День Господень настал – во тьме и на Кресте

|
Как Христос разделяет с нами наши беды и что это значит – умереть за Закон – в праздник Воздвижения Креста Господня размышляет Ольга Шульчева-Джарман.

Чудо и «не чудо»

Ольга Шульчева-Джарман

Снова – праздник Крестовоздвижения.

Снова человеческими руками поднимается Крест над толпой.

Это и чудо и «не чудо» одновременно.

Действительно, Крест сам не взлетает над толпой – его поднимают руки священника. Порой это руки молодого, сильного священника, порой – руки старца, которого поддерживают с двух сторон юноши, и, быть может, это последний праздник Крестовоздвижения в его жизни.

Иисус Христос разделяет с нами наши беды не издали, а вблизи, непосредственно в нас, и действует нашими руками, через нас, а не с неба подает помощь нуждающимся, когда мы – рядом.

Христос являет Себя как Бога Всемогущего и Всетворящего – и разделяет эту немощь и эту наготу Своего мартира, свидетеля, мученика и любого христианина, разделяя с ним Свою Животворящую Славу. Слава, Шехина – это, в библейском языке, явление Бога в красоте твари. Безобразное и изуродованное тело свидетеля наполняется красотой того, кто «красен добротою паче сынов человеческих». В его унижении и боли, разделенных со Свидетелем Крестным, сияет Слава, которую Отец дал Голгофскому Страдальцу – «прежде мир не бысть».

Имя «мученик» связано с ранней порой юности Церкви

О, тот далекий и таинственный мир ранней Церкви, Церкви, в которой еще хранилась апостольская память не только таинственно – но и по-человечески живо («Мой дед слушал Павла!», «Ее бабка была наставлена в вере учеником апостола Иоанна!»), где в неистовом таиннике, епископе и апологете, влекомом любовью на Запад, чтобы там, вслед за солнцем, нырнуть в смерть и взойти со Христом, люди узнавали бедного отрока, которого поставил в круг Своих удивленных взрослых учеников, положив ему руку на плечо, Сам Иисус.

Возглас этого так и не повзрослевшего сердцем отрока, жаждущего воды живой, Христа, которого он и знал во плоти, и не знал более, и стремился к Нему, и искал, – возглас его и в двадцатом веке, как и в первом, многие считают «фанатизмом» и «безумием»:

«…Дайте мне стать пищей зверей и посредством их достигнуть Бога, – восклицает Игнатий. – Я пшеница Божия: измелют меня зубы зверей, чтобы я сделался чистым хлебом Христовым. В полной жизни выражаю я свое горячее желание смерти. Мои земные страсти распяты, и живая вода, струящаяся во мне, говорит: приди к Отцу. Я не хочу больше жить этой земной жизнью».

Мартирия, «эта новая мистерия», как презрительно, но, подобно Каиафе, нежданно точно, сказал один знатный римлянин – тайна, не открывшаяся и открывающаяся присно в веках, тайна, которою живет Церковь и открывает всем, и не понимают ее. «И смеялись над Ним, зная, что она умерла». Но Он разбудил девочку Свою, лет двенадцати, и она стала ходить, и сказал Он, чтобы дали ей есть.

Имя «мученик» связано с ранней порой юности Церкви, «временем любви» (как писал пророк Иезекииль).

От слова «мартир», «мученик» – веет юностью и доблестью, веет чем-то неразрушимым, нетленным, непреходящим – тем, что, кажется, и остается единственно верным в Церкви за тысячелетия ее «хождения» среди удивленных людей, ее присного странствования.

«Христиане до Христа»

Кто же они – мученики, свидетели, мартиры античности? Как смотрели они на себя? Примером для них, конечно же, были первые мученики, явленные ветхозаветной Церковью при встрече ее с эллинистическим миром, где много богов и цари суть боги. Маккавеи – вечный библейский образ для умиравших за веру. И примеры для себя Церковь Христа черпала из того Писания, которое было тем священным Писанием для Иисуса – из той книги, что мы зовем сейчас «Ветхим Заветом».

Маккавеи – вот пример мучеников. Псалмы страдальцев – вот песни мучеников. Страдания за веру упоминает Павел в Послании к Евреям – все эти страдальцы еще не получили всю полноту радости, ибо умерли до того, как воссияла их надежда, до того, как говоривший понемногу и по частям Бог, наконец, «все сказал» (законченное, завершенное и совершенное, исполненное действие!) нам в Сыне.

Но еще есть античный «Ветхий завет» – как не уставал говорить и доказывать «Зевес в аттическом плаще», наш великий соотечественник, Ф.Ф.Зелинский. Пришедшие ко Христу по зову Павла «новые люди от язык» имели свою историю и своих благородных мудрецов. Позже Иустин Философ назовет их «христианами до Христа». Позже их – не всех, но многих! – изобразят в притворах храмов.

Позже – Данте увидит орла, парящего в шестом небе рая, и узнает в нем благороднейшего из римских императоров – Траяна, в чье царствование засвидетельствовал и отрок, стремящийся на Запад, в Рим, отрок, носящий Иисуса в сердце, епископ Игнатий Антиохийский, Богоносец. «Несоединимые дали соединяются во Кресте…» – писал священник и богослов отец Георгий Флоровский.

Cesare Fracanzano. Св. Игнатий Антиохийский

Что это значит – умереть жертвенной смертью?

Воистину, пришел Примиритель и соделал все новое. И в притворах храмов Сократ, Платон и Эпиктет, Гераклит, Аристотель и Гиппократ взирали на приходящих.

Благородство Сократа и смерть его были наследием тех, кто не был наследником по крови Авраама, Исаака и Иакова. Была и мощная мысль стоиков – о жертве за мир.

Жертва за мир лежит в основе праиндоарийской религии.

Жертвой мир обновляется. Это знали древние. В жертвенной смерти совершается обновление. Но что это значит – умереть жертвенной смертью?

Умереть за Закон. Умереть, чтобы дать пример людям, спасти людей от незнания.

Таковы две мощные ветхие струи, низвергающиеся водопадом, в каплях которых сияет радуга и вечно поют, возглашают, плещут крылами, взывают и говорят человеческим языком ангелы из страшной четверицы животных вавилонского неба, обымающей весь мир и идущей на четыре стороны одновременно.

Но – средоточие мартирии – не Маккавеи и не Сократ.

Средоточие мартирии – Он, Обуздатель Херувов и Серафов. И вид Его – подобен виду Сына Человеческого. Он жив – и знаменован навсегда смертью, смертельные ранения не ушли с Его тела – но Он жив и действует, и приносит, и приносится, и приемлет, и приемлется. Он – Жертва и Совершитель Жертвы.

Средоточие мартирии – в свидетельстве этому. И Он Сам – Протомартир, Первый Мученик, Первый Свидетель верности Отца.

«Ибо этого Иисуса, которого вы распяли, Бог воскресил из мертвых», – говорил своим соплеменникам апостол Петр (Деян. 3:13-15).

Мы умираем для того, чтобы было видно, что мы живы

…Христианское «свидетельство сему» перед лицом страдания – своего и чужого, воспринимаемого как свое, шире, чем просто смерть. И это мы видим на примере мучеников, любящих тех «чужих», с кем свела их жизнь в последние часы – стражников, судей, сокамерников, наконец, палачей. Любовь, переплавляющая все в новое творение, изливается из их сердца и порой преображает сердца тех, кто равнодушен к Евангелию.

Увидев живое Евангелие, продолжение Евхаристии, которое можно видеть на месте пыток и казней, на месте страдания христианина, эти люди видят что-то глубоко убедительное для себя, видят ту правду, которую они считали невозможной, не осуществимой и небывалой в этом мире.

И это отчасти так – эта правда верности Бога до смерти, это парадоксальное Царство, унижающееся и не унижаемое в служении миру – не от мира сего. Оно исцеляет мир, страдающий во зле, светит ему – и гибнет в нем.

Он был им чужой, они смеялись и, быть может, убили его – но они не были чужими ему, потому что он был вместе со Христом, которому они тоже чужими не были. Мартир исполнял дело Любимого им – являя Его в своих страданиях, он показывал, что, вопреки всему, вопреки всякой безнадежности, надежда есть. Христово дело – спасать, и дело мартира – неотделимо от дела Христа, им возлюбленного навек.

Но, по законам падшего мира, чтобы в полной мере объяснить и обнять любовью, надо, отдавшись бесстрашно слепой силе тления, пойти вслед за Христом, убитым и умершим, и умереть по-настоящему. Мы умираем для того, чтобы было видно, что мы живы. Иначе этого – не видно… Жизнь мартира, умершего для мира – умершего со Христом за жизнь мира одной с Ним жертвой, разделенной с Ним Евхаристией – жизнь его, жизнь христианина сокровенна, сокрыта вместе с жизнью Христа – в Боге.

И на смерти мучеников, как на исполнившейся Евхаристии, вопреки всему, появляется, пробиваясь, как маленький феникс, новая жизнь новых христиан – людей, чужих Христу, но встретивших Его в свидетельстве до смерти мартира-мученика, для которого, как и для Христа-Самарянина, они – не чужие.

Этот День настал

…Христос не просто умирает, чтобы кому-то что-то доказать – но чтобы созидать, строить, молча, когда уже нет сил, строить немыслимое, то, чего не может быть – вопреки всякой безнадежности и вопреки всему. «Ныне будешь со Мной в раю!» Ныне – священное пророческое древнее слово, означающее – «День Господень настал!». Этот День настал – во тьме и на Кресте, и он распространяется с одного Креста на соседний, ничем не примечательный, обычный смертный крест…

Евангелие Рабулы, 586 г. Распятие.

+++

«А-ах-х-х!!..» – и замерло все:
Взнесенный над толпой,
Крещатый, горней странной бесконечной формы летательный аппарат,
С которого Он когда-то сорвался ввысь,
Ныне пуст, –
Место пилота свободно, примеряй любой!
В первую секунду – восторженно ринулись было все, во вторую
Каждый к месту прирос.

Сентябрьский медный ветер
С лазурных небес пикирует вниз,
Рвет из артритных старческих патриаршьих перстов
Легкие деревянные крылья,
Свистит в квадратные пробоины, пропитанные рдяным,
Не перестающим сочиться, авиационным топливом.

(свящ. Сергий Круглов)

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность о семье и обществе.

Похожие статьи
Что за подвиг такой — мученичество?

О серьёзном и главном — в терминах… компьютерных игр

Мученики Маккавеи – поведавшие о Боге смертью

Был подвиг святости и до Рождества Христова. Какое свидетельство больше этого?

Пора спросить себя, что мы можем сделать

Христианских мучеников нельзя использовать для обоснования сражений или идеи, что мы жертвы.

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: