Колодец раздора

Церковь не претендует на колодец в деревне Сорокино-Жуки Псковской области – официальное заявление епархии

http://www.pravmir.ru/wp-content/uploads/2010/06/11.jpg

Игорь Гаслов

На прошедшей неделе, история с источником в деревне Сорокино-Жуки Псковской области стала для пользователей Живого журнала поистине детективной. Больше 300 блоггеров отреагировали на нее в своих журналах, дискуссии о колодце в деревне, название которой до сих пор знали только единицы, собрали тысячи комментариев. Прознав об очередной истории, где злые попы лишали бедных селян последних капель родниковой воды, журналисты ряда сетевых изданий не преминули написать о ней. В этом вся соль современных медиа и современного медийного пространства. Массы не интересуют реальное состояние вещей. Массы интересуют скандалы и сенсации. Давайте не будем уподобляться читателю желтой прессы и посмотрим что же произошло на Псковщине на самом деле.

Современная пресса прекрасно умеет раздувать скандалы на пустом месте. Еще лучше это умеют делать блоггеры. Будет ли блоггер проверять то, что прочитал на каком-нибудь сайте? Зачем? Простое копирование, пара гневных реплик — и готово очередное сенсационное сообщение. Так случилось и на этот раз.

Несколько лет назад жители деревни Сорокино-Жуки решили построить у себя в деревне часовню. Место для часовни нашлось довольно быстро — рядом с источником родниковой воды и деревенским колодцем. Средства на строительство собирали всем миром. А ответственным за стройку стал сельский староста, отставной военный Николай Пантелеевич Щасливый. Только Николай Пантелеевич еще не догадывался, какое «счастье» ждало его впереди. Часовня была построена и пришла пора позвать кого-то в ней служить. До ближайшего храма, расположенного в райцентре, было всего 3 километра потому искать никого не стали, а обратились к местному батюшке отцу Михаилу Иванову.

Православная Церковь могла только с радостью воспринять поступок односельчан. Редко где сейчас храмы строят всем миром. А если храм строят все вместе, то и община при храме должна быть дружная. Так во всяком случае можно было предположить. Но дальше начались события, ставшие тем самым криминальным чтивом, которым была занята блогосфера в конце прошлой недели.

В Сорокино-Жуках жила не только семья Николая Щасливого, но и семья Александра Игнатьева. Семья по нынешним меркам зажиточная — местные фермеры, имеющие, как было написано в том сообщении, с которого все в Живом журнале и началось, «несколько гектаров земли, два трактора, коровы, овцы, куры, сад». Супруга Александра — Вера собственно и стала основным деревенским «ньюсмейкером». О всем по порядку.

Часовня была построена. В ней стали совершаться службы. Находившийся рядом источник освятили. «Рядом» это не под часовней и даже не около нее. Рядом — это на расстоянии целых 20 метров. Возле источника установили Крест. В часовню и на источник стали приходить и приезжать не только местные жители, благо до города рукой подать. Встал и вопрос о том, кто будет содержать здание. Без какой-либо задней мысли, отец Михаил начал готовить документы на часовню и землю, где она стояла. Тут и разразился скандал.

Стоит упомянуть, что часовня была построена без каких-либо разрешений или согласований. Как обычный сельский самострой. Случись какая трагедия, пожар, обрушение — кто бы ответил за последствия? Село отвечать не хотело. Церковь была вынуждена начать оформление всех положенных документов. Это и не понравилось местным жителям. В райцентр и в Псков полетели письма. В них сельчане писали: «В нашей деревне Сорокино-Жуки (3 км от Пушгор) на наши же средства воздвигли часовню. Пришлые люди стали благоустраивать территорию вокруг нее. Сейчас хотят за собой закрепить участок земли (80 соток), на котором есть место, где у пруда полоскали белье (там купальня), пастбище для 12 коров и общественный колодец (из него источник святой сделали). Видимо, земля кому-то приглянулась. Решили ее у нас отобрать. Помогите!» Письма шли и в областные газеты.

В ситуацию были вынуждены вмешаться муниципальные и областные власти. Глава района и один из областных депутатов пытались успокоить местных жителей, объясняли, доказывали, что ничего с источником и колодцем не случится. Но все было тщетно. 15 июня 2010 года в селе был проведен сельский сход. В присутствии районных чиновников, жители деревни проголосовали против предоставления в пользование Церкви земельного участка под часовней «включая родник пруд и часть пастбища». Это решение было принято подавляющим числом голосов («за» – 1 голос, «против» – 16 голосов, «воздержалось» – 3 голоса). Тут же проголосовали и другой вариант решения сложившейся ситуации — передать Церкви в пользование участок земли только под часовней, без родника, пруда и пастбища. Это решение наоборот всеми было поддержано («за» – 16 голосов, «против» – 1 голос и «воздержалось» – 3 голоса). Вроде бы вопрос был исчерпан. Но здесь и прозвучали слова одного из инициаторов скандала вокруг часовни.

Протокол собрания граждан деревни Сорокино-Жуки
Протокол собрания граждан деревни Сорокино-Жуки
Протокол собрания граждан деревни Сорокино-Жуки
Протокол собрания граждан деревни Сорокино-Жуки

В интервью областной газете «Курьер» Вера Игнатьева, вместе с мужем активно выступавшая и на сходе, сказала: «Приехало начальство из района, волости, глава поселка и его заместитель, а также представители духовенства в сопровождении юриста. Мы решили проголосовать за то, чтобы церкви отдать только землю под часовней, а колодец оставить у себя. Хоть нам и обещали, что доступ к воде не ограничат, мы этому не верим. В общем, 16 человек (среди них – и староста деревни) подняли руки за то, чтобы колодец церкви не отдавать. Мы победили! Правда, пока радоваться рано. Думали с юристом все бумаги подписать, но нас так заторопили из администрации «быстрее, быстрее, все уходят в отпуска», что сейчас сомневаемся, может, опять какие-нибудь лазейки найдут…».

И вот, 25 июня в Живом журнале появляется уже памятная запись, где снова со слов Веры Ивановны, начинается истерика вокруг колодца и источника. И ничем иным это кроме истерики назвать нельзя. Сельский сход уже проведен. На сходе принято решение, что родник, пруд и колодец остаются в неприкосновенности. Районные власти это все подтвердили. Но опять и опять звучат слова: «Пришлые попы отнимают у нас последнюю воду».

28 июня 2010 года секретарь Псковской епархии Русской Православной Церкви отец Владимир Миронов, на вопрос редакции портала «Православие и Мир», еще раз подтвердил позицию Церкви: «Речь идет исключительно об оформлении земли непосредственно под деревенской часовней. Колодец же находится вне часовни и его это оформление никак затронуть не может, претендовать на него Псковская епархия Русской Православной Церкви не планирует. Что касается самой часовни, то оформление потребовалось в связи с тем, что ее строительство никак не было оформлено документально в государственных органах, а также велось с нарушением канонических норм — без благословения правящего архиерея. После того как строители часовни обратились в епархию с просьбой о благословении, эта просьба была владыкой Евсевием удовлетворена, а после началось оформление часовни и в государственных органах. К сожалению, вполне обычный юридический процесс вызвал различные слухи — жители то ли что-то не так поняли, то ли им кто-то помог не так понять».

То есть, снова и снова звучат слова о том, что никто не планирует претендовать на ставшие уже камнем преткновения колодец, родник, пруд и пастбище. Так есть ли проблема вокруг родника и колодца?

Почему же произошла вся эта история? И можно ли было её избежать?

Как можно и нужно строить православные храмы и часовни, или что такое парасинагога

Чем отличается часовня или церковь от простого здания? Простой человек скажет – тем что у нее есть купол с крестом, а внутри горят свечи и висят иконы. Отчасти он будет прав. Но только отчасти. Ведь и сверху любого дома можно поставить крест, зажечь свечи перед иконами, висящими в красном углу, но станет ли от этого изба храмом? Нет. Для того, чтобы она стала храмом, а не храминой, ее такой должны признать Церковь и государство.

Церковь признает храм храмом, сперва благословляя его строительство, а затем совершая над этим храмом обряд освящения. Только тогда храм или часовня, с точки зрения Церкви, становятся таковыми. Благословение, от имени Церкви, имеет право давать только глава местной Церкви – правящий епископ. Он же совершает и чин освящения храма. Изредка, как раз в случае с часовнями, епископ может поручить освящение храма священнику.

Сооружение храмов священнослужителями и мирянами без благословения их епископа считается каноническим преступлением. Такое преступление называется – “самочинное сборище” или “парасинагога”.  Виновный в таком преступлении может понести наказание вплоть до отлучения от Церкви.

В случае с часовней в Сорокино-Жуки такое разрешение церковной власти имелось. Но имелось и еще кое-что. Храм никогда не находится в каноническом вакууме. Храм только тогда относится к Церкви, когда он входит в состав какой-либо епархии, а также какого-либо монастыря или прихода. Не относясь к какой-либо зарегистрированной религиозной организации он не будет рассматриваться государством как культовое здание.

Обычно, люди желающие построить в своем населенном пункте храм сперва обращаются за благословением к правящему епископу, получив благословение создают и регистрируют религиозную общину и уже эта община строит сам храм или часовню. Община еще называется приходом, в отличии например от монастыря. Если в конкретной деревне верующих мало или рядом есть уже существующий приход, то храм может строиться как приписанный к этому приходу. Но все равно заказчиком строительства выступает религиозная организация.

Вот это и не было сделано в Сорокино-Жуках. По определенной причине не стали создавать приход, не стали приписывать строящуюся часовню к уже существующему, а стали строить без таких “формальностей”. Собственно формальности посчитали лишними и при выборе места строительства, и в части согласования проекта с муниципальными и государственными структурами. Из этих упущенных формальностей и выросла вся конфликтная ситуация. А ее можно было избежать.

А что же делать со святым источником, его же никто не строил, он сам по себе из земли бьет?

Как мы помним, камнем раздора стала не часовня, а родник, колодец, пруд и часть пастбища.

Если в части колодца, пруда и пастбища все довольно просто, это по сути только спор о том, кому они могут и должны принадлежать, то с родниками – источниками все значительно сложнее.

Что такое родник? Родник это естественный, в отличие от искусственного (скважины), выход на поверхность вод подземного залегания. Согласно действующему в нашей стране законодательству, все водные ресурсы принадлежат государству. Только некоторые пруды и затопленные карьеры могут быть переданы в частную собственность. Все озера, реки, родники и т.д. никогда не могут отойти в собственность юридических или физических лиц.

Источник никогда не может быть передан в собственность Церкви. Как это ни парадоксально звучит, даже святой источник на территории монастыря, к которому мы так привыкли и который мы называем именем того или иного святого, не является собственностью Церкви, а является собственностью государства. Церковь, как и любое другое юридическое лицо, может только пользоваться таким источником, относительно чего должен быть заключен соответствующий договор. Поэтому опасения жителей Сорокино-Жуков были вдвойне беспочвенными.

Но доводы разума ничто перед накалом эмоций.

В качестве примера можно привести историю, о которой писали еще в 2001 году, когда пензенская областная администрация отказалась признать право православного прихода храма во имя св. Михаила Архангела в селе Старая Норка на распоряжение водой из источников “Семиключье”, почитающихся в Пензенской области как святые. Правда тогда не случилось такого скандала, как в последней псковской истории . Наверное потому, что тогда мало кто знал про блоги. А может потому, что в Пензе не нашлось людей, захотевших раздуть проблему на пустом по сути месте. Но именно в пензенской истории прозвучали слова, которые по сути дают ответ и на вопрос с источником в Сорокино-Жуках. Когда в Старой Норке зашла речь о том, что Церковь начнет брать воду из источников “Семиключья”, многие местные жители стали говорить, что “будут выкачивать всю воду на продажу, и поэтому благодать покинет святые источники”. О причине этих слов мы и поговорим дальше.

Святой источник как сакральный объект народной религиозности

Наивно полагать, что проблема псковской часовни или проблема пензенских источников только в том, что неправильно оформлены документы. Или в том, что кто-то забыл что-то сделать. Или в том, что банально столкнулись чьи-то коммерческие или собственнические интересы. Если бы дело было в этом, то никаких истерик не было. Конфликты спокойно бы решались переговорным путем, да еще и к обоюдной выгоде сторон. Причина этих конфликтов совершенно в ином. Причина не юридическая и не финансовая, причина – сакральная.

Ряд этнографов и культурологов, изучающих дореволюционную и современную религиозную культуру русской деревни, обращают внимание на то, что существует три совершенно разных типа народной религиозности. Условно их разделяют на религиозность крестьян, религиозность клириков и религиозность паломников. Каждая из этих групп имеет свои сакральные места, свое особенное отношение к сакральному вообще, а также свои характерные черты религиозного поведения. Типы народной религиозности во многом не пересекаются. Более того, вторжение в чужую сакральную сферу  неминуемо провоцирует конфликт.

Так вот, именно святые источники являются одним из тех сакральных объектов, где сталкиваются перечисленные типы народной религиозности. И именно этим конфликтом обусловлены слова, что “поэтому благодать покинет святые источники” при вторжении в такое сакральное место представителей другого религиозного типа.

Именно такая народная религиозность и проявилась в словах жителей Сорокино-Жуки, когда они стали говорить, что строили часовню как “принадлежащую к Православию”, при этом считая священника “пришлым”, а вполне резонные действия Церкви чем-то предосудительным.

Именно такая религиозность проявляется, когда социологи проводят опросы населения, где более 70 процентов заявляют, что они “принадлежат к Православию”, и среди тех же опрошенных только 60 процентов “верят в Бога”. На фоне этого парадокса уже не выглядит чем-либо удивительным, что из 70 процентов “принадлежащих к Православию”, только 10 процентов говорят, что ведут церковную жизнь, а полевые социологические исследования свидетельствуют о еще меньшем числе людей, регулярно посещающих храмы и действительно участвующих в церковной жизни.

Не верным будет и сводить то или иное проявление народной религиозности к шаманизму или язычеству. То есть, в ситуации с институциональными конфликтами, подобными случившемуся в Сорокино-Жуки, нельзя все свести например к конфликту христианства и язычества или к конфликту веры и безбожия.

Чтобы научиться решать подобные проблемы мы должны научиться понимать веру нашего народа, научиться разговаривать на одном языке с ним. Наверное, это главное, чего не хватает нам сейчас в нашей миссии.

И, к сожалению, нужно признать, что в истории с сорокинским источником мы только проиграли. Проиграли потому, что дали повод лишний раз обвинить  Церковь в том, чего она никак не заслуживает.

Колодец Раздора

Автор: Мария Сеньчукова

Жарким пятничным вечером в Живом Журнале потянулась вереница перепостов об очередных зверствах клерикалов: на этот раз представители Русской Православной Церкви намеревались лишить жителей деревни Жуки колодца.

История выглядела правдоподобно, но несколько карикатурно. Маленькая деревня в Псковской области, источник с чистой водой. Внезапно из близлежащего Святогорского монастыря прибыл игумен, который собирается нехитрым образом заработать денег: источник купить, огородить, объявить святым, а воду продавать паломникам. А местные крестьяне пусть ископают себе новый источник.

Местным жителям идея, ясное дело, не нравится. Во-первых, они не считают источник святым, а во-вторых, они совершенно не собираются ничего копать, потому что их вполне устраивает вода из их старого и привычного колодца.

Они высказывают свое неудовольствие прибывшим священникам. Священники в ответ, по словам рассказчицы этой истории, разражаются гневными речами и анафемами. Крестьяне плачут. Что делать?

За текстом следовали двести комментариев и буря негодования антиклерикального характера.

… За несколько секунд работы с поисковиком ответ на вопрос «что делать?» был обретен: ничего делать уже не надо. Псковское издание «КурьерЪ» разъясняет ситуацию: во-первых, землю вокруг источника приобретает не монастырь, а священник местной церкви отец Михаил, во-вторых, вопрос о том, чтобы отнять доступ к источнику, не стоит, это специально оговаривается в договоре , а в-третьих, сельский сход буквально на днях решил, что землю не отдадут. Удивляла в статье «Курьера» фраза одной из жительниц села: «Хоть нам и обещали, что доступ к воде не ограничат, мы этому не верим». Почему?

Мы связались с настоятелем Казанской церкви Пушкинских гор иереем Михаилом Ивановым и попросили прокомментировать ситуацию.

-Вам надо сюда приехать, пообщаться с местным населением, и Вы все поймете!

Конфликт раздут из ничего.

Несколько лет назад местные жители построили рядом с колодцем часовню. Землю не приобретали, ничего официально не оформляли, поэтому такая постройка считалась незаконной. Когда строительство часовни закончилось, жители решили, что она будет принадлежать Православной Церкви, и обратились к настоятелю Святогорского монастыря, игумену Макарию, и к благочинному округа, чтобы те ее освятили. Духовенство обратилось к владыке за разрешением, поскольку построена часовня была без разрешения архиерея. Владыка пошел навстречу и освящение благословил.

После этого Владыка благословил оформлять в пользование Приходу храма Казанской Божией Матери Пушкинских Гор участок земли под часовней и в дальнейшем саму часовню. По моей просьбе, в территорию этого участка должны были войти часовня и источник (тем более, что воду из него регулярно по просьбе тех же местных жителей освящали в Крещение и в течение года).

Но тут местные жители заявили, что не хотят отдавать источник храму. Они боятся, что источник огородят и перестанут пускать набирать воду. И освящение воды им тоже больше не нужно.

Храм Казанской иконы Божией МатериБыл проведен сельский сход, на котором между жителями произошло разделение, но большинство все-таки проголосовало против передачи источника храму. У прихода, таким образом, осталась только часовня.

Пусть народ ходит в храм, как жители на сходе и сказали, причащается, исповедуется – сознательно, конечно. А воду мы и так можем освятить.

Почему у жителей была такая реакция?

Они испугались, что их обманут. Они убеждены, что сейчас всех обманывают и их тоже обязательно обманут.

Им, собственно, и оформление часовни было не нужно. Население здесь юридически неграмотное, к тому же воспитанное в советское время. Пришлось разъяснить, что часовню необходимо оформить в соответствии с законом и благословением митрополита, как относящуюся к Приходу. К сожалению, местные жители опасаются Церкви, как они заявили. В то же время, считают себя православными, посещают богослужения, регулярно берут святую воду в Святогорском монастыре и Казанской церкви.

Перед молебном в часовне Некоторые жители деревни считают, что посетители часовни и источника создают им трудности в связи с тем, что приезжают за водой. Об этом также заявили на сходе. Жителям мешает создаваемый посетителями «шум». «Шум» в их понимании здесь начнется, когда на источник начнут приезжать люди из разных других мест – вдруг еще жить останутся…

А «пришлых» здесь не любят, они и построили часовню, как указано в известных газетных статьях, написанных по просьбе некоторых жителей. Парадоксально в этой ситуации то, что пожертвования на строительство часовни давали все жители, и тогда никто не ставил вопрос о ее ненужности. Жители и не подозревали, что самовольно возведенное строение будет необходимо, как минимум, оформить по закону и передать какому либо приходу или монастырю Русской Православной Церкви. На сходе слышны были недоумения жителей: «Зачем оформлять часовню? Пусть она будет деревенская». Я согласен с таким термином, пусть будет деревенская, но деревня- не юридическое лицо, а тем более не подразделение Русской Православной Церкви.Поэтому мы и оформляем данную часовню по благословению митрополита Евсевия для того, чтобы она не осталась без хозяина.

Зачем это нужно? Если часовенка будет бесхозяйная (это юридический термин), как хотели жители, и никто не будет следить за пожарной безопасностью при богослужениях, за электробезопасностью, то часовню просто закроют государственные органы Ростехнадзора и Госпожнадзора.

Сюда, на источник, и так приезжают, из окрестных сел, из Пскова, Петербурга, из других городов, даже из Москвы – хоть принадлежит он Церкви, хоть не принадлежит. Люди не понимают, что раздутый (в том числе, и через прессу) скандал создает еще больше шума, привлекает еще больше внимания к деревне и источнику.

Мы желаем отцу Михаилу успеха в пастырской деятельности, жителям села Сорокино-Жуки – не бояться и не унывать, а всем читателям – не доверять всему, что написано. Даже если вас не хотят обмануть – в любом конфликте есть как минимум две стороны, и обе их нужно уметь услышать.

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Доверие россиян к интернету растет, к телевидению — падает

Почти половина респондентов считает, что телевидение, радио и газеты «что-то недоговаривают»

Владимир Легойда рассказал, что интересует журналистов в церковной жизни

Глава отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ поблагодарил журналистов за интерес к служению Патриарха

Гравировать имена победителей

Можно ли быть журналистом, и не врать? Можно ли читать новости, и не быть обманутым?