Когда инвалидов называют «нежизнеспособным скотом» – как быть со свободой мнений?

|
Корреспондент издания "Подмосковье сегодня" Анна Пенкина, ранее награжденная Союзом журналистов премией «Корреспондент года» за цикл статей «Брак народа» об инвалидах, позволила себе ряд оскорбительных высказываний в соцсети в адрес детей-инвалидов. В частности, Пенкина назвала их нежизнеспособным скотом". Ситуацию комментирует публицист Татьяна Краснова.    
Когда инвалидов называют «нежизнеспособным скотом» – как быть со свободой мнений?
Татьяна Краснова. Фото Анны Даниловой

Должна сказать, что я довольно часто знаю, как надо и как правильно. С моей точки зрения, конечно.

Объясняется это просто: мне полно лет, и все эти годы я была очень занята. Помимо работы, учебы, воспитания ребенка и прочих важных занятий, я делала очень важное дело: я жила в сознании. То есть, по мере возможностей, пыталась не устраивать в своей голове склада чужих транспарантов, не восторгаться разными вещами только потому, что ими восторгаются все, пореже ходить строем и почаще обдумывать увиденное и предложенное. Поэтому в голове у меня хранится очень мало продуктов жизнедеятельности коллективного бессознательного. За все, что я думаю, я, в принципе, готова отвечать.

Достаточно очевидно, что при таких условиях у меня нет мнения по очень многим вопросам. Тут так: или ты честно признаешь, что плохо информирован, никогда не изучал, не знаешь подоплеки и плохо разбираешься – или обнаруживаешь, что кто-то внутри твоей черепушки уже развешивает свои лозунги и кричит в мегафон.

Вся эта преамбула нужна мне для того, чтобы сказать, что я не знаю правильного ответа на те вопросы, которые хочу задать.

Итак, некая молодая женщина, называющая себя психологом и журналистом, в некой социальной сети пишет своему собеседнику комментарий об инвалидах. Комментарий гневный и эмоциональный. Женщина употребляет такие слова, как «старики-шизики», «нежизнеспособный скот» и прочее. Сообщает она так же и о том, что посещала учреждения для «скота» по профессиональным делам: то есть, как психолог и как журналист. При этом заметим, что уничтожать «скот» женщина не призывает, а просто информирует собеседницу о том, что хочет вырвать мне волосы. Ну да, лично мне, потому что я вхожу в категорию ненавистных «психологу» граждан, полагающих, что старики и инвалиды «особенные», и относиться к ним надо как к «нормальным», только несколько бережнее и внимательнее, то есть – «распускать розовые слюни».

Скажу честно, желания женщины меня не слишком беспокоят.

Равно как и ее нравственные качества. С помощью глобальной сети Интернет мне и моим друзьям удалось выяснить, что пишет этот журналист для какой-то подмосковной газетеночки с небольшим тиражиком, и это маленькое СМИ даже, кажется, вручило женщине премию за лучший репортаж года, и кажется даже, что репортаж был посвящен именно тем самым «скотоприемникам» – то есть, домам для инвалидов.

Я пишу везде слово «кажется», потому что «цифрового следа» деятельность нашего автора практически не оставила. Если репортажи и правда посвящены социальным вопросам, то было бы, безусловно, интересно почитать, что и какими словами пишет лауреат на страницах своего издания, и не нужно ли часом подать в суд на СМИ, публикующее человеконенавистнические тексты – ведь нельзя же допустить мысль, что такой честный и прямолинейный человек, как обсуждаемый автор, попросту врал, и писал в своем бложике одно, а в газетке – другое.

Анна Пенкина

Но как бы то ни было, не наше дело воспитывать взрослую тетеньку, указывая ей на пещерную безнравственность и глупость того, о чем она пишет. В частном, заметим, дневничке. Мы можем возразить ей, привести контраргументы или попросту воспользоваться волшебной возможностью, которую дают нам социальные сети – забанить автора, навсегда убрав его самого и его высказывания из поля собственного зрения.

Но меня беспокоит вот какая штука – и тут я правда не знаю правильного ответа.

То, что эта женщина – журналист, и пишет для официально зарегистрированного СМИ – должно это обязывать ее не писать некоторых вещей в частном блоге, и не иметь некоторых мнений? Или это все-таки неправильно – заставлять взрослого постороннего человека, прямо не призывающего к насилию, думать так, как думаю я?

В моем окружении есть очень много матерей, воспитывающих детей с инвалидностью. Есть масса людей, работающих со стариками в домах престарелых. Они комментариями нашей «героини» оскорблены. Они реагируют очень резко. (А попробуйте-ка реагировать мягко, когда вашего любимого, прекрасного ребенка, или бесценную бабушку какая-то дамочка именует «нежизнеспособным скотом»). Но вот как все-таки быть со свободой мнения и его выражения?

Там, где призывы к убийству «некондиционных» граждан высказаны прямо и со страниц СМИ – там ясно: нанимать хорошего адвоката, судиться со СМИ, получать от него штраф побольше и использовать этот штраф порациональнее. Например, на реабилитационные программы фонда «Мой Мио».  

А если это не СМИ?

Если частное лицо ненавидит, например, меня – что с ним за это надо сделать?

В моей сетевой жизни был забавный эпизод: я нарисовала десяток смешных котов для своего друга, он заказал партию кружек с моими рисунками и продавал их в пользу своего маленького частного кошачьего приюта. Получая при этом в сети массу разнообразных комментариев. Большинство – вполне милых и по делу. Но некоторые…

Например, о том, что только безнравственные твари тратят силы и время на кошек, тогда как по стране сотнями гибнут дети.

Или, скажем, о том, что некоторых хлебом не корми, а дай только попиариться, и им плевать на чем.

Любимым моим комментарием остался такой: «Кружка хороша. И я ее купил бы. Но автор рисунков ненавидит Россию и хочет гибели моей страны. НЕ КУПЛЮ!»

И не купил, я так думаю…

Я это вот к чему. Мне бы очень хотелось, чтобы наказание меня за мою позицию свелось вот к этому – «не куплю».

Моя история и история этой журналистки – это об одном и том же? Или это разные вещи?

И почему?

У меня ответа нет.

А у вас?

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Темы дня
Александр Семин – о том, чем отличается счастье «солнечных» детей
Татьяна Краснова - о том, почему наши соотечественники неправильно готовятся к пенсии
Победительница международного конкурса красоты – о собственной патронажной службе, школе в Уганде и новой цели

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: