неделю на нем просидели.

Когда во второй раз приехали в город, домов у моста уже не было, но остался небольшой островок посреди реки из досок и железа. Со стороны просто небольшая кучка. Остатки, которые не успели убрать. С него мы трех кошек сняли. Приплыли уже на десятый день, как чувствовали. Хотели до нее раньше добраться, но течение серьезное, а веревки нет. Просто чудо, сколько этот островок всего выдержал, и животные уцелели. Они были где-то внутри, среди хлама: две сидели рядом, их увидели в щель, а третью просто откопали.

Кошек сразу отправили в наш пункт выдачи, и всех их забрали.

Животных искали в развалинах

Где рождаются герои

У Нурмухаммада и команды питомника «К-9» было в Тулун три командировки. За время своего пребывания в городе они спасли более 150 животных, среди которых не только собаки и кошки, но и коровы, и даже свиньи.

Спасенных животных, рассказывают сотрудники, поддерживает буквально вся Россия. Присылают корма из самых дальних уголков страны. В них очень нуждаются собаки питомника. 

– Жизнь входит в привычное русло, налаживается, но, вспоминая Тулун, снова погружаешься в этот ужас, ощущаешь страх, который испытывали животные, – рассказывает Нурмухаммад.

– Где рождаются герои?

– Я родился в Узбекистане. 15 лет назад приехал в Иркутск, начал работать в питомнике. Сейчас в Иркутской области я единственный человек, который ко всем собакам подходит. Горжусь и люблю свою работу.

В питомнике

– Откуда такая закалка?

– Родители с детства учили: если кому-то нужна помощь, не останавливаться ни перед чем. Не думать ни об опасностях, ни о здоровье. Так и живу. А семья и вера силы дают. Я верующий человек, и за это меня Бог спасает и бережет. Сколько всего пережили в Тулуне, столько опасностей вокруг подстерегало. Можно было с крыши упасть и сломать что-то, но все обошлось. Ногу порезал, быстро зажила. Если человек честный, живет правильно, делает добрые дела, всегда будет жить хорошо. Бог дает все, что ты хочешь. Дети мои хорошо учатся, они здоровы. Что еще нужно?

У меня три девчонки, но стараюсь в них вложить то, что в меня когда-то вложили родители. Говорю, чтобы старались быть первыми, никогда не сидели без дела, думали, когда что-то делают, помогали, чтобы книжки читали и ничего не боялись.

Смелый человек – сильный человек. Он всегда впереди. 

Питомник собак «К-9» был организован в 1995 году Еленой и Вячеславом Славиными. Изначально в задачи «K-9» входили только организация курсов дрессировки и охрана различных промышленных объектов с помощью служебных собак. С годами его функции стали гораздо шире.

Здесь открылся приют для брошенных и бездомных собак, гостиница для домашних животных, ветеринарный госпиталь с операционной, появились большие вольеры для диких животных, конюшня.

Питомник реализует проекты по поиску потерявшихся людей, канистерапии, готовит собак-поводырей для инвалидов по зрению, проводит экскурсии и просветительские мероприятия для школьников.

В настоящий момент в питомнике «К-9» в Иркутске содержится более 700 животных. В том числе пострадавшие от рук человека. Здесь вместе уживаются львы, медведи, волки, косули, рыси, еноты.

Материалы по теме
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.
Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: