Гуманитарное образование в России. Об Интернете, Болонской системе и человеколюбии

Влияет ли Интернет на качество образования? Как изменились студенты сегодня? Каковы перспективы Болонской системы в МГУ? Кем работают филологи и философы? Почему сегодня мало отчисляют из МГУ? – Отвечает на вопросы по этим и другим темам гость портала «Православие и мир» кандидат филологических наук, доцент, заведующая учебной частью филологического факультета МГУ и заместитель ответственного секретаря приемной комиссии филологического факультета МГУ Анна Валерьевна Архангельская.

Первая часть беседы: Гуманитарное образование в России. Основная проблема современного студента – неприученность думать

Студенты. Обучение.

Уважаемая Анна Валерьевна! Как в целом, влияет на студентов возможность пользоваться Интернетом – расслабляет их из-за легкого доступа ко многим материалам или, наоборот, экономит время? И вообще насколько чувствуется влияние Интернета? Насколько заметно, что дети сейчас меньше читают художественную литературу?

Влияние Интернета, конечно, чувствуется. Как в хорошем, так и в плохом.

Да, в  наше время чрезвычайно облегчен доступ к огромному информационному  полю. Если раньше надо было идти в библиотеку и заказывать для начала кучу справочников, потом – несколько упомянутых в этих справочниках библиографических каталогов и только потом выделялось нужное, теперь вопрос зачастую решается набором необходимых словосочетаний в поисковом сервисе. Конечно, это сильно облегчает жизнь и экономит время. Но минимализация усилий приводит к тому, что возникает желание еще больше упростить свою задачу. Например, написать реферат или даже курсовую работу методом «копировать – вставить». Снижается уровень критичности отношения к найденной информации: не приходит в голову проверять данные, не возникает желания установить уровень авторитетности того или иного сайта. В Интернете есть многое и разное, в том числе и абсолютные нелепости, и ошибки, и глупости. И поисковый сервис вам с механической дотошностью вывалит все это в общей куче. И надо разбираться, что к чему. А часто из первых двух ссылок лепится нечто, что преподносится в форме ответа, реферата, etc. И с этим, конечно, необходимо бороться.

В целом  читают, конечно, меньше. Выше уже доводилось размышлять, почему. Правда, хочется  сказать, что филологи по-прежнему радуют тем, что читать все-таки любят. Думаю, что иначе и невозможно.

Анна  Валерьевна. Здравствуйте. Я закончила  химический факультет ВГУ 2 года назад. Как раз в вузах бурно обсуждался переход на систему «бакалавр-магистр», при котором традиционных специалистов с 5 летним обучением уже не будет. И нам говорили, что такой переход сделает наших специалистов востребованными за границей!!!!????? Однако наши химики, физики и биологи во все времена были и так востребованы и за рубежом, я лично знаю около десяти человек, которые без труда в мою бытность студенткой смогли уехать и устроиться, как говориться, было бы желание. Почему-то мало говорят о том, чтобы наши специалисты были востребованы в своей стране. В итоге кончилось все тем, что на нашем факультете объявили о сокращении часов в учебном плане по многим предметам, а некоторые ключевые дисциплины, к ужасу преподавателей, вообще убрали. Видимо это, по мнению чиновников, сделает нас ближе к ЗАПАДУ….. В связи с этим, сами сотрудники говорили, что бакалавриат с такой системой подготовки студентов превращается в “Чушок”, хотя по идее бакалавр – это младшая ученая степень. В целом, большинство было недовольно происходящим, а перспективы вырисовывались очень отдаленные и туманные.

Расскажите, пожалуйста, очень интересно, как с этим обстоят дела в гуманитарной сфере образования. Какие настроения у студентов и преподавателей. И что вы думаете о том, что у нас при фактическом наличии диплома буквально у всех, действительно образованных людей исчезающе мало.

Лично мое мнение: мы развалили блестящую систему нашей советской высшей школы, просто потому, что наши чиновники  не умеют жить своим умом, и навязывают нам непримиримую к нашему менталитету  и традициям западную систему  жизни и образования. Причем, даже не стараясь сохранить в процессе реформ те явные преимущества, за которые русский ум так ценится в мире. Екатерина_М

Уважаемая Екатерина!

Переход на систему «бакалавр – магистр» предполагается во всех сферах, в том  числе и в гуманитарной. Обсуждается этот переход уже столько лет, что выработались и мнения, и опасения, и надежды.

С одной  стороны, конечно, многих преподавателей пугает сокращение часов, да и количества дисциплин. Попытки «впихнуть» пять лет в четыре, понятно, обречены на провал: что-то сокращать все равно придется. Есть альтернативная версия: расширить пять лет до шести (с учетом магистратуры). Но при этом следует учитывать, что, во-первых, в магистратуру все-таки пойдут не все, а во-вторых, магистратура предполагает бóльшую (более локальную и углубленную) специализацию, чем наш современный специалитет. Опасения преподавателей, понятное дело, связаны еще и с тем, что в результате урезания часов и предметов встанет вопрос об объеме учебной нагрузки и о сокращении штатов. Поэтому все обсуждения проходят в обстановке повышенной тревожности. И понятно, что многие преподаватели смотрят на складывающуюся ситуацию с позиции «как было бы хорошо, если бы ничего не менялось».

Но без  изменений все-таки невозможно. Наше образование должно меняться в соответствии с изменениями в окружающей нас реальности. Идеология Болонского процесса – отнюдь не только в двухступенчатой системе и в возможности получить высшее образование за меньшее количество лет, чем сейчас. Она еще и в принципиально ином подходе к преподаванию. Если раньше образование трактовалось как получение знаний, то теперь говорится о компетентностном подходе, о вырабатывании у студентов навыков и умений, о формировании тех практических способностей, которые могут пригодиться в самых разнообразных сферах. Говорится и о том, что традиционные принципы, основанные прежде всего на лекционно-семинарском методе ведения занятий, надо изживать. Утверждается особая роль практикумов, на которых должны развиваться именно практические навыки. Проводится мысль о необходимости скорее индивидуальных консультаций студента с преподавателем на основе самостоятельно проработанного материала, чем групповых семинаров. Однако большинство вузовских преподавателей (да и я сама, что уж там) относятся ко всем этим новациям с понятным опасением. И в этом опасении, как мне кажется, есть многое и от привычки, и от страха за свое будущее, а не только за будущее российского образования. И вот между этими «менять надо» и «менять боязно» и балансирует реформа российского образования.

Мне лично  при этом совершенно очевидно, что  сейчас происходит очень неправильная вещь. В нашей стране высшее образование  стало практически обязательным. Система среднего профессионального образования рухнула, поэтому считается, что практически каждый должен поступить в какой-нибудь вуз. Показательно, что очень многие компании при приеме на работу менеджеров низшего звена в качестве обязательного условия ставят наличие высшего образования, но при этом все равно, какого. Из этого принципа совершенно понятно, что опираться они собираются вовсе не на профессиональные умения работников. Просто, видимо, высшее образование стало чем-то вроде гарантии, что человек – «не совсем дурак». Я считаю, что это ненормально.

Наконец, очень многие нынешние студенты к концу четвертого курса уже вполне успешно и интенсивно работают. Они не собираются идти в науку и прочие высокие профессиональные сферы. Так почему бы не отпустить их на год раньше?

Конечно, составление учебного плана бакалавриата – дело очень трудное. Мне кажется, там должна быть сохранена основа – базовые курсы, без которых немыслим филолог (историк, философ и т. д.), и курсы, предполагающие общий кругозор (возможно, на вариативной основе). Надеюсь, что в результате взвешенного и продуманного обсуждения и последующей коррекции на практике у нас это все-таки получится.

По поводу признания на Западе: насколько я  знаю, бывало по-разному. Зависело это  и от вуза, и от страны. Были страны, признававшие за нашими выпускниками статус магистра, были страны, приравнивавшие наших выпускников к своим бакалаврам. Так что, проблема существовала и продолжает существовать.

Как Вы считаете, насколько сейчас высоко качество образования на гуманитарных факультетах МГУ?

Я не берусь оценивать сферы, в которых не являюсь профессионалом, но качество образования на филологическом факультете МГУ считаю достаточно высоким. От нас выходят студенты, способные применить полученные знания в разнообразных сферах. Наши выпускники по большей части благополучно трудоустраиваются. Преподаватели достаточно активно занимаются научной работой, готовят и выпускают большое количество и учебно-методических, и собственно научных работ. Мне кажется, все это – вполне надежные показатели профессионализма.

Когда я учился, была система образования, основанная на принципе усвоения материала методами самого студента. Меня разочаровала такая система образования, сначала стал дефицит внимания к предметам и я перестал ходить в Университет. У меня есть профессия, замечательная работа в ИТ, но очень хочу пойти учиться для себя… но не могу выбрать заведение с инновационным подходом к обучению.

Сейчас  так же выдается сплошной поток знаний, который студент самостоятельно должен распихать в свою стену, что  в итоге будет системой знаний по предмету?

Вы, видимо, интуитивно ощущали необходимость той новой логики образования, которую призывает внедрять именно Болонский процесс. Сейчас довольно много говорится о том, что нельзя читать лекции так, как это делалось пять, пятнадцать, пятьдесят лет назад. Нет смысла обрушивать на студента систематизированный поток информации: все это он может почерпнуть в разных источниках самостоятельно. Образование должно вырабатывать у студента навыки и умения, которые помогут ему в дальнейшей профессиональной деятельности. Для выработки этих навыков и умений нужны не лекции, а практикумы. Думаю, еще лет через несколько уже появятся очевидно инновационные программы, реализующие эти требования. Возможно, одна из них Вам подойдет.

Анна Валериевна, скажите, пожалуйста, как  прижилась на филфаке болонская система?

Пока  никак не прижилась. Филологический факультет МГУ пока продолжает готовить специалистов по пятилетнему плану. Переход на двухуровневую систему планируется с 2011 года.

Вопрос  такой – почему сейчас так мало отчисляют  студентов из всех вузов? в мое время из Бауманки отчисляли по полгруппы, а сегодня кругом учат и тащат? Почему?

Прежде  всего – из человеколюбия. Все-таки жалко отчислять студента, прошедшего вступительные испытания, хочется дать ему шанс сдать хвосты и взяться за ум.

Выпускники. Трудоустройство

Уважаемая Анна Валерьевна, расскажите, пожалуйста, какие есть перспективы трудоустройства у гуманитариев сегодня? Действительно ли преимущественно журналистика или бегать по урокам?

Образование и науку не предлагать? А ведь университетские выпускники – по крайней мере, в идеале, – должны стремиться реализоваться именно в этих сферах. Кстати сказать, около трети выпускников филфака получают рекомендацию в аспирантуру. В последнее время я замечаю, как увеличилась доля тех, кто идет работать в школы, и меня это очень радует. Журналистика, книжное дело, переводческая деятельность, PR-агентства, спичрайтерство… В разговоре со мной однажды – лет десять, наверное, назад – кто-то из коллег посетовал, что многие наши выпускники работают не по специальности, сославшись на пример аспирантки, устроившейся секретаршей. Но по зрелом размышлении мы решили, что и это – работа с документами, а значит, и со словом, следовательно, она все-таки имеет отношение к филологии. Глядя на рекламные объявления в метро или на улицах, я часто думаю о том, что филологические консультации могли бы стать востребованными в той же степени, что и юридические, если бы наше общество было всерьез озабочено судьбой родного языка.

Куда  можно устроиться работать после философского факультета МГУ, чтобы работать по специальности, т.е. заниматься научной или преподавательской деятельностью? Работу найти весьма и весьма непросто. А как же будут развиваться гуманитарные науки, если нет почвы для развития, если повсюду требуется опыт работы. После окончания ВУЗа (в частности, МГУ) и аспирантуры человек просто напросто оказывается никому не нужен и вынужден искать работу не по профилю, типа менеджера. Марина Р.

Уважаемая Марина!

Заниматься  научной и преподавательской деятельностью предполагается либо в вузах, либо в академических институтах. Как правило, к моменту окончания аспирантуры перед человеком уже вырисовываются определенные перспективы. И представления о том, что в академической и преподавательской сфере принимают на работу только при наличии опыта, изрядно преувеличены. Основная проблема, насколько мне известно, заключается как раз не в том, что трудно устроиться на работу в системе высшего образования или в системе РАН, а в том, насколько можно прожить на те деньги, которые там платят. Именно поэтому целый ряд выпускников работает не по профилю, зато получает вполне реальные, как теперь модно говорить, деньги.

У нас  на факультете, например, довольно много  молодых преподавателей, которые  начинают преподавать не то что сразу после аспирантуры, а иногда и еще во время аспирантуры. Так что я надеюсь, что процесс этот будет продолжаться, что и обеспечит развитие гуманитарных наук в дальнейшем.

Да, раньше было обязательное распределение, а  теперь его нет. Раньше тебя по окончании университета могли отправить на три года работать за тысячи километров от дома, зато теперь надо приложить усилия для того, чтобы работу найти. Но ни одна система не предполагает полного отсутствия каких бы то ни было рисков и наличия абсолютных гарантий.

Здравствуйте  Анна Валерьевна! Ответьте пожалуйста, востребована ли в настоящее время профессия- теолог, если да, то в каких сферах.           Элен

Уважаемая Элен!

Думаю, что, прежде всего, – в системе духовного образования. А поскольку эта система будет развиваться и совершенствоваться, то, наверное, в определенной степени востребована. Хотя я все-таки не могу себе представить массовый выпуск теологов…

Здравствуйте!

Расскажите, пожалуйста, какая существует обратная связь с выпускниками (их трудоустройство, области применения полученных знаний, отслеживание ими того, что происходит на факультет, в ВУЗе, участие в корректировании учебных программ, с целью адаптирования к современным требованиям рынка работы)?

Как вы объясняете абитуриентам, – на примере выпусков предыдущих лет, – в чем состоит конкурентное преимущество обучения именно на вашем факультете? Спасибо. Юлия Сулимова

Уважаемая Юлия!

В настоящее  время мы над этим работаем. Создана  ассоциация выпускников, которая собирает и систематизирует сведения о трудоустройстве выпускников. Кроме того, образовательные стандарты третьего поколения, переход на которые планируется осуществить в 2010-2011 гг., как известно, создавались с учетом мнения работодателей, которые как раз таки и вносили предложения по адаптации содержания образования к требованиям современного рынка труда. Думаю, что в дальнейшем эта связь с работодателями будет продолжать развиваться. Это чрезвычайно трудоемкий, но совершенно необходимый процесс, потому что, конечно, вузу следует готовить выпускников не в абстрактное пространство, а под определенные задачи. Другое дело, что, мне кажется, не следует возводить эти задачи в некий абсолют. Все-таки высшее образование должно учитывать не только сегодняшнюю ситуацию, но и возможную перспективу, не только рынок, но и потребности высокой науки. В противном случае в скором времени мы рискуем оказаться… на рынке в прямом смысле этого слова.

Конечно, для того, чтобы эти принципы работали, преподаватели должны хотя бы отчасти пересмотреть господствующее сейчас отношение к преподаванию своих дисциплин. Это будет непросто, потому что существует устоявшаяся система, привычка, традиция. В идеале хорошо было бы взять лучшее из того, что есть, и приспособить его к новым задачам. Я очень надеюсь, что это будут спокойные и постепенные процессы, потому что в таких делах спешка приносит самый большой вред. Но вузы, конечно, должны оглядеться вокруг себя и увидеть, насколько изменилась жизнь.

А абитуриентам мы обычно называем два с лишним десятка фамилий наших выпускников, которые у всех на слуху и охватывают самые разные сферы современной реальности.

Грамотность

Анна  Валерьевна, порекомендуйте, пожалуйста, литературу (новые или старые и  доступные издания) по грамматике русского языка для самостоятельного обучения детей младшего школьного возраста.             Катерина Борисовна

Уважаемая Катерина Борисовна!

К сожалению, я не занимаюсь непосредственно  вопросами, связанными с начальным  школьным образованием, поэтому вряд ли могу дать исчерпывающий ответ на этот вопрос. У меня нет ощущения недостаточности школьных учебников для младших классов: вкупе с объяснениями учителя на уроке они, мне кажется, вполне выполняют свои задачи, тем более что грамматические представления постепенно усложняются и корректируются в средней и старшей школе. Для самостоятельной работы скорее актуальны обобщающие и систематизирующие пособия на завершающем этапе, сводящие воедино весь набор знаний, накопившийся у школьника за весь курс русского языка.

А по сути: мне кажется, отчасти на Ваши вопросы может ответить публикация, автор которой – выпускница педагогического вуза, профессиональный учитель Наталья Геда: http://www.school4you.ru/club/article56/.

Подскажите пожалуйста, как можно научиться грамотно писать на русском языке ? Конечно, кроме как – много самостоятельно читать литературу на русском языке и обучаться в русской школе и ВУЗе. Сама я ещё смогу “подтянуть хвосты” по грамматике , а наши дети, родившиеся в Прибалтике, обучающиеся на государственном языке, даже если они по национальности и русские (оба родителя родом из России),практически не знают родного языка, кроме разговорного .

А в  России, думаю, что никогда и никаких не будет проблем с гуманитарным образованием по определению, какая тогда она Матушка РОССИЯ. Светлана Осв

Уважаемая Светлана!

И все-таки у меня нет другого ответа на этот вопрос, кроме как много читать. Еще, наверное, можно пользоваться хорошими проверенными учебниками и справочниками (от Розенталя до, допустим, коллективного учебника для старших классов школ, выпущенного кафедрой русского языка нашего факультета несколько лет назад в серии «Московский университет – школе»). Но читать – главное.

И спасибо  Вам за надежду!

Первая часть беседы: Гуманитарное образование в России. Основная проблема современного студента – неприученность думать

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Литература в прокрустовом ложе идеологии – новые старые грабли?

Нужно ли на уровне государственных концепций подчинять преподавание литературы задаче воспитания патриотизма?