Главная Человек

«Я приговорила человека к смерти». Присяжная — о жизни после суда

Она встретилась с осужденным перед казнью
12 присяжных из штата Миссисипи признали человека виновным в убийстве и приговорили к смерти. Линди Лу Исонхуд была одной из них. Она жалеет об этом всю жизнь. В выступлении на TED Talks Линди рассказала, как подружилась с осужденным за три месяца до казни и что говорит внукам о своем поступке.

Четверг, 23 июня 1994 года. У меня кружится голова, сердце бешено колотится, мне трудно дышать. Я хочу побыстрее уйти отсюда. Добравшись до машины, кидаю все на заднее сиденье и без сил падаю в водительское кресло.

Я так не могу. Не могу вернуться домой, к родным, которых не видела уже неделю, и притворяться, что все хорошо. Даже их забота и поддержка не спасут меня от этого кошмара.

Только что мы приговорили человека к смерти. И что теперь? Ехать домой, мыть посуду?

«Он был убийцей. Смирись с этим»

Знаете, в штате Миссисипи смертный приговор — часть негласной культуры. В основном это происходит так: если ты кого-то убил, то тебя приговорят к смертной казни.

В процессе отбора присяжных меня спросили: «Могли бы вы в случае, если смертная казнь была неоспоримо заслужена, вынести рационально и безоговорочно приговор к смертной казни?» В изумлении я ответила: «Да». И тогда меня назначили присяжной №2.

Начался судебный процесс. На основании доказательств и изображений жертвы моя первая реакция была: «Да, этот человек — чудовище, он заслуживает смертной казни».

Не дело христиан требовать крови
Подробнее

День за днем я сидела и смотрела на его руки, те самые, что орудовали ножом, и на его нездорово бледную кожу, его глаза… Он провел бесчисленные дни в камере без солнечного света, и его глаза были такими же черными, как волосы и усы. Он выглядел пугающе. Не было ни капли сомнения, что он виновен.

Но несмотря на это, с течением времени я начала видеть в обличии монстра человека. Внутри меня что-то менялось, а я не понимала, что. Я стала спрашивать себя, действительно ли я хочу вынести ему смертный приговор.

Настало время совещания присяжных, судья произнес свое напутствие, в котором дал нам рекомендации по вынесению приговора. Используя эти рекомендации, мы могли прийти к единственному решению — смертному приговору.

Я чувствовала себя загнанной в угол. Мой разум говорил одно, сердце — другое, при мысли о смертном приговоре мне становилось плохо. Тем не менее я следовала указаниям судьи, и, будучи законопослушной женщиной, я сдалась.

Я сдалась и проголосовала с остальными 11 присяжными. Вот она: беспощадная судебная система в действии.

И вот я сижу в машине, пытаясь понять: как мне вернуться к обычной жизни?

Моя жизнь — это дети, работа, церковь, спорт. Обыкновенная, нормальная жизнь. Теперь все это казалось таким ничтожным. Я будто падала в кроличью нору.

Страх, тревога, чувство вины, депрессия… Они не отпускали меня.

Мне было необходимо вернуться к нормальной жизни, поэтому обратилась к психотерапевту. Мне поставили диагноз «ПТСР» и сказали, что лучший способ лечения — обсуждать травмирующее событие.

Но обсуждать это событие за пределами ее кабинета мне было не с кем. Никто не хотел слушать: «Он был убийцей. Смирись с этим».

Тогда я и решила молчать.

Разговор перед казнью

12 лет спустя, в 2006 году, я узнала, что Бобби Уилчер отказался от всех апелляций, и близится день его казни. Это было как удар под дых. Все чувства, что я закопала, начали возвращаться.

В попытке разобраться с ними, я позвонила адвокату Бобби и спросила: «Могу я поговорить с Бобби перед казнью?»

Бобби Уилчер

В день казни я ехала в колонию и представляла, что увижу Бобби в маниакальном состоянии. К моему удивлению, он был спокоен. Два часа мы сидели и говорили о жизни.

Я попросила у него прощения за то, что причастна к его смерти. Он ответил: «Не нужно извиняться. Я здесь не из-за тебя. Я сам виноват. Но если тебе так будет легче, я тебя прощаю».

По пути домой я заехала в ресторан. Зазвонил телефон. Это был адвокат Бобби. За две минуты до казни ему отсрочили приговор.

Благодаря этой отсрочке я смогла наладить общение с Бобби. И это прозвучит дико, но мы подружились. Через три месяца он был казнен штатом Миссисипи.

Еще несколько присяжных чувствовали вину

Я пришла сюда, чтобы рассказать свою историю, потому что ровно 22 года спустя у меня появилось желание открыться и поговорить об этом. Мой друг сказал мне: «Может, тебе стоит обсудить это с другими присяжными? Они тебя поймут».

Я не знала, что из этого выйдет, но мне нужно было с ними поговорить. Так что я начала поиски и нашла большинство из них.

Первый из тех, с кем я встретилась, считал, что Бобби получил по заслугам. Другие… жалели, что прошло так много времени, прежде чем приговор был исполнен. Еще один — не знаю, что у него не в порядке, — но он вообще ничего не помнил о том суде.

В общем, я уже думала: «Боже, неужели подобное будут говорить все остальные?»

Слава Богу, я нашла Аллена. У Аллена было доброе сердце. Он признался, что искренне сожалел о нашем решении. И рассказал про день, когда не мог избавиться от отчаяния.

В тот день он слушал радио, и там озвучили имена приговоренных к смертной казни в тюрьме Парчмен. Он услышал имя Бобби и только тогда осознал, что натворил. Он сказал: «Понимаешь, я причастен к смерти этого человека».

«Брата убили, и я решил изменить мир». Как студент из криминального города стал самым молодым мэром
Подробнее

И вот, спустя 20 с лишним лет, Аллен все еще не оправился от этого происшествия. И он никогда никому об этом не рассказывал, даже своей жене.

Еще он сказал мне, что если в Миссисипи существует смертная казнь, то неплохо бы им предоставлять присяжным психологическую помощь.

Следующей присяжной была Джейн. Сейчас Джейн категорически против смертной казни.

Потом Билл. Билл рассказал, что долго страдал от тяжелой депрессии.

Потом был Джон. Джон сказал, что принятое им решение мучило его каждый день.

Последним присяжным, с которым я встретилась, был Кен. Кен был старшиной присяжных. Во время нашего разговора он был заметно расстроен тем, что нам пришлось сделать. Он заново пережил тот день, когда вышел из здания суда, поехал домой, вставил ключ в замок, чтобы открыть дверь, а потом просто расплакался.

Хоть он и знал, что Бобби виновен, принятое им решение не казалось до конца правильным. У него в голове бесконечно звучал вопрос: правильно ли мы поступили? Правильно ли мы поступили? Правильно ли мы поступили?

После всех этих лет я наконец узнала, что я — не единственная разочарованная присяжная. Мы говорили, что нужно делиться этим опытом с потенциальными присяжными, чтобы они знали, что их ждет, чтобы они не зазнавались, чтобы они задумались, во что же они верят, чтобы они были уверены в своем решении и были готовы.

Потому что вы не хотите зайти в зал суда присяжным, а выйти оттуда, чувствуя себя убийцей.

Я спросила внучку: «Это делает меня убийцей?»

После таких потрясений в жизни я нашла утешение в своих внучках. Моя 14-летняя внучка Мэдди писала эссе на тему смертной казни и задавала мне вопросы. И до меня дошло, что этому ребенку прививают те же принципы, идею «око за око», что прививали мне. Или пытались.

Вот как я описала ей свой опыт: я приговорила человека к смертной казни, потому что была присяжной. И я спросила у нее: «Это делает меня убийцей?» Она не смогла ответить.

Я знала, что этот вопрос необходимо обсудить открыто. И что вы думаете? Меня пригласили произнести речь среди сторонников отмены смертной казни. А там я купила футболку с надписью «прекратите казни».

“Просто прошу, чтобы вы перестали убивать друг друга”
Подробнее

А дома моя 16-летняя внучка Анна попросила такую же футболку себе. Я посмотрела на ее отца, то есть своего сына, и поняла, что он не до конца определился, что он сам думает по поводу казни. Так что я спросила внучку: «Ты будешь ее носить?» Она посмотрела на отца и сказала: «Пап, я знаю твое мнение, но я не верю в смертную казнь».

Жизнь преподала мне парочку уроков. Например, если бы я не была присяжной на том заседании, я так и не изменила бы своих убеждений.

Я спокойна за мир, который увидят мои внучки, это молодое поколение, которое не боится и может затрагивать такие сложные темы. И благодаря моему опыту мои внучки могут постоять за себя, могут думать своей головой, а не опираться на традиции.

Итак: у меня консервативная христианская семья, я живу в очень консервативном штате.

Я пришла, чтобы сказать вам, что у смертной казни есть новые противники.

Спасибо.

ИсточникTED Talks

Текст был впервые опубликован 16 января 2021 г.

Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.