О матушках-утилизаторах и химических конфетах

|
Матушка Елена Сапаева – о том, какие пожертвования не нужны и что с ними приходится делать.

У матушек, жен священников (дай Бог, чтоб не у всех, но вряд ли…), есть одна тайная, незаметная на внешний взгляд  домашняя «должность».

Нет-нет, речь идёт не о ночной выпечке просфор или нелегальном добывании средств на храм. Это всего лишь… утилизация пожертвований, а говоря простыми словами – нещадное выбрасывание слишком уж подержанных (скажем мягко) вещей, что время от времени надаривают батюшке настойчивые доброхоты. Происходит это, конечно, негласно и с обязательным мысленным пожеланием здоровья дарителю, но…

Удивлены? Не знали? Потому и пишу, что лучше было бы – знать.

Когда я вижу среди буханок хлеба, принесённых с панихидного стола, неожиданную банку консервов, то не спешу доставать тарелку, а по заученному уже алгоритму действий прочитываю дату на крышке. Ну точно… Сегодня мне попалась, например, форель, просроченная всего лишь с августа.

Ну что такое каких-то четыре месяца относительно двухлетнего срока годности. Зато – форель! И скорее всего, кстати, ее вполне можно есть – запаха постороннего нет, цвет вполне аппетитный, вон и три кошки мои голодные на неё как зарятся…

Но я – не буду.

Человек, принесший в храм совершенно «честную» банку бычков в томате, только что купленную в магазине по рекомендации продавца, совершает гораздо более эффективное пожертвование, чем тот, кто одаривает трапезную тремя килограммами креветок, с поста завалявшихся дома, перемороженных двенадцать раз и приобретших потому невинный, но лежалый запашок.

Готовить из них суп на несколько десятков человек трапезницы побоятся, так что, скорее всего, вручат батюшке лично в руки – мол, пристройте куда-то, а он, машинально и на бегу засунув в сумку, принесёт домой, жене. Нет-нет, я их не выброшу. Я сделаю из них наваристый бульон, который с удовольствием съест моя собака – совершенно небюджетный по прожорливости метис азиата, пришедший к нам после смерти хозяина и постепенно зарабатывающий себе прозвище «Кризис».

Панихдный стол. Именно сюда нередко отправляются продукты, которые "не пригодились"

Панихидный стол. Именно сюда нередко отправляются продукты, которые “не пригодились”

Пожертвованные! Креветки! Псам! Да вы с ума сошли, пройдитесь вон хоть по своей улице, наверняка в каком-то доме бабушки, люди голодают…

А я не считаю возможным кормить этим людей. Любых.

Здоровье и достоинство человека первичны при любой его зарплате, и даже при её отсутствии. Несколько лет назад, когда мы с мужем и совсем ещё маленькой дочкой жили на съёмной квартире и перебивались совсем уж кое-как, я обнаружила неожиданную для себя закономерность: чем более бедствует, на внешний сторонний взгляд, человек, тем менее пригодные к употреблению вещи ему вручают.

Пока мы были молоды и бездетны, нам отдавали порой «лишнее-а-вам-пригодится» в виде потрёпанных, но интересных книг, фарфоровых ангелочков и даже вполне функциональных бытовых вещей. Когда же на массажи и лекарства родившемуся с неврологическими проблемами ребенку стал уходить весь семейный доход, в ассортимент дарителей вошли занавески с масляными пятнами, сломанные часы и плащёвые ветровки бесконечного размера с надписью «ЛДПР».

Почему в одном случае мы отдаём то, что почти еще жалко, а в другом – что почти уже омерзительно? Потому что рассчитываем что-то там в себе по некой формуле «кому что сойдёт»: формуле, в числителе которой  находится предполагаемая моральная усталость нуждающейся семьи и степень готовности носить и есть что угодно, в знаменателе – уровень ее дохода, а константой выступают валявшиеся двадцать лет на антресолях застиранные детские трусы…

Удивительно ли, что при таком подходе нецерковные люди именно в храм несут самое ни на что уже не годное из домашнего обихода – «для батюшек» или «для бедных», как для некоего гетто,  настолько, по мнению самих благодетелей, всеядного, что лучше представлять его себе не вникая, на уровне обобщённой абстракции.

Священник – тоже человек, и даже если у него пять или десять детей, это не значит, что в такой семье «съедятся» даже те химические конфеты, которые вы по глупости купили на распродаже «Всё за 15 рублей». Скорее наоборот, в такой семье даже с большей здоровой щепетильностью относятся к питанию, поскольку лечить потом всех детей от гастрита или аллергии – то ещё удовольствие.

А ещё не стоит праведно негодовать, увидев в руках у какого-нибудь отца хороший цифровой фотоаппарат, и спрашивать, куда же он дел тогда тот плёночный «Кодак», который вы ему подарили.

И уж точно не надо вручать незнакомому батюшке пакет неразобранных пелёнок-распашонок со своего переросшего их малыша – мол, у вас же там, как водится, семеро по лавкам – и выяснив попутно, что ребёнок у него всего один и тот почти что школьного возраста, неодобрительно цокать языком.

Кстати, под Новый год я, как и многие, по традиции перебираю шкафы и чулан и избавляюсь от хлама, укрывшегося от расправы в течение года. В том числе и от пожертвованного, уж простите. Решительно и навсегда.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Похожие статьи
Розы для влюбленных от 20 рублей

Вас тоже больше не удивляет реклама «Подарки близким за полцены»?

Иеромонах Феодорит (Сеньчуков): После смерти жены меня спасли дочери

Врач-реаниматолог, монах и любящий отец - о том, как уважать свободу своих детей

Протоиерей Федор Бородин: Бесполезно требовать от людей содержать приход

Но если он стал своим – нет смысла обсуждать, кто кому должен

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: