Людмила Петрановская: Восемь правил, чтобы не услышать от ребенка «да пошли вы!»

|
Ветхие педагогические идеи «меня били, и я буду бить!», «куда он денется – как-нибудь вырастет», кажется, побеждены, но теперь ответственный принимающий «родитель-победитель» попал в ловушку собственной сознательности: мы многое узнали о детских травмах и… до смерти боимся самих себя. Каким вырастет мой ребенок? Что ему сейчас сказать, чтобы не травмировать его психику? Я накричала на сына, что же теперь с ним будет? Как указывать дочери на недостатки, чтоб она не выросла закомплексованной? Достаточно ли я принимаю своего ребенка? Не слишком опекаю?.. Справиться с этими и другими переживаниями помогут тезисы лекции известного психолога Людмилы Петрановской «Принятие ребенка: любовь или вседозволенность».

№1: Не требуйте от себя слишком многого

Очень много лет родители растили детей, не очень понимая, как на них отражаются действия, поступки, их эмоциональное состояние: ребенок и ребенок, куда он денется, вырастет! С развитием психологии, психиатрии стало выясняться, что на самом деле то, как родители строят отношения с детьми, на детях очень сильно отражается. Это знание в свое время очень впечатлило человечество…

Пришло понимание, что нужно ребенка принимать, понимать, нужно идти навстречу его потребностям, принимать его чувства. Но оборотная сторона этой идеи такова: сейчас есть тенденция фетишизации теории привязанности.

В результате родители все время боятся что-то сказать не так, травмировать детей, недолюбить, недопонять, недопринять. Это состояние я бы назвала «родительский невроз» – состояние, когда родитель думает о ребенке, о проблемах с ребенком, о его поведении, развитии и т.д. гораздо больше, чем о себе самом, о своих интересах и потребностях: «А достаточно ли я принимаю своего ребенка? Не задалбываю ли я его своим вниманием? От того, что я сейчас посидела в фейсбуке, у него не развилась депривация? То, что я завязала ему шарф, не было ли это гиперопекой?»…

Любая тревога, любое чувство вины – это всегда оборотная сторона фантазии о своем всемогуществе: представления, что, если мы будем мудрыми, терпеливыми, «просветленными» родителями, такими, чтоб комар носа не подточил, тогда гарантированно ребенок вырастет гармоничным, смелым, развитым, добрым и любящим.

Но теория привязанности – не про эльфов. Она отрабатывалась не на эльфоподобных, у наших предков она была такая же, как у нас! Не надо ломать и переделывать себя. Вы с ребенком своим живете, вы его растите, вы его знаете, вы его любите, он рядом. В самом главном все уже хорошо. С остальным разберетесь, так или иначе.

№ 2: Не воспринимайте ребенка как объект борьбы

В голове людей сильна идея борьбы с ребенком. Мы привыкли воевать с детьми. Часто можно услышать от родителей: «Ребенок делает то-то и то-то. Как с этим бороться?» или «Ребенок не делает того и того. Мы с этим боремся, но ничего не получается!» Терминология борьбы, противостояния… В архаичном обществе такого вопроса не возникает: если я взрослая особь, которая может зажечь огонь, принести кусок мамонта и отогнать саблезубых тигров, не возникает вопроса, уважает меня ребенок или нет. Взрослый – человек, от которого зависит жизнь ребенка! Борьба начинается там, где нет естественных оснований (для иерархии и уважения). На уровне патриархального общества иерархия построена уже на том, что так должно быть

Часто можно услышать: «А что же, ребенок разве не должен уважать родителя?» «Разве он не должен понимать, что у него есть обязанности?» Ну, хорошо.

Давайте напишем на стенке: «Ребенок, понимай: у тебя есть обязанности!» Это не работает.

Все такие слова – говорят о беспомощности. Это протест: почему он нас не понимает?..

Не воюйте с ребенком. Он же ваш детеныш и любит вас всем сердцем… Если чувствуете, что увязли в борьбе, самое время – перелезть через баррикаду и встать рядом с ребенком.

px221026

№ 3: Не устанавливайте «железобетонные» принципы

Все утверждения, которые начинаются словами «всегда», «никогда», «ни в коем случае», говорят о тревожности. А тревожность говорит о том, что нет уверенности в себе как в родителе, нет контакта с ребенком, нет умения гибко обращаться и адаптировать свои слова и поступки к той реальности, которая у нас есть сейчас.

Если мы уверены в себе как родители, мы понимаем, что разберемся.

Когда мы не уверены в себе, не уверены, что разберемся, мы устанавливаем жесткие правила.

Например, всегда быть последовательными: раз сказал – все, никогда не менять своего решения. Или – всегда давать ребенку отвечать за последствия: раз он что-то забыл, пусть отвечает за последствия. Если бы мы так вели себя со своими супругами?.. Представьте, что ваш муж уходит на работу, вы знаете, что у него очень важное совещание, и тут замечаете, что он забыл папку с документами на эту встречу. И что, вы подумаете: «Иди, иди, дорогой, пусть наступят последствия»? Нет, конечно. То же самое с детьми.

Мне кажется, надо к себе относиться более сочувственно… Надо больше прислушиваться к себе, быть больше в контакте с собой, не стараться следовать жестким рецептам, а отталкиваться от ситуации, и тогда можно почувствовать себя более комфортно в родительстве.

№ 4: Не подчиняйте ребенка своим ожиданиям

Принятие ребенка – это работа, которую родители делают всю жизнь… В патриархальном обществе было очень жестко с принятием детей: ребенок должен был соответствовать ожиданиям. Постепенно жесткие ожидания от ребенка перестали восприниматься как правомерные. Но и сегодня родителям каждый раз приходится сталкиваться с вопросом принятия: «Мой ребенок не такой, как мне бы было удобно, как мне давно хотелось, как мне мечталось»; хотели девочку, родился мальчик, хотели решительного мальчика, родился робкий, хотели, чтобы ребенок читал книжки, а он играет в хоккей…

Правда в том, что дети устроены так, что они четко вычисляют ту сферу, которую мы в них не принимаем. И с большой вероятностью то, что вы в ребенке не принимаете, он вам и выдаст.

Потому что ребенку очень важно принятие, ему нужна его субъектность, он хочет, чтобы вы считали его человеком, независимой личностью, чтобы уважали его право быть таким, каким он хочет. Для ребенка очень тяжело, когда мы вгоняем его в прокрустово ложе, а мы вгоняем. И необязательно жесткими методами, но мы расстраиваемся, вздыхаем, плохо себя чувствуем, демонстрируем свое разочарование, озабоченно пишем в фейсбуке… Дети это четко считывают.

А дальше у них есть два пути: держаться за одобрение родителей и отказаться от себя, и тогда рано или поздно родитель будет восприниматься как «тот человек, который заставил меня не быть собой»; либо отстаивать себя, отделяться от родителей, иногда очень жестко, часто – жестоко: ставить перед фактом.

Принятие ребенка со всеми его особенностями – это не про то, что нужно всегда ему все разрешать, со всем, что он говорит, соглашаться, а про то, что мы его должны принимать таким, какой он есть. Это сложная задача – расширять зону принятия можно всю жизнь…

№ 5: Не реализуйте за счет детей свои мечты

Для того, чтобы проще принимать своих детей, мне кажется, очень важно больше быть в контакте с собой, прежде всего, больше принимать себя. Ожидания от детей часто связаны с тем, что есть наши собственные неудовлетворенные потребности. Мы сами не могли в свое время что-то себе позволить. Например, мы не могли себе позволить путешествовать, и мы начинаем в раннем возрасте таскать детей по Римам, Парижам… Если вы мечтаете о чем-то, что вам не было дано, сделайте это для себя! А своему ребенку позвольте быть к этому равнодушным…

2888

 

№ 6: Не лишайте ребенка права чего-то не хотеть

У ребенка есть право не хотеть. Честный разговор начинается тогда, когда мы признаем за ребенком это право. Не хотеть делать уроки, не хотеть ходить в скучную школу – это нормально. Не надо стараться его замотивировать на все это. Надо присоединиться к нему, сказать – я понимаю, как ты не хочешь. А дальше мы можем помочь ребенку научиться «глотать лягушку». Как помочь? Например, рассказать, как вы сами справляетесь с делами, которые делать не хочется. Или дать что-то вкусненькое, чтобы подсластить пилюлю.

№ 7: Не пытайтесь расшевелить ребенка, если он ничего не хочет

Очень часто бывает, что когда у родителя слишком много ожиданий от детей, слишком много связано с ними фантазий, желаний, то дети к 17-19 годам ничего не хотят, а живут в таком полурастительном состоянии. Это почти всегда история про очень любящих, самоотверженных, очень ответственных родителей, про то, как мама ушла с работы, чтобы ребенка водить на развивающие занятия, про то, как он занимался шахматами, английским, китайским, про то, как они не пропускали ни одного выходного, чтоб не посетить выставку.

К 12 годам, когда ребенок догадывается, что он может сказать «да пошли вы», он говорит это так сильно… И хорошо, если он выскажет это словами!

Но если у мамы есть на эту тему супер-аргумент – сердечные капли, ребенку остается впасть в апатию, со всем соглашаться, но ничего не делать.

Отказ от всех притязаний и желаний – это крайняя форма протеста для ребенка. Так проявляется его отказ жить по вашим правилам. Когда вы пытаетесь его поднять с дивана, вы – активное начало, вы – источник всех мотиваций, желаний, решений. Чем больше вы вокруг него прыгаете, тем больше он закрывается. Нужно просто отойти, сказать: «Это твоя жизнь, ты живешь ее, как хочешь, если что – кричи».

№ 8: Не забывайте: опыт принятия себя – самое лучшее, что мы можем дать детям, так как они – великие подражатели!

Подготовлено по материалам лекции-консультации Людмилы Петрановской «Принятие ребенка: любовь или вседозволенность» и книги психолога «Если с ребенком трудно»

Справка

Людмила Петрановская. Фото: Евгений Раздобарин

Людмила Петрановская. Фото: Евгений Раздобарин

Людмила Владимировна Петрановская – семейный психолог, специалист по семейному устройству. В 2012 году создала Институт развития семейного устройства – общественную организацию, обучающую будущих приемных родителей. Лауреат Премии Президента РФ в области образования. Автор серии книг для детей и подростков «Что делать, если…», книг для родителей – «Приемный ребенок в семье», «Если с ребенком трудно», «Тайная опора. Привязанность в жизни ребенка», «Selfmama. Лайфхаки для работающей мамы».

Опрос: какие из советов по воспитанию детей работают в вашей жизни?

Мы провели небольшой опрос мам о том, какое место в их жизни занимают книги по воспитанию, насколько они ориентируются на собственную интуицию, насколько и в чем – на советы педагогов и психологов.

Тутта Ларсен Фото: Facebook / Gregory Shelukhin

Тутта Ларсен Фото: Facebook / Gregory Shelukhin

«Я поняла, почему Лука такой прилипала!»

Татьяна Романенко (Тутта Ларсен), 42 года, теле- и радиоведущая, мама троих детей

Вообще я считаю, что вся эта психологическая детская литература – это, в общем, скорее художественная литература, чем инструкция по применению. Где-то вы действительно можете почерпнуть что-то полезное, но 90 процентов информации – это такой фикшн. Потому что все дети разные, и кому-то подходит одна история, кому-то другая. И мне кажется, что книги по психологии дают слишком общие рекомендации, которые могут с одним ребенком работать, а с другим ребенком, даже в той же семье, не работать.

Есть книжки, на мой взгляд, откровенно вредные. Например, книга Памелы Друкерман «Французские дети не плюются едой», где сказано, что ребенок с 4 месяцев должен приучиться спать отдельно, в своей кроватке и в своей отдельной комнате. Это ненормально, потому что противоречит естественным потребностям грудного младенца. Поэтому надо очень осторожно относиться к разным теориям и книгам.

Лично мне очень близка книжка педиатров Уильяма и Марты Сир «Ваш малыш от рождения до 2 лет», но это не столько психология, сколько информация о воспитании и уходе за младенцем. А если говорить о психологической литературе, то мне запомнилась книжка «Пять путей к сердцу ребенка». Не сказала бы, что она стала для меня инструкцией, но там высказана очень интересная мысль: о том, что у людей в течение жизни есть какие-то доминирующие модальности. Например, если ваш ребенок аудиал, то какие бы вы ему ни показывали примеры, он все равно лучше воспримет речь. И, например, если вы на него орете, он этого не воспринимает, потому что у него слишком чувствительный слух. А если ваш ребенок визуал, вы можете ему говорить много всяких слов, он их не усвоит, а вот если покажете какой-то пример, картинку, он гораздо лучше поймет, чего вы от него хотите.

Фото: Facebook / Gregory Shelukhin

Фото: Facebook / Gregory Shelukhin

Лука у меня, например, кинестетик. Меня раньше страшно раздражало то, что он не мог спокойно идти со мной рядом: ему обязательно надо идти, ставя стопы домиком, а то и просто путаться у тебя под ногами. Он очень любит прилепиться, прислониться, навалиться на тебя. Меня это раздражало страшно, видимо, потому что у меня другое к этому отношение. Но когда я в этой книжке вычитала, что есть дети, у которых выраженная кинестетическая модальность (то есть они воспринимают мир преимущественно через ощущения), я поняла, почему Лука такой прилипала! Не могу сказать, что это очень сильно помогает выстраивать с ним отношения, но это помогло добавить полезной информации о нем в мою «копилку».

Яна Родина

Яна Родина

«Когда ты спокоен, все разрешимо!»

Яна Родина, 31 год, дизайнер, мама двоих детей

В разные периоды нас вдохновляли разные книжки. Есть, например, Никитины – многодетная семья, семья педагогов, которая еще в советское время стала писать книги о воспитании.

Но я бы не сказала, что эти книги нас вдохновляют действовать по пунктам. Мне вообще это не очень хорошо удается, потому что я перестаю обращать внимание на реальность. Недавно как раз пыталась внедрить Никитинскую игру – у них есть такие интеллектуальные, развивающие игры. Старший сын, Антоник, реагировал на игру по-другому, а я пыталась настоять, чтобы он выполнял задания четко по книжке: «Давай сейчас это, потом то, это не трогай». Стало неинтересно, он разозлился. Это, конечно, от того, что я не учла реальности.

Книга может поддержать в том плане, что там ты прочитаешь: «Такое поведение ребенка типично, это нормально» и испытаешь облегчение. Например, у Антоника сейчас такой возраст, когда он открывает для себя, что может иметь свою позицию, независимую от родителей. Один батюшка привел очень хорошее сравнение: когда маленький ребенок все подряд тянет в рот, он проверяет все на вкус, потому что не знает, что хорошо, а что плохо, он так познает. Примерно так же происходит знакомство с собственной волей: «Сделай так» – «А я хочу эдак!», «Пойдем гулять» – «Не хочу гулять!»

Сначала мы переживали, устраивали с мужем «вечерние педсоветы», а потом я почитала об этом – про кризис 3-х лет – поговорила с друзьями, и поняла, что это нормально. И стала спокойней, уже не думаю: что же мы делаем не так, что с ребенком? А когда ты спокоен, все разрешимо.

Так что мой глубинный запрос к книгам: получить вот этот месседж «Все нормально!», а не какие-то конкретные инструкции.

Потому что я понимаю, что личный опыт – ценнее, чем что-либо, что можно прочитать в книжке.

Например, я недавно попросила у Антоника прощения – за то, что поддалась чувствам и сильно накричала на него. Я не знала раньше, что делать, когда такое случалось, переживала, мне трудно изменить себя, бывает, что нервы сдают, я срываюсь. И тут я вдруг захотела попросить за это прощения, и… он все понял! После таких эпизодов у него истерика, потому что ему обидно, не понятно, почему мама кричит, а тут он успокоился очень быстро и простил меня.

Я понимаю, что я далеко не идеальная мать, но для меня было открытием, что, оказывается, несмотря на это, можно и у маленького ребенка попросить прощения, он прощает, и все не так ужасно! Но это мое личное открытие, личный опыт, его трудно кому-то передать. Так что, мне кажется, надо смотреть на жизнь твоей семьи, на свой личный опыт, и отталкиваться, прежде всего, от этого.

Полина Неврединова

Полина Неврединова

Читать, но выбирать подходящее

Полина Неврединова, 29 лет, юрист, воспитывает сына

Сначала я использовала некоторые принципы теории привязанности: кормить по требованию, ребенок должен все время спать с мамой и т.д. На поверку оказалось, что это полная чушь и не подходит моему ребенку, потому что он избаловался донельзя. Скажем, когда я попыталась делать то же, что делают «естественницы» – кормить по первому требованию, сын начал часами на мне висеть, в итоге я постоянно была с ним, никуда невозможно было отойти.

Я стала читать книжки про режим, про самостоятельность – и они подошли больше, как мне, так и малышу. Я стала спокойней, и ребенок стал спать спокойней. Может, потому, что считывает мое настроение – такое тоже возможно. Теперь я могу кого-то позвать, чтоб меня подменили, а раньше мама ему была нужна 24 часа в сутки, и это было очень тяжело!

Начинала я читать книжки с Людмилы Петрановской, но мне гораздо ближе оказалась Екатерина Мурашова. Для меня это то, что надо: она говорит и про привязанность, и про режим – мне кажется, ей удалось найти как раз «золотую середину». Еще мне понравились книги Памелы Друкерман и Екатерины Бурмистровой. Так что я в любом случае за книжки, но с оговоркой: надо выбирать что-то более подходящее именно твоему ребенку, ведь все дети разные.

Подготовила Валерия Михайлова

Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Людмила Петрановская: Законы России позволяют забрать ребенка у каждого

Система держится не на принципах, а на человеческой дури

«Все! Я от тебя ухожу!»: 1638 венчаний и 901 развод

Печальная статистика от протоиерея Александра Дягилева и советы, как быть

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!